Обучение детей-инвалидов в Таджикистане

Несмотря на наличие отвечающего всем требованиям законодательства, сокращение финансирования означает, что дети с ограниченными возможностями лишены необходимого образования.

Обучение детей-инвалидов в Таджикистане

Несмотря на наличие отвечающего всем требованиям законодательства, сокращение финансирования означает, что дети с ограниченными возможностями лишены необходимого образования.

Friday, 2 October, 2009
-инвалидам в силу неразвитости специализированного образования, а также плохого финансирования обычных государственных школ.



Обычные школы не учитывают детей с ограниченными возможностями, финансирование специализированного обучения отсутствует, а из-за недостатка средств многие родители не могут оказать детям необходимую помощь.



По словам Сохимы Мухаббатовой из Министерства труда и социальной защиты населения, на сегодняшний день в Таджикистане зарегистрировано более 19 тысяч детей с ограниченными возможностями в возрасте 16 лет и младше. Другой источник приводит другие данные: 31 тысяча детей-инвалидов, а общее число инвалидов в стране составляет 135 тысяч человек.



Эсанбой Вохидов, председатель Национального объединения инвалидов, сомневается в правдивости этой информации, так как, по его словам, согласно общепринятой международной конвенции, каждый десятый в любой стране так или иначе является инвалидом. «Если учесть, что в нашей республике живет чуть более 7 миллионов, то примерно 700 тысяч из них являются инвалидами», - говорит он.



Джамол Худододов, председатель Детского фонда «Возрождение», говорит, что причина, по которой официальная статистика не имеет точной информации о количестве инвалидов, заключается в том, что она опирается на официальные данные о лицах, получающих пособие по инвалидности.



Например, в Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО) инвалидами числятся 850 детей, однако, поясняет Худододов, «на самом деле их количество в разы больше, поскольку у многих инвалидов в отдаленных регионах нет свидетельств о рождении, и они не были учтены в органах статистики».



Статистических данных по инвалидам, не имеющим доступа к получению образования, нет, хотя чиновник из образовательного сектора Согдийской области сказал IWPR в мае, что в специальных школах и детских садах обучаются чуть более 400 детей, по сравнению с общим числом детей-инвалидов – 5 тысяч человек – в регионе.



Таджикистан разработал специальное законодательство, согласно которому министерства образования, здравоохранения и труда, а также социальной защиты обязаны обеспечить детям-инвалидам возможность обучаться либо в обычных или специализированных школах, либо на дому. Дополнительный контроль выполнения этого закона обеспечивает Национальная комиссия по защите детских прав.



Специализированная система образования включает в себя как обычные школы, так и школы-интернаты. Многие из них закрыты из-за отсутствия финансирования. Например, школа для детей с нарушениями слуха в городе Курган-Тюбе на юге страны, просуществовав восемь лет, закрылась в 2007 году. На сегодняшний день в стране функционируют 12 специализированных школ, четыре из которых находятся в ведении Министерства образования, а остальные финансируются местными органами власти.



По закону, родители детей, получающих образование на дому, имеют право на получение льгот и материального обеспечения, а также поддержку местных учебно-воспитательных учреждений, говорит Мухаббатова.



К самому законодательству нареканий нет, говорит Камол Шанбезода, руководитель Центра «Нур», занимающегося защитой прав и интересов ребенка в ГБАО. Проблема в том, насколько точно оно исполняется.



Родители и активисты по правам людей с ограниченными возможностями говорят, что на практике положения закона либо выполняются не в должной степени, либо не выполняются вообще.



В прошлом году Джамол Худододов и его фонд «Возрождение», а также центр «Нур» провели исследование, которое показало, что дети с ограниченными возможностями в этой части страны лишены другого доступа к получению образования помимо учебы в обычных школах.



Гарибшо Гарибшоев, начальник Управления образования ГБАО, признает, что многие дети-инвалиды не могут ходить в школу. «В общеобразовательных школах Бадахшана обучаются лишь дети, страдающие легкими формами инвалидности», - сказал он.



Руководитель центра «Нур» Камол Шанбезода говорит, что в ГБАО по-прежнему нет школ для детей с ограниченными возможностями, а у таких неправительственных организаций, как его, нет средств, чтобы восполнить этот пробел.



«В результате большинство детей-инвалидов остаются дома и не могут получить образование», - сказал он.



Подобная ситуация существует не только в Бадахшане, являющемся отдаленной и наиболее бедной частью страны. Подобное исследование, проведенное в северной Согдийской области в 2007 году, показало схожий результат.



На севере Таджикистана, как и в других частях страны, единственным вариантом для детей-инвалидов является обучение в обычной школе. Однако Ассоциация молодых юристов, проводившая исследование, отмечает, что «учителя не заинтересованы в обучении детей с ограниченными возможностями в общеобразовательных учреждениях, так как к каждому такому ребенку нужен индивидуальный подход».



В управлении образования Хатлонской области на юге Таджикистана сказали, что в Восейском районе существует интернат для детей с умственными отклонениями, но школ для незрячих и глухих детей осталось очень мало.



11-летний Мамурджон из Курган-Тюбе, главного города южной Хатлонской области, за неимением альтернативы посещает обычную школу. Однако из-за проблем с речью он отстает от других учеников и большую часть учебного года проводит дома. Поэтому он до сих пор не умеет ни читать, ни писать.



