Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Таджикистан разряжает атмосферу в отношениях с Москвой

После длительных не гладких отношений с Россией лидеру Таджикистана, похоже, удалось сгладить острые углы и добиться значительных уступок.
By Daler Gufronov
, которые давно требуют решения. Однако, по словам аналитиков, это не столь важно - чего на самом деле хотел президент, то он и получил от Москвы, а именно - обещания новых инвестиций и улучшение отношения к таджикским мигрантам в России.



Поскольку во время визита президента страны Эмомали Рахмона в Москву 22-23 октября не было подписано никаких соглашений, аналитики говорят, что целью его переговоров с российским коллегой Дмитрием Медведевым было решение различных проблем, возникших за последние месяцы. В этом отношении встреча прошла успешно, считают аналитики.



В заявлении, сделанном после переговоров, Рахмон и Медведев объявили, что дали распоряжения своим правительствам разработать план экономического сотрудничества на два года, включая расширение деятельности российского Газпрома по поиску полезных ископаемых, в частности газа, и совместную работу по защите прав таджикских мигрантов.



Они также решили вопрос долга в размере 30 миллионов долларов за электричество, предоставленное российскими компаниями, работающими на Сангтудинской ГЭС-1, запущенной в эксплуатацию в июле.



Два вопроса, которые, как ожидалось, будут подняты во время встречи, не упоминались совсем - ни в заявлении после встречи, ни в комментариях лидеров стран на совместной пресс-конференции. Это вопрос об оплате аренды за российскую военную базу на территории Таджикистана и пути возобновления российских инвестиций в строительство Рогунской ГЭС.



Незадолго до встречи СМИ обеих стран высказывали предположения, что Душанбе обратится к россиянам по вопросу выплаты значительной суммы – 300 миллионов долларов, по некоторым данным – за размещение военной базы в этом центрально-азиатском государстве, по примеру того, как Америка заплатила за использование воздушной базы в соседнем Кыргызстане, а еще раньше – и в Узбекистане.



201-я российская пехотная дивизия осталась в Таджикистане после развала Советского Союза. Главный штаб пятитысячной дивизии размещен в столице страны Душанбе; также другие базы имеются в Кулябе и городе Курган-Тюбе на юге страны. Соглашение на 10-летний срок было подписано сторонами в 2004 году и не предусматривало никакой оплаты за аренду. Тем не менее, ряд таджикских чиновников выразили недовольство неспособностью Москвы выполнить обещания по инвестированию энергетического сектора, данные в то же время.



Россия тогда заявила, что в Таджикистан будет вложено до двух миллиардов долларов, большая часть из которых пойдет на строительство Рогунской ГЭС и меньшей по размерам электростанции «Сангтуда-1». Инвестиции в «Сангтуду» увенчались успехом – в июле текущего года началась выработка электроэнергии. Сделка же в отношении Рогунской ГЭС в итоге развалилась из-за разногласий в вопросе, должен ли Таджикистан владеть контрольным пакетом акций, а также в вопросе технической спецификации самой дамбы. В 2007 году таджикское правительство аннулировало соглашение.



В нынешнем году между Москвой и Душанбе были также отмечены и некоторые дипломатические трения.



Таджикистан проявил недовольство в январе, когда, отказавшись от поддержки новых гидроэнергетических схем в Таджикистане, президент Медведев встал на сторону Узбекистана, который выступает против этих схем по экологическим причинам.



После встречи с президентом Узбекистана Исламом Каримовым Медведев заявил, что российские инвестиции в гидроэнергетические схемы Кыргызстана и Таджикистана будут осуществлены, только если в расчет будут приняты интересы других центрально-азиатских стран. Эту же формулировку применяет и Узбекистан, который опасается, что из-за строительства ГЭС значительно сократится объем воды, питающей сельскохозяйственный сектор страны.



Министерство иностранных дел Таджикистана без промедления отреагировало дипломатической нотой, выражая удивление словами Медведева.



