Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Недовольство девальвацией казахстанской валюты

Митинги против политики властей были не очень многочисленными, но аналитики отмечают важную особенность этих протестов.
By Dauren Altynov
  • Police arrive in central Almaty to disperse a protest about currency devaluation. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    Police arrive in central Almaty to disperse a protest about currency devaluation. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
  • A police commander tells demonstrators to disperse. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    A police commander tells demonstrators to disperse. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
  • Police confront demonstrators including Janar Sekerbaeva (second from right). February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    Police confront demonstrators including Janar Sekerbaeva (second from right). February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
  • The protesters are contained by uniformed officers. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    The protesters are contained by uniformed officers. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
  • A protester is taken away by police. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    A protester is taken away by police. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
  • Some of the 30 people detained are bundled into a bus. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    Some of the 30 people detained are bundled into a bus. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
  • Janar Sekerbaeva was among the demonstrators taken to a police station, fined and released. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)
    Janar Sekerbaeva was among the demonstrators taken to a police station, fined and released. February 15, 2014. (Photo: Vladimir Tretyakov)

По словам аналитиков, недавние митинги против неожиданной девальвации национальной валюты Казахстана сигнализируют о большом интересе к общественным действиям среди молодежи.

Демонстрации, последовавшие за объявлением о девальвации 11 февраля, были немногочисленными и с ними быстро разобрались власти. Основное недовольство было направлено против самого президента Нурсултана Назарбаева.

Девальвация, произошедшая в так называемый «Черный вторник», повысила обменный курс, который раньше искусственно поддерживался на уровне 145-155 тенге за доллар США, до 185 тенге за доллар. Что привело к снижению стоимости на одну пятую.

По словам Кайрата Келимбетова, главы Национального банка, больше невозможно было искусственно поддерживать курс тенге, опустошая золотовалютные резервы страны, поскольку российский рубль – основная торговая валюта для Казахстана – ослаб. Россия постепенно управляла ослаблением курса с октября 2013 года.

Официальные лица Казахстана настаивают на том, что данный шаг укрепит экономку и поможет местному бизнесу.

Премьер-министр Серик Ахметов пообещал сдерживать цены на продукты первой необходимости от повышения, а президент в свою очередь отдал указание о повышении зарплат в государственном секторе на 10 % и осуществлении компенсационных выплат, он также поручил оказать поддержку бизнесу, взявшему деньги в кредит в твердой валюте.

В публичном заявлении от 14 февраля президент Назарбаев дал поручение правительству взять деньги из Национального фонда, созданного из неожиданно высоких доходов от нефти, на поддержку экономики в два следующих года.

Официальные заверения не остановили людей от оживленного обмена денег на иностранную валюту в ожидании повышения цен на продукты питания, лекарства и ГСМ. Стоимость некоторых электронных товаров быстро подскочила на треть вместе с повышением цен на импортные автомобили и недвижимость.

Первые протесты были посвящены проблемам, с которыми столкнулись люди, выплачивающие ипотечные кредиты. Около 40 человек, в основном среднего возраста, опытные активисты, провели демонстрацию около Национального банка в финансовом центре страны Алматы с требованием отставки Келимбетова.

Арестов не было, но некоторые митингующие получили предупреждения за участие в несанкционированном митинге. Были попытки провести аналогичные акции в Астане, Усть-Каменогорске (Оскемен) и Караганде.

Самый крупный митинг с участием большинства молодых людей и более 100 человек был проведен в Алматы 15 февраля. Полиция быстро прибыла на место и арестовала около 30 митингующих, большинство из которых были оштрафованы, а затем выпущены, а двое были приговорены к неделе или двум в тюрьме.

Вместе с общей критикой в адрес властей звучали открытые призывы к отставке президента. Протестующие скандировали, что пришло время «старику» уходить. Онлайн-петиция за импичмент Назарбаеву была заблокирована властями.

Будучи шокированными фактической девальвацией, митингующие пришли в негодование еще и от того, как было сделано объявление о девальвации.
32-летняя Жанар Секербаева, принявшая участие в акции протеста 15 февраля, рассказала IWPR, что девальвация показала, что власти еще раз проигнорировали потребности простых людей.

«Мы устали от социальной несправедливости и несменяемости власти, - сказала она. - Шаг по девальвации валюты и жесткие действия по отношению к вышедшим на акции протеста демонстрируют, что наша судьба безразлична руководству страны».

34-летняя учительница из Алматы, пожелавшая остаться неизвестной, сказала, что упавший курс тенге «съел» пятую часть из тех 350 долларов в месяц, которые получали такие же, как она, педагоги.

Она вышла на митинг, несмотря на тот факт, что она и другой преподавательский состав получил инструкцию от школьной администрации убедить студентов не участвовать в таких собраниях.

«Нам говорят, что мы досрочно вошли в 50 самых конкурентоспособных стран мира и дела в экономике идут очень хорошо. Но очередная девальвация свидетельство системного кризиса и продолжающегося обнищания народа», - сказала 22-летняя участница акции протеста на условиях анонимности.

Слухи о девальвации ходили в прошлом году, но правительство их настойчиво отвергало. В конце 2013 года официальные лица настоятельно призывали население хранить сбережения в тенге. На прошлой неделе Келимбетов признался, что правительство взвешивало данный шаг последние полгода.

Тулеген Аскаров, финансовый аналитик Forbes.kz, рассказал IWPR, что инсайдеры режима могли хорошо заработать, зная точные сроки. 

«Однако если посмотреть на данные биржевых аналитиков, то незадолго до девальвации обмен иностранной валюты вырос сразу на 2,3%, - говорит он. - Поэтому, можно с большой долей вероятности предположить, что кто-то имевший инсайдерскую информацию мог хорошо заработать на обмене курса».

Политолог из Алматы Максим Казначеев говорит, что правительство полностью не справилось со своей обязанностью уведомить и надлежащим образом подготовить население к этому удару.

Согласившись с тем, что небольшие акции протеста, последовавшие вслед за объявлением, не несут риска политической элите, Казначеев добавил: «Вместе с тем, мы видим, что уровень социального недовольства политикой властей продолжает нарастать, число недовольных увеличивается и это тревожит политическое руководство страны, которое своими действиями показало, что любые несанкционированные акции будут жестко пресекаться силовыми органами».

Это третья по счету девальвация тенге с момента ввода валюты после обретения Казахстаном независимости в 1991 году, но впервые она вынудила людей выйти на акции протеста.

По словам аналитиков, преимущественно спонтанный характер митингов отличался от предыдущих акций протеста, возглавляемых политической оппозицией, которая в основном распалась.

Политический активист Ерлан Карин написал в онлайн-издании Sayasat.org, что, несмотря на то, что масштаб беспорядков незначителен, он показал рост числа «несанкционированных» протестов.

«Эта оппозиция раньше направляла письмо с просьбой предоставить место, - пишет он, - а простым людям уже не до юридических тонкостей».

Даурен Алтынов – псевдоним журналиста, прошедшего тренинг в IWPR, из Казахстана.