Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

КАК НАЧАЛАСЬ ВОЙНА В ГРУЗИИ

Журналисты IWPR пытаются проследить трагическую цепь событий, приведших к войне в Южной Осетии
By Dmitry Avaliani, Sopho Bukia, Alan Tskhurbayev, Thomas de Waal
Еще не оправился Кавказ от шока, вызванного вспыхнувшей вокруг Южной Осетии войной, еще долго будут звучать вопросы о том, как начиналось это противостояние, последствия которого оказались столь катастрофическими.

Единогласно констатируется, что в ночь с 7 на 8 августа, около 23:30, грузинская армия начала наступление. Вопрос в том, имела ли место прямая угроза грузинской безопасности. Тбилисские чиновники утверждают, что столкнулись с недопустимой провокацией в виде обстрелов расположенных на территории Южной Осетии грузинских сел и сосредоточения по ту сторону гор российских военных сил – это, говорят они, не оставило им иного выбора, кроме как поступить так, как они поступили. По их словам, они противостояли крупномасштабной российской агрессии.

«Как мы могли предотвратить боевые действия тогда, когда Россия уже определенно решила начать войну?» - сказал в беседе с IWPR министр по реинтеграции Грузии, главный представитель Тбилиси на переговорах по Южной Осетии Темури Якобашвили.

Осетины и русские, в свою очередь, называют нападение грузин цинично запланированной операцией, имевшей целью возвращение Южной Осетии под контроль Тбилиси. Они обращают внимание на тот факт, что атака началась всего через несколько часов после того, как президент Михеил Саакашвили успокоил осетин, объявив о прекращении огня и пообещав им «неограниченную автономию».

Аэлита Джиоева покинула Цхинвали 7 августа, всего за несколько часов до того, как начался обстрел города.

«Конечно, ситуация была напряженной и до того, и многие люди решили уехать, - сказала она. – Но никто не думал, что они нападут на нас так неожиданно, ночью, когда все спали, а где-то в другой части мира начинались Олимпийские игры. То, что они совершили, ужасно».

ОТ ПЕРЕМИРИЯ К ВОЙНЕ

В ночь с 7 на 8 августа грузинское телевидение показывало кадры проносящихся по ночному небу артиллерийских снарядов. Это было началом массированного нападения на город Цхинвали, далее последовала наземная операция с участием танковых формирований. Началась война.

Остается неясным, что произошло в те четыре с половиной часа между 19:00 и 23:30.

В семь часов вечера 7 августа Саакашвили выступил с заявлением в связи с происходившими в тот день интенсивными перестрелками в зоне конфликта. «Грузинская сторона постоянно находится на связи с российским руководством миротворцев, и несколько часов назад они заявили, что окончательно перестали контролировать действия сепаратистов», - сказал он.

Он призвал Россию отозвать своих чиновников, занимающих посты в правительстве Южной Осетии, добавив при этом, что Россия может, если того пожелает, выполнять роль гаранта широкой автономии Южной Осетии в составе единой Грузии.

«Молю вас, - обратился он к южным осетинам, - мы не хотим воевать с вами. Не испытывайте терпения нашего государства. Давайте прекратим эту эскалацию и начнем переговоры – прямые, многосторонние, какие хотите».

«Я обращаюсь к тем, кто стреляют в грузинских полицейских. Я хочу с полной ответственностью сказать и признать, что несколько часов назад я принял очень трудное решение - не отвечать на огонь».

В десять вечера информационное агентство «Новости Грузии» со ссылкой на представителя грузинского министерства внутренних дел Шота Утиашвили сообщило, что в результате ведшихся с южноосетинской стороны обстрелов погибли 10 грузин, еще 50 получили ранения. Пострадали как миротворцы, так и мирные жители. Утиашвили заявил, что осетинская сторона продолжает стрелять, тогда как грузины, следуя приказу президента, прекратили огонь.

Позднее той ночью, уже после того, как грузинская сторона начала наступление, Утиашвили сообщил, что осетинская сторона атаковала расположенное близ Цхинвали осетинское село Приси, что в 11 часов интенсивному обстрелу подверглось и грузинское село Тамарашени.

