В ТАДЖИКИСТАНЕ ВОЗРОЖДАЕТСЯ ИСМАИЛИТСКАЯ ВЕТВЬ ИСЛАМА

Исмаилизм – одно из религиозных течений ислама – переживает в Таджикистане возрождение.

В ТАДЖИКИСТАНЕ ВОЗРОЖДАЕТСЯ ИСМАИЛИТСКАЯ ВЕТВЬ ИСЛАМА

Исмаилизм – одно из религиозных течений ислама – переживает в Таджикистане возрождение.

Таджикистанские исмаилиты, проживающие в основном в горных районах на востоке страны, уже не те, что при советской власти, когда они боялись даже открыто держать дома потрет своего духовного лидера - Ага-Хана.


Советская власть почему-то особенно не любила исмаилитов, хотя их вера – ответвление шиитского ислама - проповедует терпимость и ненасилие. В течение многих десятилетий исмаилиты исповедовали свою веру тайно.


Ширин Саркорова – жительница высокогорного памирского селения Хуф - до сих пор хранит фотографию деда нынешнего Ага-Хана, которую прятала в сундуке почти сорок лет.


После падения советской власти исмаилиты смогли вздохнуть свободно. Теперь они свободно исповедуют свою религию и даже имели возможность встретиться со своим духовным лидером. Фонд Ага-Хана не жалеет средств, помогая братьям по вере в отдаленных горных селениях Таджикистана.


До сих пор деятельность фонда в Таджикистане не была видна только потому, что Памирское плато отгорожено от остального мира стеной гор, но теперь суннитское большинство Таджикистана воочию убедится в том, что исмаилитская вера жива. В начале сентября в столице Таджикистана Душанбе заложен символический камень в основание первого в Центральной Азии Исмаилитского центра, аналогичного тем, которые уже существуют во многих странах мира.


Общая стоимость проекта – около $20 миллионов. Строительство будет завершено летом 2007 года, в 50-летний юбилей, когда принц Карим Ага-Хана IV стал 49-м наследным имамом исмаилитов. Предполагается, что проект обеспечит работой сотни безработных граждан Таджикистана.


Своей исторической родиной исмаилиты считают Горный Бадахшан. От таджиков-суннитов, проживающих в долинной части Таджикистана, памирцев отличают язык, религиозное направление и различие в обрядах. На протяжении всей своей долгой истории исмаилиты вобрали в себя много разных традиций, и культурное разнообразие до сих пор продолжает оставаться отличительной чертой общины.


В горных районах соседних Афганистана и Пакистана так же немало последователей исмаилитской веры.


Верующие исмаилиты считают Ага-Хана прямым наследником пророка Мохамеда. Секта исмаилитов откололась от шиитской ветви ислама в VIII веке после того, как старший сын и наследник шестого шиитского имама Джафара ас-Садыка Исмаил умер раньше отца, и права наследования перешли к брату. Однако несогласные с этим решением продолжали считать его седьмым имамом и образовали свою секту, члены которой почитают потомков Исмаила, называемых Ага-Хан.


Первый визит главы исмаилитов на Памир состоялся в 1995 г. и он открыл новую эпоху в религиозной жизни памирцев. Исмаилиты преклонного возраста благодарят Бога за то, что смогли воочию увидеть своего духовного лидера.


«Дед мне только рассказывал о нашем имаме, а я его увидел лично», - с гордостью говорит хранитель рушанского молельного дома Саид Шарипов.


Первый общественный молитвенный дом (чамоат-хана) исмаилитов открылся в Хороге в 1995 г. Здесь каждое утро и вечер собираются люди (в отличие от других мусульман, исмаилиты Памира читают молитву два раза в день). На два-три кишлака назначается один халифa, в обязанности которого входит исполнение религиозных обрядов во время свадеб и похорон.


Но не только духовное возрождение принес имам своим последователям в Таджикистане. Организация развития им. Ага-Хана, в состав которой входит Фонд Ага-Хана, оказывает горцам помощь по многим направлениям, в том числе – по линии культуры и здравоохранения. Исмаилиты считают, что в годы гражданской войны 1992-1997 гг. принц Карим Ага-Хан спас население Бадахшана от голодной смерти.


«Не будь его, не представляю, как бы мы жили. Он строит школы. Детям раздают каждый день питание. А сколько памирцев учатся за границей», - говорит Шарипов.


