Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Россия возвращается в Афганистан

Москва стремится включиться в афганский политический процесс, не желая оставаться в стороне, но для этого ей придется немало потрудиться.
By Thomas Withington

Среди многочисленных иностранцев, появившихся в Афганистане накануне новогодних праздников, оказалось немало россиян. Они вынуждены были покинуть эту страну 13 лет назад, и теперь они возвращаются сюда осторожно и ненавязчиво, но, похоже, хотят обосноваться здесь надолго.


Уже через 48 часов после освобождения Кабула от талибов в аэропорту афганской столицы приземлился огромный военно-транспортный Ил МЧС России. В 80-е годы этому никто бы не придал значения, правда, на этот раз самолет доставил не войска и бронетехнику, а тонны гуманитарных грузов. Груз сопровождали вооруженные сотрудники российского Министерства по чрезвычайным ситуациям, но военное присутствие этим и ограничивалось.


Вспомнились в связи с этим события 1999 года, когда подразделение российских десантников неожиданно, никого не предупредив, молниеносно захватило аэродром косовского административного центра Приштины.


На неофициальном уровне и в Лондоне, и в Вашингтоне встревожились, однако Госсекретарь США Колин Пауэлл дипломатично высказался в том смысле, что это «большая честь» для союзников предоставить России возможность воспользоваться кабульским аэропортом.


Возвращение России в Афганистан в общем-то не является неожиданностью. Долгие годы Москва оказывала поддержку Северному альянсу в его борьбе против талибов.


С талибами Москва не дружила. Они готовили на своих базах боевиков для войны в Чечне и постоянно угрожали южным партнерам России по СНГ - Узбекистану, Таджикистану и Кыргызстану.


Кремль поддерживал дружественные отношения с бывшим афганским правительством Бурхануддина Раббани - основным партнером России в составе Северного альянса. Правительство Раббани было свергнуто талибами в 1995 году.


В 60-е и 70-е годы СССР оказывал Афганистану помощь в многочисленных проектах развития, включая строительство самого высокогорного тоннеля в мире - салангского. Россия оказала Афганистану существенную помощь в ликвидации последствий разрушительного землетрясения 1998 года. Теперь подразделения МЧС России, прибывшие в афганскую столицу в середине ноября, развернули в городе полевой госпиталь и начали работы по восстановлению салангского тоннеля.


Запад пребывает в недоумении, пытаясь объяснить действия России чем угодно, только не внезапным порывом щедрости. Заместитель министра по чрезвычайным ситуациям РФ Юрий Бражников пояснил, что возвращение Москвы на афганскую землю является составной частью долгосрочной стратегии российского правительства, направленной на обеспечение национальной безопасности Российской Федерации. «Мы чрезвычайно заинтересованы в установлении мира в регионе и обеспечении безопасности южных рубежей СНГ», - заявил он.


Перспектива экспорта воинственного радикального ислама, исповедуемого талибами, в страны СНГ, граничащие с южными районами России, наводила на нее ужас.


Смирившись с американским военным присутствием на территории Узбекистана и Таджикистана, где Пентагон дислоцировал свои войска на бывших советских военных базах для участия в операциях против афганских талибов и боевиков «Аль-Каэды», Москва, тем не менее, не приветствует долгосрочное военное присутствие США в этих странах. В данных условиях развертывание российских наземных сил в Афганистане могло бы обеспечить некий противовес военному присутствию США в непосредственной близости от российских рубежей.


Россия также страдает от массового экспорта афганского героина через территорию центральноазиатских государств. Российские дипломатические усилия в Афганистане наверняка будут направлены на то, чтобы положить конец афганской наркоиндустрии.


Наконец, Россия считает себя вправе напомнить новой кабульской администрации, в особенности представителям Северного альянса, кто был их основным союзником в годы тяжелых испытаний. Действительно, никто не оказывал войскам антиталибской коалиции столь серьезной военной помощи, как Россия, и сегодня российское военное присутствие в Афганистане - пусть даже в рамках гуманитарных операций - призвано убедить новое афганское правительство относиться к интересам Кремля с должным вниманием.


Между тем и в Вашингтоне, и в Лондоне считают, что Россия слишком энергично поддерживает Северный альянс. Ни США, ни их союзники не сомневаются в том, что антиталибской коалиции должна быть отведена важная роль в новом афганском правительстве, но эта роль не должна быть доминирующей.


Министр обороны РФ Сергей Иванов поспешил успокоить международное сообщество, выразив полную и безоговорочную поддержку достигнутых в Бонне соглашений по формированию афганского переходного правительства. «Принятые в Бонне решения являются, как минимум, зеркальным отражением позиции России по данному вопросу», - заявил он. Сама Москва практически не принимала участия в боннских переговорах.


Следует заметить, что в долгосрочном плане ни размещение военизированных подразделений МЧС, ни поставки гуманитарной помощи, ни развертывание полевого госпиталя в Кабуле не дают России серьезных стратегических преимуществ на афганской политической сцене после ухода талибов.


Афганистан разорен, и его восстановление обойдется мировому сообществу в астрономическую сумму. Наибольшим влиянием в Афганистане будут пользоваться те страны, которые вложат больше средств в его восстановление. Учитывая нынешнее состояние российской экономики, вряд ли она способна составить в этом конкуренцию западным державам.


Не последним является и тот факт, что Россия, судя по всему, проигрывает самую важную битву - битву за сердца афганцев. Запад все делает для того, чтобы основную роль в миротворческих операциях на территории Афганистана играли нейтральные государства.


Афганцы слишком хорошо помнят кровавое десятилетие советской оккупации. У большинства из них приземление российских военно-транспортных самолетов в кабульском аэропорту вызывает однозначные ассоциации, и с этим уже ничего не поделаешь.


Томас Уитингтон из Лондона