Власти Узбекистана нашли нового «исламского врага»

Власть начинает кампанию по искоренению последователей движения «Нур», хотя идеология движения до сих пор неясна.

Власти Узбекистана нашли нового «исламского врага»

Власть начинает кампанию по искоренению последователей движения «Нур», хотя идеология движения до сих пор неясна.

Мусульманское движение, зародившеееся в Турции, стало последней мишенью в длительной и ожесточенной борьбе узбекского правительства против всего, что оно расценивает как проявления радикального ислама.

На судебном процессе, который начался 21 апреля в Бухаре, областном центре на западе страны, девять человек были обвинены по статье 244 Уголовного кодекса Узбекистана, предусматривающей наказание за религиозный экстремизм, сепаратизм, создание запрещенных организаций и участие в них.

Несмотря на это, существенных доказательств того, эти люди являлись членами организованной группировки, не было, как и не было доказательств того, что они разделяют экстремистские взгляды.

Среди обвиняемых – 37-летний Икром Мерджоев, заместитель декана физико-математического факультета Бухарского государственного университета. Во время проведения собрания в его доме он и еще восемь человек были арестованы.

Их обвиняют в участии в движении, связанном с турецким мыслителем Фатуллах Гюленом, известным в Центральной Азии тем, что имел отношение к открытию частных турецких лицеев.

Движение Гюлена также называют «Нур» («Луч»). Оно произошло от учения, созданного последователями ученого муллы Саида Нурси, жившего в Турции и умершего в 1960 году.

В начале 90-х годов прошлого столетия турецкие лицеи распространились по всему центрально-азиатскому региону, в них отдавала детей элита этих государств.

Узбекистан приветствовал открытие этих учебных заведений как способ стимулирования развития политических отношений с Турцией, которая после развала Советского Союза начала проявлять интерес к тюркоязычным государствам в Центральной Азии.


Однако после того как в 1999 году в столице Узбекистана Ташкенте прогремела серия взрывов, в которых были обвинены две организации – вооруженные повстанцы из Исламского движения Узбекистана (ИДУ) и партия Хизб ут-Тахрир, власти стали закрывать турецкие лицеи по всей стране.

Очевидно, из страха, что те секретно продвигали мусульманский ирредентизм – этническое общественно-политическое движение за присоединение всех групп так называемого «разделенного народа» вокруг единого национального государственного ядра.

Несмотря на то, что лицеи, в преподавательский состав которых входили последователи Гюлена, не преподавали религиозное учение в открытую, а идеи движения «Нур» не имеют ничего общего с революционным фундаментализмом движений ИДУ и Хизб ут-Тахрир, узбекские власти, похоже, поставили их на одну ступеньку.

За последние месяцы в стране было отмечено несколько случаев ареста предполагаемых «нурчилар» (нурсистов), как в Узбекистане называют последователей Гюлена.

Последнее дело в суде рассматривалось вскоре после рассмотрения предыдущего дела, которое закончилось длительными тюремными сроками для трех предполагаемых нурсистов, обвиненных в религиозном экстремизме согласно Уголовному кодексу страны.

Шавкат Исмоилов, директор газеты «Етти иклим» («Семь измерений»), и Даврон Таджиев, редактор журнала «Имрок» («Ручей»), получили по 8 лет лишения свободы на судебном заседании 9 апреля. Мамадали Шахабиддинов, имам-хатиб соборной мечети «Махтуб Эшон» из Намангана, получил 12-летний срок.

Ни «Етти иклим», ни «Имрок» не делали тайны из того, что публикуют идеи Саида Нурси. К тому же в 2007 году оба издания прошли сложный процесс регистрации, который отсеивает все, что власти страны считают политически сомнительным или нежелательным. В Узбекистане нет оппозиционных СМИ.

26 февраля пятеро других сотрудников журнала «Имрок» получили сроки от 8 до 12 лет по обвинениям в распространении информации, представляющей угрозу общественной безопасности, и причастности к организации «Нур».

В настоящее время газета «Етти иклим» и журнал «Имрок» закрыты.

На суде было сказано, что все подсудимые являлись выпускниками турецких лицеев.

Во время этого судебного разбирательства обвиняемые не отрицали факта распространения ими идей Саида Нурси, однако отвергли утверждения, что их можно приравнять к исламскому экстремизму.

«Я против любых проявлений экстремизма и полностью поддерживаю политику узбекского государства», - сказал в своих показаниях Бахром Ибрагимов, осужденный к 12 годам лишения свободы.

Анвар Мамедов, адвокат, участвовавший в защите обвиняемых, заявил, что отсутствуют свидетельства того, что его клиенты распространяли опасные материалы.

«В заключении [суда] предполагается, что общий контекст материалов, возможно, угрожает общественной безопасности, однако в тексте не приводится конкретных предложений, фраз, которые являются экстремистскими», - сказал он.

Местная правозащитная организация «Эзгулик» сообщает, что всего по стране было арестовано 50 сторонников движения «Нур». По словам активиста организации Абдурахмана Ташанова, правоохранительные органы устроили облаву на тех, кто в прошлом посещал турецкие лицеи.

Один из таких бывших учеников рассказал IWPR, что его вызывали на допрос в Службу национальной безопасности (СНБ).

«Они не оставляют нас в покое, - сказал он. – Мне нечего им сказать, так как я не имею ничего общего с “Нур”».

Как это принято в стране, где государственные СМИ используются для передачи посланий правительства, многочисленные судебные преследования сопровождались повторяющимися показами документальной телепередачи, которая, как утверждалось, обнажает настоящее лицо движения «Нур».

Телепередача под названием «Свет, несущий тьму» была показана по национальному телевидению. В ней использовалась информация, полученная от СНБ, для подкрепления аргументов о том, что образование было лишь инструментом секретной подготовки кадров для достижения финальной цели – создания исламских государств от Турции до Центральной Азии.

«Так называемая образовательная благотворительная помощь со стороны секты “Нурси” угрожает национальным ценностям узбекского государства», - констатировал диктор.

Аналитики задаются вопросом, действительно ли движение Гюлена представляет угрозу такому полицейскому государству как Узбекистан? Или службы безопасности просто стремятся выставить исламские организации врагами, которых следует уничтожить.

«Они ищут врагов там, где их нет», - говорит Ташпулат Юлдашев, политолог из Узбекистана, ныне живущий за границей.

«Какие религиозные организации могут работать под носом у узбекской СНБ? Это невозможно, учитывая действия существующего режима», - сказал он.

Президент Узбекистана Ислам Каримов искоренил все светские оппозиционные группы в начале 90-х, а затем принялся за исламские объединения, очевидно, опасаясь, что любая форма религиозного выражения, неконтролируемая государством, может послужить средством для выражения народного недовольства.

Он начал с устранения тех исламских религиозных деятелей, которые не разделяли его видение религии как инструмента государственной политики. Это подавление привело к возникновению ИДУ, которое предприняло вооруженные партизанские рейды в 1999 и 2000 годах, результатом чего стали массовые аресты.

Радикальная партия Хизб ут-Тахрир столкнулась с такой же беспорядочной волной арестов, хотя она до сих пор тайно продолжает свою деятельность.

Правительство продолжает преследовать любую деятельность, которую расценивает как неконтролируемое выражение мусульманской веры. Опубликованные идеи Гюлена аполитичны, и он призывает к межрелигиозному диалогу и толерантности. Но для узбекских лидеров достаточно и того, что его последователи говорят об исламе, и что их вдохновитель находится за пределами Узбекистана.
Support our journalists