Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Таджикско-узбекское дело о шпионаже подчеркивает политические разногласия

Заявления о том, что Узбекистан шпионил за таджикским урановым заводом, лишний раз подчеркивают атмосферу подозрительности и недоверия.
By Parvina Khamidova
-азиатскими странами.



Во время судебного разбирательства в октябре суд города Чкаловска, что на севере Таджикистана, приговорил пятерых сотрудников уранового завода к срокам заключения от 10 до 22 лет за передачу производственных секретов Узбекистану.



По сообщениям, группа лиц, подозреваемых в шпионаже, включала в себя высоких руководителей на урановом заводе в Чкаловске, включая его директора, главного инженера, начальников отдела строительства и службы безопасности.



Вне зависимости от этого случая в конце октября в Чкаловске был арестован гражданин Узбекистана; его обвинили в передаче важной информации правоохранительным органам Узбекистана. Как сообщило информационное агентство Fergana.ru со ссылкой на службу безопасности Таджикистана, более подробные данные о передаваемой информации не приводятся, однако говорится, что мужчина представлялся генералом службы безопасности.



Завод в Чкаловске был построен для добычи местного урана на нужды советской оборонной промышленности, однако объемы его производства значительно снизились после 1991 года, когда Таджикистан стал независимым. Были предприняты попытки для возобновления производства урана, но с использованием высокорадиоактивных отходов производства, сохранившихся с прошлых времен, а не нового, только что добытого урана.



Узбекистан имеет успешную урановую промышленность и, вероятно, заинтересован в намерениях своего соседа.



Как отметил аналитик из Таджикистана на условиях анонимности, подозрения в шпионаже могут найти подтверждение, что неудивительно.



«Все страны ведут разведывательную деятельность на интересующей их территории, - сказал он. – Например, и Россия, и США, может, кто-то еще ведут в Таджикистане разведывательную деятельность, чтобы иметь информацию».



Что выделяет эти утверждения, так это предположения, что Узбекистан ведет подрывную деятельность на территории своего соседа. Подобные обвинения можно высказать и в адрес второй стороны – например, в 2006 году в Узбекистане по обвинению в мелком шпионаже были задержаны пять человек.



Несмотря на их географическое соседство, схожесть культур и наличие граждан обеих национальностей в каждой из этих стран, взаимоотношения этих государств, вероятно, наиболее сложные на постсоветском пространстве.



Что касается политических отношений, Ташкент в прошлом обвинял своего соседа в неспособности сдержать исламских повстанцев, которые в 1999 и 2000 годах использовали Таджикистан как транзитную зону для своих рейдов. Таджикистан в свою очередь заявил о том, что в 1998 году Узбекистан оказал поддержку во время попытки государственного переворота, совершенной боевиками мятежного таджикского полковника Махмуда Худойбердыева.



По словам известного таджикского политолога Парвиза Муллоджанова, «основная причина возникновения разногласий между центрально-азиатскими странами – это то, что после независимости каждая из них хочет найти свое место в регионе. Узбекистан стремится занять место регионального лидера, как и Казахстан. Этим, в свою очередь, недовольны их соседи. Таджикистан и Кыргызстан не хотят играть роль вассалов».



Еще более серьезной является дискуссия по водным вопросам, а именно план Таджикистана по строительству гидроэлектростанций, что, по мнению Узбекистана, расположенного ниже по течению реки Амударьи, приведет к недостатку воды для орошаемого земледелия в этой стране.



Таджикистан в свою очередь недоволен тем, что богатый натуральным газом Узбекистан не платит за получаемую воду, в то время как сам требует, чтобы Таджикистан оплачивал поставки топлива по коммерческим расценкам.



В прошлом месяце Узбекистан объявил о выходе из единой центрально-азиатской электрической системы. 23 ноября на пресс-конференции в Душанбе посол Узбекистана Шокасим Шоисламов дал понять, что таджикская сторона подрывает общую систему, незаконно подключаясь к ней.



Выход Ташкента из общей энергетической системы усложнит для таджикской стороны импорт электричества из Узбекистана или его транзит через Туркменистан, а также усложнит процесс импорта своего электричества в теплые месяцы года, когда наблюдается его избыток.



В ответ на это действие узбекской стороны Таджикистан пригрозил сократить количество воды, сбрасываемой в Сырдарью и достигающей Узбекистана, по причине того, что ему нужно заполнить Кайраккумское водохранилище для повышения выработки электроэнергии.



«Водные и энергетические вопросы играют очень серьезную роль в борьбе за власть, - сказал Муллоджанов. – Узбекистан всегда опасался оказаться в зависимости от государств, находящихся выше по течению [Таджикистана и Кыргызстана], и будет продолжать опасаться. Он будет делать все возможное, чтобы этого не произошло».



Враждебность, с которой обсуждаются различные вопросы – от водных ресурсов до шпионажа, – отражает давние натянутые отношения между двумя странами.



Раджаби Мирзо, независимый журналист в Таджикистане, говорит, что враждебность не ощущается в отношениях между обычными гражданами каждой страны, но что «она есть в высших эшелонах власти. И, согласно сообщениям в СМИ, сам [президент Таджикистана Эмомали] Рахмон говорил об этом во время встречи с журналистами».



Мирзо ссылается на замечания, приписываемые президенту Рахмону во время встречи с местными журналистами 8 декабря, на которой он сообщил, что в деталях обсудил сложные таджикско-узбекские отношения и деловые отношения с президентом Исламом Каримовым.



Рустам Хайдаров, исследователь из Душанбе, говорит, что ситуация, когда близкие страны-соседи опасаются друг друга, не так уж редка.



«Когда в стране существуют социальные и экономические проблемы, как правило, необходим внешний враг, - говорит он. – Образ врага отвлекает общественность от внутренних проблем, и именно он становится ответственным за большинство из них».



Заместитель директора Центра стратегических исследований при президенте Таджикистана Сайфулло Сафаров считает, что недавнее судебное разбирательство по делу о шпионаже следует рассматривать без эмоций, и нельзя допустить, чтобы оно позволило омрачить дипломатические отношения.



«Шпиономания – очень плохая болезнь новых независимых государств. Есть преступления, и есть отношения между государствами», - сказал он, подразумевая, что эти два понятия следует разделять.



Пaрвина Хамидова, координатор и редактор проекта IWPR по правам человека, финансируемого Европейской Комиссией, в Таджикистане.