Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ВЕТЕРАНЫ - ЖЕРТВЫ РЭКЕТИРОВ И БЮРОКРАТОВ

Российские контрактники, возвращающиеся из Чечни возмущены тем, что у них воруют заработанные тяжким трудом деньги.
By Mikhail Ivanov

По окончании своей службы в Чечне российские контрактники вынуждены вести новую войну, но уже на домашнем фронте. На этот раз они борются с врагами еще более неуловимыми, чем чеченские боевики, а именно, с чиновниками военкомата, рэкетирами и проститутками. Цена поражения в этой войне - их кровные "боевые", составляющие до 1000 долларов в месяц за период их службы.


Явление приобрело такие масштабы, что даже государственный телеканал ОРТ, который обычно принимает на веру заявления чиновников Минобороны, передал репортаж из городка Юрга Кемеровской области, где эта проблема стоит особенно остро.


Здесь местные рэкетиры выбрали своей мишенью солдат контрактной службы из 74-й бригады, каждому из которых причитается крупная сумма от 100 до 200 тысяч рублей на день их демобилизации. Тут-то вымогатели и подстерегают ветеранов, требуя от них до 40000 рублей за безопасное возвращение домой.


Другие бандиты используют проституток, которые выслеживают контрактников, завлекают их в дешевые гостиницы, а затем, усыпив их большой дозой транквилизатора, забирают у них все деньги.


По данным газеты "Сегодня", Управлению по борьбе с организованной преступностью города Юрги до сих пор не удалось начать уголовное расследование по этому делу, так как солдаты отказываются официально заявлять о случившемся, предпочитая сражаться с преступниками самостоятельно и иногда даже вызывая подкрепление из дома.


Часто контрактники оказываются между Сциллой и Харибдой, начиная жестокий арьергардный бой с коррумпированными бюрократами, которые вообще не торопятся выплачивать им "боевые". В некоторых случаях ветеранам приходится ждать своих денег до полугода. Некоторые еще не получили плату за июль.


Многие контрактники в телеинтервью обвиняли военных казначеев (так называемых "начфинов") в том, что те брали проценты с выплачиваемых сумм за ускорение процесса.


Скандал с "боевыми" деньгами роняет тень на всю российскую кампанию в Чечне и поднимает ряд неприятных вопросов, на которые федеральному командованию будет трудно ответить.


Во-первых, почему высшие армейские чины ничего не делают для разрешения вопроса и не наказывают правонарушителей в военкоматах, которые намеренно задерживают выплаты, чтобы получить свой куш?


Более того, почему начфины не могут последовать примеру МВД и платить контрактникам через местные отделения Сбербанка, или, по крайней мере, телеграфным переводом?


И, если уж на то пошло, то как получилось, что рэкетиры оказались так хорошо информированы о своих потенциальных жертвах? Судя по телевизионным репортажам, они прекрасно осведомлены обо всех передвижениях каждого солдата со дня его выезда из Чечни до момента получения им денег в Юрге.


Многое можно списать на издержки бюрократической машины, через которую проходят солдатские деньги. По существующей схеме командир каждого подразделения посылает отчет в казначейство, где уточняется срок службы и степень участия того или иного солдата в боевых действиях. Затем военные бухгалтеры подсчитывают точную сумму "боевых" денег, которую должен одобрить командующий Объединенной группировкой федеральных сил в Чечне. Наконец, определенные разделы отчета в день демобилизации передаются контрактнику, а затем в бригаду, в которой он служил. Именно командир бригады ответственен за оплату счета.


Другими словами, у рэкетиров есть масса возможностей получить необходимую им информацию, пока деньги проходят по этой бюрократической цепи.


На недавней пресс-конференции, где были оглашены последние цифры потерь, заместитель командующего Генерального Штаба генерал Валерий Манилов посчитал необходимым затронуть вопрос "боевых" денег, который уже стал политическим. Он заявил, что российские командиры будут применять более избирательный подход к существующей системе. С августа текущего года "боевые" будут получать только те солдаты, кто принимал непосредственное участие в боевых действиях, в противоположность тем, кто служил в тылу.


Генерал Манилов затем уточнил, что солдат,который впустую палит из оружия, денег не получит. Решение о выплате "боевых" принимает командир каждого подразделения. А окончательные списки утверждаются главнокомандующим войсками в Чечне генералом Валерием Барановым.


На первый взгляд в решении Манилова присутствует доля здравого смысла. По крайней мере, он пытается отойти от советского принципа "уравниловки". Однако эта новая политика представляет собой вопиющий пример наивного принятия желаемого за действительное, которое еще Николай Гоголь так и назвал "маниловщина". Когда отдельный человек получает карт-бланш на принятие финансовых решений, вероятность злоупотреблений и коррупции неминуемо возрастает в десять раз.


Более того, последние нововведения вряд ли улучшат моральный климат в рядах Российской армии. Единственный действенный способ борьбы с этими негативными явлениями - начать так долго обещаемые военные реформы и создать профессиональную армию, в которой солдаты и офицеры будут получать приличное жалование и в военное и в мирное время.


Но Владимир Путин предупредил, что переход к такому виду армии будет постепенным. Профессиональные вооруженные силы могут быть созданы только тогда, когда российское государство сможет позволить себе их содержать. А пока, задача сделать систему оплаты военных честной и открытой полностью ложится на плечи командующих армией.


Михаил Иванов - исполнительный редактор журнала "Российская жизнь", издаваемого Российской информационной службой.