Аркадий Дубнов, журналист и эксперт по Центральной Азии, живущий в Москве, говорит, что, несмотря на отсутствие официальных соглашений, подписанных во время переговоров Рахмона и Медведева, их встреча подвела черту под недавними разногласиями.



«Это, на мой взгляд, означает, что единственным и важным итогом визита станет приостановление развернутой в Таджикистане кампании разнообразных претензий к России», - сказал Дубнов в интервью корреспонденту IWPR.



По мнению аналитика, Москва предложила таджикскому главе государства этот визит, со всеми почестями, в виде жеста доброй воли после размолвки из-за заявления, сделанного Медведевым во время его визита в Ташкент.



Председатель Национальной ассоциации политологов Таджикистана Абдугани Махмадазимов согласен с мнением, что президентам удалось разрядить обстановку.



«При условиях закрытых дверей стороны добились избавления от взаимных обвинений, подозрений в охлаждении отношений сторон», - сказал он.



Заявления, сделанные российским и таджикским официальными лицами после встречи, прояснили настоящую позицию каждого государства в вопросе военной базы.



На встрече с журналистами после переговоров российский министр обороны Анатолий Сердюков отметил, что относительно российской базы никаких проблем не возникло.



По сообщению новостного агентства РИА Новости, он сказал, что вопрос оплаты будет поднят в 2014 году, когда истечет срок действия текущего соглашения.



«Мы рассматривали два варианта: продолжать использовать базу как сейчас или на платной основе. Сейчас слишком рано говорить о цифрах», - сказал он.



26 октября, обращаясь к репортерам в Душанбе, министр иностранных дел Таджикистана Хамрохон Зарифи подтвердил, что соглашение о бесплатной аренде остается в силе.



«У России и Таджикистана нет никаких взаимных требований или жалоб, - добавил он. – Это касается военного и стратегического сотрудничества».



Зарифи также указал на то, что россияне собираются вернуться к проекту строительства Рогунской ГЭС.



«Вскоре будет создан международный консорциум для завершения строительных работ по этой энергетической схеме, - сказал он. – Он будет открыт для всех стран, и мы знаем наверняка, что Россия намерена к нему присоединиться».



По мнению Дубнова, руководство Таджикистана нуждается в российской базе не меньше, чем в ней нуждается Москва, как в гаранте национальной безопасности.



«Ясно, что Москва довольно хорошо информирована о реальном положении дел в Таджикистане и понимает потенциальные последствия усиливающегося социального напряжения в стране, и той стабилизирующей роли, которую играет российская военная база», - сказал он.



Ряд таджикских аналитиков отметили, что генерал Дэвид Петреус, глава Центрального командования ВС США, контролирующий военные действия в Ираке и Афганистане, посетил Душанбе 26 октября, несколькими днями позже визита Эмомали Рахмона в Москву. Они рассматривают этот факт как свидетельство того, что Вашингтон соперничает за внимание Таджикистана, как потенциального регионального партнера по безопасности.



Дубнов вносит «ложку дегтя» в эти рассуждения.



«Американцы вовсе не так заинтересованы в военных базах в Таджикистане, как это иногда представляют в Душанбе, - сказал он. – И уж тем более американцы никогда не станут вмешиваться во внутренние военно-политические разборки в стране, чтобы защитить нынешний правящий режим в Таджикистане».



Душанбинский политический эксперт Рашид Гани Абдулло полагает, что вопрос с оплатой за пребывание военной базы является козырем, который Таджикистан хочет использовать, чтобы добиться уступок в других вопросах.



«Это скорее попытка использовать эту проблему, как инструмент добиться от России подвижек в решении стратегически важного для Таджикистана вопроса реализации гидроэнергетических проектов», - сказал Р. Абдулло.



Далер Гуфронов, корреспондент газеты «Азия Плюс» по заказу IWPR.