Грузинская операция стартовала около половины двенадцатого ночи.

«Боевая тревога была объявлена ночью, - сказал IWPR молодой грузинский капрал Шалва, принимавший участие в наступлении. – Тогда мы и покинули казарму».

По словам другого военнослужащего, сержанта, который представился Александром, покидая казарму, они не знали, что будут атаковать Цхинвали. «Нам было сказано, что мы будем защищать грузинские села», - сказал он.

Участник обороны Цхинвали, осетин по имени Алан, который отказался назвать свою фамилию, говорит, что находился в тот вечер в Цхинвали и знает: нападения там не ждали.

«Вечером 7 августа в Цхинвали было относительно спокойно, - сказал он. – В новостях объявили о перемирии. Первые выстрелы раздались в 23:30. Я отвел свою семью в подвал, и сам спрятался там же. Почти сразу же в городе отключилось электричество. До четырех или пяти часов утра выйти [из подвала] было невозможно, потому что город обстреливался из «Града».

Около 12:30 8 августа командир грузинского миротворческого контингента в зоне конфликта Мамука Курашвили сделал заявление для грузинских СМИ. Грузия, сказал он, «решила восстановить конституционный порядок во всем регионе». Он сообщил, что потерь с грузинской стороны нет, и «все идет по плану».

Южноосетинские и российские СМИ, между тем, сообщали, что Цхинвали обстреливается ркетами из установок залпового огня «Град».

Детали происходящего докладывались в опубликованном чуть позднее двух часов ночи заявлении грузинского руководства. В нем говорилось, что в эскалации конфликта виновна южноосетинская сторона, которая атаковала населенные пункты Приси и Тамарашени, нанеся потери грузинам.

В заявлении озвучивалась и новая деталь, которую позднее будут повторять Саакашвили и другие грузинские чиновники: «Согласно имеющейся в нашем распоряжении информации, через Рокский туннель российско-грузинскую границу пересекли сотни вооруженных людей и военная техника».

И дальше: «Грузинские власти были вынуждены принять соответствующие меры, с тем, чтобы гарантировать безопасность мирного населения и предотвратить вооруженные нападения».

Важный момент – время появления в Южной Осетии российских войск. Российская 58-ая армия проводила учения в Северной Осетии, недалеко от соединяющего две Осетии четырехкилометрового Рокского туннеля. Грузины теперь говорят, что предприняли нападение в упреждающих целях – чтобы отвратить возможность российского военного вторжения. По осетинской и российской версии, 58-ая армия вступила в дело только после того, как началось грузинское наступление.

С новыми подробностями версии грузинской стороны выступил 14 августа премьер-министр Грузии Ладо Гургенидзе. «Около шести часов утра грузинские силы взорвали Куртский мост (расположенный приблизительно в трех километрах к северу от Цхинвали). Были взорваны и одна-две машины из колоны российских войск, к тому времени добравшейся туда по Рокскому туннелю... Подумайте о том, сколько часов ушло бы у этой колоны на подготовку, сборы и продвижение по столь трудной местности, и с какой скоростью они должны были бы двигаться, чтобы быть у моста в Курта в 6 часов утра. Если это не заранее спланированное вторжение, то я не знаю, что это», - сказал он.

Со многими из этих утверждений можно поспорить. Так, корреспондент IWPR, побывавший в зоне конфликта на прошлой неделе, не видел в районе Курта ни одного разрушенного моста.

Осетинские очевидцы рассказывали IWPR, что российская армия появилась в Цхинвали только утром 8 августа. Например, правозащитница Лариса Сотиева, которая в ночь с 7 на 8 августа находилась недалеко от села Джава, говорит, что впервые увидела российские войска около восьми часов утра.

Эксперт по вооруженным силам России, сотрудник лондонского Международного института стратегических исследований Кристофер Лангтон считает, что «части 58-ой армии находились в состоянии полной боевой готовности».

«Никого не удивит тот факт, что у военных командиров есть чрезвычайные планы реагирования на любое неожиданное развитие событий в этом регионе. И именно к таким сценариям готовилась 58-ая армия во время своих недавних учений. Однако, очевидно, что на месте был весь материально-технический ресурс, что войска были готовы сняться с места в любой момент».