Хотя домашнее обучение предусматривается законом, для многих семей это не выход. Чиновник из управления соцзащиты ГБАО, пожелавший остаться неизвестным, рассказал, что пенсия для инвалидов составляет около 18 долларов в месяц, а работу приходящего учителя должны оплачивать сами родители.



14-летний Аслон живет в Хороге, административном центре ГБАО. У него детский церебральный паралич, и он не может ходить и не может посещать школу. Два года к нему домой приходил учитель, но затем родители не смогли оплачивать его услуги.



Несмотря на это, Аслон говорит: «Я очень хотел бы получить образование и чем-нибудь помочь родным».



Заработная плата учителей в Таджикистане очень низка, и у них нет стимула искать работу репетитора за маленькую оплату, особенно после того, как в 2007 году Министерство образования отменило надбавку к зарплате учителей специализированных школ и обучающих детей на дому.



«Основной источник дохода более 80% учителей – это приусадебное хозяйство, где они трудятся, поэтому многие из них не хотят тратить свое время на преподавание», - говорит Камол Шанбезода.



В любом случае, юристы, изучившие положения закона об образовании в Согдийской области, пришли к выводу, что частное преподавание для детей с ограниченными возможностями не отвечает соответствующим стандартам. Для обучения таких детей нет специальных учебников и пособий для учителей; часто преподаватели не посещают учеников на дому, а если и посещают, то не столько часов, сколько им предписано.



Родители часто не отдают детей в специальные школы по причине их удаленности.



«Не у всех есть такая возможность, да и ребенку-инвалиду комфортнее и спокойнее жить дома и учиться рядом с домом», - говорит Савригуль, мать 4 детей-инвалидов из Душанбе.



«Моим детям повезло: трое из них получали образование на дому, потому что я живу в столице. Даже представить не могу, что бы я делала, если бы мы жили в кишлаке», - говорит она.



Ее четвертый ребенок пойдет в первый класс обычной школы рядом с домом. «Надеюсь, что к ней отнесутся с пониманием ее сверстники и учителя», - говорит женщина.



Правозащитные организации и детские благотворительные фонды Таджикистана призывают правительство принимать меры для решения этой проблемы. В Согдийской области ассоциация молодых юристов совместно с региональным управлением образования разработала стандартизированную программу для домашнего обучения, хотя ее еще предстоит реализовать на практике.



На юге страны в Хатлонской области Шодди Давлатов, руководитель филиала неправительственной организации «Мечта», добивался от местных властей разрешения на открытие школы для глухих детей взамен недавно закрытой. Однако чиновники из образовательного сектора не хотят предоставлять классы в обычных школах для проведения специальных занятий. Поэтому организации приходится проводить обучение в частных домах.



В Курган-Тюбе Махмадраджаб Рахимов возглавляет центр по обучению и лечению детей с ограниченными возможностями. Однако он признает, что проводимое его центром обучение не может заменить школьного.



Дети приходит в центр два раза в неделю, а те, кто живет далеко, могут посещать занятия лишь пару раз в месяц.



Рахимов советует родителям делать все возможное для того, чтобы их дети стали образованными.



«Мы советуем родителям каждый день уделять детям по 2 часа своего времени, рекомендуем детям школьного возраста посещать обычные школы, чтобы расти вместе со сверстниками и интегрироваться в общество», - сказал он.



Хроническое недофинансирование на национальном и местном уровнях можно понять, принимая во внимание то, что Таджикистан является беднейшей страной региона. По оценкам Всемирного банка, около половины населения страны живет на менее чем два доллара в день.



Помимо наличия денежных проблем складывается мнение, что проблемы детей с ограниченными возможностями стоят далеко не на первом месте в списке задач, требующих решения.



Центр «Нур» хочет основать школу для детей-инвалидов в Бадахшане, которая будет пользоваться поддержкой местного правительства, предпринимателей и других доноров.



Однако Анджирбегим Макбулшоева из комиссии по делам несовершеннолетних сказала, что до сих пор к ним никто не обращался с предложениями по детскому образованию, здравоохранению и социальным правам.



Общественность ждет от местного правительства активных действий и сотрудничества с неправительственным сектором.



Насрин Некушоева, главный специалист по проблемам детства Управления здравоохранения ГБАО, считает, что для решения этой проблемы местным властям необходимо идти рука об руку с НПО и донорскими организациями.



«Сегодня почти никто не замечает и не поднимает вопрос выживания детей-инвалидов, и они предоставлены сами себе. Нет средств на их реабилитацию, они остаются без внимания, не развиваются. Хотя их можно обучать и сделать полезными членами общества», - сказала Некушоева.



(Имена опрошенных детей были изменены.)

Лола Олимова – редактор IWPR в Таджикистане. Нафиса Писареджева, Ифтихор Миршакар и Сайрахмон Назриев – журналисты в Таджикистане, прошедшие тренинги IWPR.

Данная статья была подготовлена в рамках проекта «Защита прав человека и правозащитное образование посредством СМИ в Центральной Азии», финансируемого Европейской Комиссией. IWPR несет полную ответственность за содержание данной статьи, которое никоим образом не отражает взгляды стран Европейского Союза.
Support our journalists