«Такое почитание своего имама неудивительно, - считает социолог Сайера Ашрапова. - Конечно, Фонд Ага-Хана оказал неоценимую помощь в возрождении края. Это очень хорошая поддержка. Особенно в зимнее время, когда автодорога Душанбе-Хорог закрывается, и регион фактически отрезан от большой земли на несколько месяцев. Жизнь здесь суровая. Памирцы при всем их трудолюбии не смогут обойтись без посторонней помощи».


Первые программы Фонда Ага-Хана в Таджикистане, начавшиеся в 1993 г., носили исключительно гуманитарный характер: населению Горного Бадахшана бесплатно раздавали муку, масло и другие продукты. Регион, оказавшийся в экономической блокаде, срочно нуждался в продовольственной поддержке.


«За двенадцать лет работы размер нашей помощи может исчисляться миллионами долларов», - говорит глава Организации Ага-Хана по развитию в Таджикистане Хаким Феераста.


«Наряду с гуманитарной помощью мы начали реформу сельского хозяйства. Наша главная задача заключается в том, чтобы сделать людей менее зависимыми от внешней помощи, дать им возможность развивать свое дело. На сегодня около 80% процентов жителей Памира обеспечивают себя самостоятельно», - говорит Феераста.


Но самым грандиозным проектом ФАХ в Таджикистане станет строительство международного университета им. Ага-Хана. Суперсовременный университет будет расположен на высоте более 2000 м. над уровнем моря, в административном центре Горного Бадахшана Хороге.


Главным архитектором университетских кампусов, а их теперь в Центральной Азии будет три - в Таджикистане, соседнем Кыргызстане и Казахстане - выбран японский архитектор-постмодернист Арата Исозаки.


Занятия предполагается начать в 2007 году. Для учебы в университете планируется привлечь студентов из высокогорных районов Афганистана, северо-западной провинции Пакистана, Западного Китая, Ирана и даже Турции.


Строительство университетского городка уже называют прорывом в будущее. Для местных жителей впервые за столетия появится уникальная возможность получить западное образование и работу, не выезжая за пределы родного края. Принц Ага-Хан сообщил, что обучение будет осуществляться с помощью спутниковой связи, и это при том, что памирцы из-за перебоев с электроснабжением зачастую не имеют возможности даже смотреть телевизор, не говоря уже о компьютерах.


Как утверждает Феераста, Фонд Ага-Хана оказывает помощь не только исмаилитам. Фонд реализует проекты и в других регионах Таджикистана, населенных преимущественно таджикскими суннитами, но основная его деятельность сосредоточена в Горно-Бадахшанской области, где авторитет Ага-Хана непререкаем.


«В этом регионе авторитет лидера исмаилитов намного выше влияния центральной власти в лице руководителя Горного Бадахшана Алимамада Ниезмамадова», - рассказал IWPR на условиях анонимности чиновник правительства Таджикистана.


Для большинства населения Таджикистана исмаилиты – люди из другого культурного, духовного и географического измерения.


Душанбинцы без враждебности, но настороженно относятся к идее строительства исмаилитского центра в столице.


«Представители других конфессий вносят раскол в общество. Посмотрите, сколько этнических таджиков приняли другую веру, - говорит житель Душанбе Изатулло. - Исмаилиты для меня – не настоящие мусульмане».


Многие представители суннитского ислама считают исмаилитов сектантами. «Надо сказать, что многим мусульманским священнослужителям не понравилась идея строительства Исмаилитского центра», - признался один мусульманский клерик из Душанбе.


«В Исламском университете Душанбе есть студенты-исмаилиты. Однако во время учебы они не афишируют свои религиозные убеждения, и мы стараемся закрывать на это глаза. Но в мечети мы не потерпим сектантов», - сказал он.


Душанбинцу-сунниту Максуду Шукурову не по душе либеральные нравы исмаилитов. «Я не знаю философии исмаилизма. Но они действительно отличаются от нас. Во многих семьях налицо абсолютное равноправие мужчины и женщины. К примеру, они вместе сидят за столом, когда приходят гости, даже незнакомые мужчины. Молодые девушки с согласия родителей учатся вдали от родных по несколько лет. Мне лично такая свобода женщин не нравится», - заявил он.


Но, за исключением нового центра, присутствие исмаилитов в столице будет оставаться ограниченным, и «мозолить глаза» сторонникам традиционной веры они не будут. Их вотчина – горы Памира.


«С развалом Союза стало очень тяжело жить, - говорит Аслибегим - соседка Ширин Саркоровой из селения Хуф. - Иногда я поглядываю на афганский Бадахшан. Вон, видите, за Пянджем. Мы становимся похожими на них. Но нас спасет наш имам».


Ширин Азизмамадова - псевдоним независимого журналиста из Душанбе.


Support our journalists