Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

'ХОЛОДНЫЙ МИР'

Пригородный район Осетии до сих пор не может избавиться от наследия осетино-ингушского конфликта 1992 года.
By Valeri Dzutsev

Село Чермен разделено надвое. Расположенное в Пригородном районе Северной Осетии, в 1992 году оно стало одной из горячих точек осетино-ингушского конфликта.


Разрушенные дома и огороды до сих пор молчаливо напоминают о тех страшных днях.


Изначально, село носило имя своего основателя - ингушского дворянина Базоркина. В 1944 году Базоркино было переименовано, а его жителей, как и всех ингушей обвинили в сотрудничестве с фашистами и депортировали в Среднюю Азию. Чермен - это имя популярного осетинского театрального героя.


В последующие годы советское правительство позволило осетинам занять пустующие дома депортированных. Когда в пятидесятые годы ингушей реабилитировали, и они начали возвращаться на родину, появились первые признаки межнационального конфликта.


Чермен расположен на стратегически важном месте: 7 км от Владикавказа и 6 км на запад от Назрани. Таким образом, это село первым в Пригородном районе приняло на себя удар ингушских боевиков.


Сначала ингуши захватили и нейтрализовали российский военный блокпост, а затем взорвали местный участок милиции. Милиционеров вывели из здания и тут же расстреляли.


Хотя на территории Чермена не разворачивались военные действия, сотни домов все же были сожжены, и 40 осетин пали от рук мародеров. Остальные покинули село и укрылись в близлежащих осетинских селениях или у сочувствовавших им ингушей. Население Чермена, составлявшее до 1992 года 8000 человек, сократилось на четверть.


За прошедшее с тех событий время, многие дома были восстановлены владикавказским правительством, однако наследие этого конфликта живо до сих пор. В течение пяти-шести лет после столкновения каждую ночь была слышна спонтанная стрельба. Только недавно местное население начало жить относительно мирно.


Село поделили четко по национальному признаку. Центр занимают преимущественно осетины, а ингуши селятся на окраинах. В двух школах учатся только дети осетин, а в одной - дети ингушей.


В другой деревне учителя попытались объединить детей обеих национальностей, но этот эксперимент закончился ожесточенными стычками учеников друг с другом. Сейчас в смешанных классах учатся только младшие школьники, а детей постарше объединяют по национальному признаку.


Администрация Чермена никогда даже не обсуждала возможность создания смешанных школ. Это показывает, что страсти еще слишком накалены, и до попыток сближения пока далеко.


Предпринимались неоднократные попытки вернуть ингушских беженцев в их дома, расположенные в осетинской части села, но в каждом случае осетины оказывали жесткое сопротивление.


Один из местных старейшин, 78-летний Алихан Дудиев, всегда на переднем крае этого сопротивления. Он считает, что ингуши не имеют морального права возвращаться в село и продолжать жить среди осетин, как будто ничего не произошло. А для молодого поколения в Северной Осетии до сих пор мнение старших - закон.


Ингуши, напротив, не возражают против возвращения бывших соседей-осетин в ингушскую часть Чермена. Однако возвращаются немногие, рассудив, что если правительство не смогло защитить их в 1992 году, то не защитит и в будущем.


Село Чермен расположено на главной дороге из Назрани во Владикавказ, но сквозного движения по ней нет. При отсутствии по близости каких-либо промышленных предприятий, ингуши ездят на работу в Назрань, а осетины - в свою столицу.


Богатые черноземы вокруг села, которыми когда-то гордилась Северная Осетия, не возделываются и сельское хозяйство находится в упадке.


Только одно ремесло неизменно процветает в Чермене - торговля наркотиками. Село стало центром наркоторговли в Северной Осетии. Ежедневно сюда приезжают сотни наркоманов и наркодельцов из Владикавказа и других районов республики.


Но жизнь в Чермене все же продолжается несмотря на "холодный мир" и постоянную угрозу вспышки насилия.


Валерий Дзуцев - постянный корреспондент IWPR