«Учитывая относительно небольшое расстояние, которые требовалось покрыть, а также необычайно высокую боевую готовность этой силы, в том, как скоро она добралась до места своего назначения, нет ничего удивительного. ... они располагались так близко к 4-километровому Рокскому туннелю, как это было возможно для них».

Однако Лангтон не спешит согласиться с утверждением, что 58-ая армия была задействована до того, как началась грузинская операция.

«Они были в состоянии готовности, но я не уверен, что они уже были в пути», - сказал он.

С появлением русских военное противостояние эскалировало. Грузинские чиновники делали оптимистичные заявления, сообщая, что под контроль взята большая часть Цхинвали, и называя свою операцию вынужденной реакцией на «российскую агрессию».

Вскоре после 10 часов утра телеканал «Рустави-2» сообщил, что около 600 грузинских военнослужащих захватили большую часть Цхинвали, а также три осетинских села – Грони, Ацеви и Цинагара. По информации канала, грузинскими силами контролировались еще восемь осетинских сел – Знаури, Сарабуки, Хетагурово, Атоци, Квемо Окуна, Дмениси, Бубуки и Дидмуха.

Осетинский ополченец Алан сказал IWPR: «Грузинские танки вошли в город утром. Первую атаку нам удалось отразить своими силами. К середине дня танки отступили, произошла перегруппировка, а около 14:00 часов на южной окраине города началась новая атака».

По словам Алана, первые российские танки появились в Цхинвали около 16:00.

Выступая по телевидению тем утром, Саакашвили сказал: «Большая часть Цхинвали на данный момент освобождена, бои продолжаются в центре Цхинвали».

Он также сообщил, что Грузия подверглась воздушной атаке российских военных самолетов. Это, сказал он, является свидетельством того, что в отношении Грузии осуществляется «широкомасштабная военная агрессия».

«Немедленно прекратите бомбить грузинские города! – обращался Саакашвили к России. – Грузия не начинала этой конфронтации, и Грузия не уступит свои территории. Грузия не откажется от своей свободы... Мы уже мобилизовали десятки тысяч резервистов. И мобилизация продолжается».

После продолжавшихся один день боев в Цхинвали грузинские войска были вытеснены из города. И тогда война стала распространяться вглубь Грузии.

ЛЕТНИЕ СТРАСТИ

Разразившаяся 8 августа полномасштабная война предварялась несколькими неделями перестрелок в Южной Осетии. С обострением ситуации в первые дни августа многие осетинские семьи вывезли своих детей из Цхинвали.

3 июля было совершено неудачное покушение на про-тбилисского лидера «временной администрации Южной Осетии» Дмитрия Санакоева. Тбилиси увидел в случившемся руку «осетинских сепаратистов».

Воспользовавшись этим инцидентом, грузинская сторона захватила – почти без сопротивления - важную высоту близ села Сарабуки, чем вызвала ярое недовольство осетинской стороны: Цхинвали стал много уязвимее в результате этой операции.

Гневно прокомментировали грузинские чиновники показанные телевидением кадры эвакуации из региона мирного осетинского населения. Это, заявили они, свидетельствует о том, что Южная Осетия готовится к войне.

Осетинская сторона требовала возобновления переговоров в рамках многосторонней Смешанной контрольной комиссии (СКК), в состав которой входят и российские представители. Грузины на это отвечали, что хотят прямых переговоров с осетинской стороной.

В первые дни августа погибли несколько человек. Жительница расположенного рядом с Цхинвали грузинского села Никози Манана Маградзе, теперь ставшая беженкой, сказала IWPR: «В августе не было ни одного спокойного дня. Мы просыпались от звука взрывов и стрельбы. В Тбилиси говорят, что война началась сейчас, но для нас война продолжается уже много лет».

А потом было седьмое августа. Этот день ознаменовали особенно интенсивные перестрелки. Глава совета безопасности Южной Осетии Анатолий Баранкевич обвинил Тбилиси в «агрессии» и размещении на окраине города Гори установок залпового огня «Град».

