Положительная реакция на принятие нового Уголовно- процессуального кодекса в Таджикистане

Реформа Уголовно- процессуального кодекса в отношении выдачи санкций на арест является значительным шагом вперед, однако предстоит решить еще много вопросов, касающихся работы судов.

Положительная реакция на принятие нового Уголовно- процессуального кодекса в Таджикистане

Реформа Уголовно- процессуального кодекса в отношении выдачи санкций на арест является значительным шагом вперед, однако предстоит решить еще много вопросов, касающихся работы судов.

Wednesday, 16 December, 2009
-процессуальный кодекс, принятый в прошлом месяце. Документ приводит в соответствие многие устаревшие правила и инструкции, принятые еще в советский период.



Законопроект, предусматривающий порядок действий от задержания до судебного процесса, был принят 15 октября Нижней палатой парламента. Еще предстоит рассмотрение в Верхней палате парламента до того, как он будет отправлен на подпись президенту страны Эмомали Рахмону, что, как ожидается, произойдет в начале следующего года.



Одним из ключевых изменений стало то, что теперь прокуратура не сможет давать санкции на арест, обыск, прослушивание телефонных разговоров и арест имущества и банковских счетов. Такие санкции теперь будут выдавать суды республики.



После своей реализации реформа позволит привести Таджикистан в соответствие с международной практикой посредством урезания полномочий прокуратуры, которые, по мнению многих, настолько сильны, что процессуальные действия суда работают в ее пользу.



Нигина Бахриева, известный таджикский юрист, считает, что благодаря внесенному изменению устраняется крупный конфликт интересов, когда государственные обвинители выступают в роли следователей, а также принимают решение об аресте.



«Если суд способен решать самый сложный вопрос - лишить человека свободы, - то почему же мы не можем допустить того, что он может дать санкцию на арест?» - задается вопросом она.



По мнению юриста Иноята Иноятова, новый кодекс создаст ситуацию, когда обе стороны в судебном процессе имеют одинаковые права, то есть адвокаты защиты и обвинители находятся на равных в зале суда.



Уголовно-процессуальный кодекс, применяемый в стране сейчас, датируется 1961 годом. По мнению экспертов, кодекс уже давно требовал пересмотра, так как большая часть его статей не отвечает основным принципам прав человека.



Юристы и правозащитники неоднократно поднимали вопрос о принятии нового кодекса. Работа над новой редакцией началась еще в 1996 году, однако затем была приостановлена. Камнем преткновения стал вопрос о передаче санкций на арест.



Махмадали Ватанов, депутат и один из разработчиков нового кодекса, сказал, что такой консерватизм в отношении вопроса санкционирования арестов типичен для всех государств, бывших в прошлом республиками Советского Союза.



В этих странах этот вопрос всегда решался главами государств, сказал он.



«Таджикистан – не исключение, - добавил Ватанов. – Спорам вокруг принятия нового кодекса, особенно в части передачи санкции судам, положил конец президент Эмомали Рахмон, который в своем ежегодном послании парламенту весной 2009 года призвал решить данный вопрос».



По словам Иноятова, нынешний Уголовный кодекс противоречит не только международным конвенциям, ратифицированным Таджикистаном, но и самой Конституции страны. Например, в статье 19 Конституции Таджикистана говорится, что лицо вправе пользоваться услугами адвоката с момента задержания.



Однако на практике этот момент интерпретировался иначе, и «моментом задержания» считалось время, когда был составлен протокол о задержании. Это могло продолжаться 30-40 часов и более, и в это время задержанный мог подвергаться допросу и не иметь адвоката, так как де-юре задержанным он не являлся.



В новом Уголовном кодексе четко указано, что момент задержания исчисляется именно с того времени, когда это фактически произошло, и сразу же задержанный имеет право на защиту, и все процессуальные действия производятся с участием адвоката.



Если это требование будет исполняться, оно должно уменьшить возможность применения пыток, которые, по данным правозащитников, часто совершаются именно в течение первых 72 часов после задержания.



Кроме того, в новом кодексе конкретно указано, что доказательства, полученные путем незаконных стеснений или посредством лишения прав человека, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения.



Иноятов указывает на то, что одно только изменение правил ареста не решит одним махом проблемы с правами человека в Таджикистане.



«Необходимо реформировать судебную систему и уголовное законодательство, - сказал он. – Также нужно решать вопрос с компетентностью и профессионализмом судей, так как сегодня они зачастую неудовлетворительны. Только тогда возможно решать вопрос с соблюдением прав человека».



Среди проблем, требующих решения, эксперты по правовым вопросам приводят и тот факт, что большинство судей в Таджикистане назначаются президентом, что не позволяет судебной власти быть независимой.



По мнению адвоката-эксперта консалтинговой компании Шамса Гулмахмадова, эта практика является причиной давления на судей со стороны властей и других органов.



Другой юрист независимой компании, пожелавший оставаться неназванным, отмечает, что вряд ли можно ожидать улучшения ситуации с правами человека после лишения органов прокуратуры права выдачи санкций.



«Суды не все компетентны и, так же как и другие правоохранительные органы, коррумпированы, - сказал он. – А население как платило одним [прокурорам], так будет платить и другим».



Бахриева предполагает, что потребуется достаточно долгий срок для того, чтобы кодекс и все его процедуры заработали. Например, передача судам санкций на аресты и другие подобные меры предполагает увеличение судебного штата. На данный же момент в некоторых районах страны в судах есть лишь один судья.



«Кроме того, судей нужно будет обучать, и то же самое касается органов расследования, адвокатов. Понадобится какое-то определенное время, чтобы они узнали, как работать с этими механизмами», - говорит она.



Бахриева также заострила внимание на вероятных языковых препятствиях. Требование недавно принятого закона о том, что все сопутствующие документы должны быть на таджикском языке, означает, что новый кодекс не будет переведен на русский язык. Это усложнит дело тем, кто работал с русской версией старого кодекса.



Рахматилло Зойиров, оппозиционер и председатель Юридического консорциума Таджикистана, доволен тем, что новый кодекс сместит баланс в сторону права на справедливую защиту в суде.



«В этом смысле новый кодекс реализует 92 статью Конституции, в которой говорится, что юридическая помощь обеспечивается на всех стадиях суда, - сказал он. – Но для полноценной реализации этого необходимо еще многое сделать: разработать механизм, проводить семинары, в том числе и для адвокатского сообщества».



Какими бы ни были недостатки судебной системы в целом и препятствия для введения новой системы в работу, интервью, взятые IWPR для данного репортажа, позволяют сделать вывод, что правовое сообщество в Таджикистане единодушно одобряет принятие нового Уголовно-процессуального кодекса как определенный шаг вперед.

Support our journalists