Грузинский министр по вопросам реинтеграции Темури Якобашвили отправился в Цхинвали, чтобы обсудить ситуацию с осетинской стороной. Там он встретился с главой российских миротворцев, однако осетинские лидеры, как он сам сказал, встречаться с ним не захотели.

Специальный представитель России в регионе Юрий Попов сообщил, что днем 8 августа должны состояться двусторонние переговоры между Якобашвили и Борисом Чочиевым, представляющим осетинскую сторону на переговорах по урегулированию конфликта вокруг Южной Осетии. Тут же он оговорился, что эта встреча является «исключением» и не означает отказа от формата СКК.

Жительница Никози Манана Маградзе говорит, что хорошо помнит тот визит Якобашвили. «Мы знали, что он должен приехать на переговоры с осетинами. Все село сидело перед телевизорами, молясь о том, чтобы было достигнуто какое-нибудь соглашение. Мы знали: если этого не произойдет, будет война, потому что дальше продолжаться так не могло».

Член южноосетинского правительства Баранкевич заявил, что грузинская артиллерия обстреляла осетинское село Хетагурово. То, что село сильно разрушено, подтверждал позднее побывавший там корреспондент IWPR, но проверить, когда были нанесены эти повреждения, оказалось труднее.

Международное сообщество забеспокоилось.

Заместитель Госсекретаря США Дэниэл Фрид, встретившись со своим российским коллегой Григорием Карасиным, заявил, что Москва разделяет обращенный к сторонам призыв Вашингтона проявлять сдержанность. «Мы согласились вместе работать над тем, чтобы прекратить военные действия в Южной Осетии и создать условия для ведения политического диалога», - сказал Фрид в беседе с информационным агентством Reuters.

«Судя по всему, эту вспышку насилия спровоцировала южноосетинская сторона. Мы призвали русских убедить своих южноосетинских друзей отступить и проявлять больше сдержанности. И мы верим, что именно это русские и пытаются сделать».

Министр иностранных дел Финляндии, действующий председатель ОБСЕ Александр Стабб заявил, что «обеспокоен» сообщениями о боевых действиях и находится в постоянном контакте с обеими сторонами.

При этом международные чиновники говорили, что к тому времени, когда им было сообщено о начале военного противостояния, остановить его было уже невозможно.

Не пожелавший быть названным грузинский военный, который не принимал участие в военных действиях 7-8 августа, рассказал IWPR, что ситуация накалялась в течение нескольких недель. По его словам, грузинское руководство, явно «недолго раздумывало», прежде чем принять решение о наступлении.

«Почему [грузинские власти] вошли в Цхинвали? Может быть, это было необходимо из политических соображений, но никак не из военных. Мы не должны были идти на Цхинвали. Грузины [контролировали] все стратегические высоты вокруг города, в военном смысле идти на Цхинвали было не нужно», - сказал военнослужащий.

Ключевым моментом он называет захват грузинскими силами «самой стратегически важной высоты в Южной Осетии» - Сарабуки. «После того, как об этом стало известно, было легко предсказать, что осетины сорвутся с цепи».

СЛЕДСТВИЕ НАЧИНАЕТСЯ

Вероятно, для установления того, как началась эта война, будет проведено международное расследование. Международное сообщество спрашивает себя, все ли было сделано для того, чтобы не допустить кровопролития.

Президент ПАСЕ Луис-Мария де Пуч заявил: «Парламентская ассамблея Совета Европы намерена в должном порядке установить ответственность, которую несет каждая из сторон, вовлеченных в конфликт. С этой целью я попросил российское и грузинское правительства, также как и парламентские делегации обеих стран, предоставить детальную информацию относительно того, что на самом деле произошло».

Для осетин все предельно ясно: произошло нападение, которое не было спровоцированным, и виновник должен быть наказан.

«Они просто уничтожили город, уничтожили людей, - сказал житель Цхинвали Тамерлан. – Если и после этого кто-то назовет Грузию демократической страной, то я не знаю, что думать. Это было самым настоящим геноцидом».

В Грузии эксперты по-разному отвечают на вопрос о том, можно ли было избежать конфликта, и правильно ли поступило руководство страны 7 августа, отдав приказ о наступлении.

Руководитель Грузинского фонда стратегических и международных исследований Александр Рондели считает, что войны было не избежать, поскольку «русские к тому моменту уже приняли такое решение».

«Грузии пришлось принять очень трудное решение, - сказал он. – Ситуация была безвыходной – осетины обстреливали грузинские села, прежде эвакуировав из зоны конфликта своих детей и женщин, и из России в Грузию зашли колонны военной техники».

«Грузинским властям пришлось предпринять превентивные меры».

Сегодня на сторону Саакашвили встали даже многие из тех, кто прежде яростно оппонировал ему.

Главный соперник Саакашвили на январских президентских выборах Леван Гачечиладзе сказал: «Пусть сегодня никто не рассчитывает увидеть в Грузии раскол. Сегодня Грузия объединилась перед лицом российских оккупантов».

Однако звучат и критические голоса.

Конфликтолог, член оппозиционной Республиканской партии Паата Закареишвили пеняет грузинскому руководству за то, что оно не проявило должной сдержанности.

«Грузинская сторона инициировала военные действия, но Россия давно ждала в засаде, упорно пытаясь спровоцировать Грузию», - сказал он.

Столько раз не поддавшись на провокации, «в том числе те, которые устраивались миротворцами как в Южной Осетии, так и в Абхазии», [Грузия] могла бы поступить так же и в этот раз», - сказал Закареишвили.

Эксперт считает, что решение о наступлении президент Саакашвили принял под давлением со стороны определенных сил в правительстве.

С этим соглашается бывший госсминистр Грузии по урегулированию конфликтов Гиорги Хаиндрава, сегодня являющийся ярым критиком правительства. «Грузинские власти могли и были обязаны предотвратить военные действия», - сказал он.

«Весь мир предупреждал грузинское правительство не ввязываться, не поддаваться грязным провокациям. Тем более, что недавно на Северном Кавказе прошли учения российских вооруженных сил «Кавказ-2008», которые моделировали вторжение в Грузию».

Но как бы то ни было, добавил он, пока оппозиция не собирается судить президента.

«В то время, когда Грузию опустошают варвары, мы не доставим им такую радость. Однако впоследствии обязательно надо заняться высшим военным руководством, которое бросило народ и армию на произвол судьбы», - сказал Хаиндрава.

Почему западные лидеры не помешали войне? Этим вопросом задается все международное сообщество, и особенно интенсивные рассуждения на этот счет – критические, с попытками самоанализа – ведутся в Вашингтоне.

Звучат вопросы по поводу того, почему американскими спутниками не было зафиксировано движение российских войск на территории Северной Осетии.

Корреспонденты New York Times Хелен Копер и Том Шэнкер высказывали мнение, что американская администрация слала грузинскому правительству «путаные сигналы», которые, возможно, были им неверно истолкованы как «зеленый свет», позволение рассчитывать на поддержку США своим действиям.

Журналисты приводят слова представителя администрации США. «Грузины, - сказал он, - посчитали, что лучше позже попросить прощения, чем предварительно испросить разрешения. Это было их решением. Они знали, что мы скажем «нет»».

Газета цитирует и одного высокопоставленного американского чиновника, сопровождавшего Госсекретаря США Кондолизу Райс во время ее визита в Тбилиси 9 июля. Райс, сказал он, предупреждала Саакашвили не поддаваться на провокации России.

«Она сказала ему – в весьма недвусмысленных выражениях – что он должен дать обязательство о неприменении силы», - сказал источник.

Однако, отмечает газета, в публичных высказываниях Райс слышался иной посыл – «готовность несмотря ни на что поддержать Грузию перед лицом российского давления» - воспринятый грузинским президентом как поощрение.

Другой бывший американский дипломат, который не пожелал, чтобы его имя было названо, квалифицирует случившееся как провал американской дипломатии. «Ужасно, что многие [в Вашингтоне] не смогли это предвидеть. Некоторые европейские друзья предупреждали об этом в течение многих месяцев».

Дмитрий Авалиани, корреспондент газеты «24 саати», Тбилиси. Софо Букия, редактор IWPR в Тбилиси. Алан Цхурбаев, бывший редактор IWPR по Северному Кавказу, Владикавказ. Томас де Ваал, редактор Кавказской программы IWPR, Лондон