Узбекистан: неофициальные сборы за переход границы растут

Узбекистан: неофициальные сборы за переход границы растут

Несмотря на закрытие узбекско-кыргызской границы, люди продолжают пересекать контрольно-пропускные пункты за определенную плату.

Контрольно-пропускной пункт «Дустлик» в восточной Андижанской области на участке узбекско-кыргызской границы был закрыт для движения 9 апреля, после того как 6-7 апреля в соседнем Кыргызстане прошли акции протеста и массовые беспорядки людей, недовольных тяжелым социально-экономическим положением и коррумпированным правящим режимом. В результате чего был смещен со своего поста президент Курманбек Бакиев и сформировано Временное правительство.

Массовые беспорядки в столице соседнего Кыргызстана привели к гибели 84 человек, около 1600 были ранены.

Узбекистан, опасаясь дестабилизации, спешно закрыл границу и приостановил пропуск людей и автомашин, что в первую очередь ударило по торговцам, которые традиционно продают свой товар в приграничных районах по обе стороны границы, протяженностью около 1400 км.

Через главный пропускной пункт «Дустлик» [«Дружба»] ежедневно проходила тысяча граждан Кыргызстана и Узбекистана, которые направлялись на работу или к родственникам.

После официального закрытия границы пересечь ее несложно, надо лишь заплатить взятку пограничникам.

Фаррух, овощевод из Андижанской области, который продает огурцы и помидоры на рынке соседнего Кыргызстана, рассказал, что за каждый мешок овощей, который он сейчас провозит через границу, ему приходится пограничникам дать «сверху». Официальная плата за провоз одного мешка через границу в то время, когда пункты пропуска открыты, составляла 10 тысяч узбекских сумов [около $7], но сейчас просят в два раза больше.

«Два дня назад я перешел границу в обход, — рассказывает овощевод. — Мне надо было поехать на базар в Ош. За каждый мешок пограничники попросили у меня 20 тысяч узбекских сумов [более $ 13]. Пограничникам это выгодно». 

Другие торговцы, которые не могут заплатить повышенную плату, сетуют, что их товар пропадает.

«Все гниет,- сокрушается Каримжон, житель Андижана, который имеет несколько парников в приграничной зоне, где выращивает овощи для реализации на рынках соседнего Кыргызстана. — Закрытие границы вредит нашей торговле».

 На другом контрольно-пропускном пункте, «Карасув», через который узбекистанцы ходят за покупками на крупнейший оптовый рынок в небольшой город Кара-Суу, расположенный в соседней Ошской области Кыргызстана, так же можно найти лазейку.

Ограничения на этом участке узбекско-кыргызской границы начали действовать еще до событий в соседнем Кыргызстане, когда в начале 2010 года узбекские власти постановили, что на территорию соседнего государства можно попасть только в случае крайней необходимости, к примеру, на свадьбу или похороны родственников. Для этого надо было предъявить подтверждающую телеграмму.

«У меня в Кара-Суу много родственников, в том числе родной брат, — рассказывает жительХанабада.- Чтобы съездить к ним в гости, приходилось платить телеграфистке на почте, чтобы она сделала липовую телеграмму».

По словам жителей, многие узбекистанцы приобретают необходимую для перехода границы телеграмму в андижанских отделениях связи. Телеграмма о смерти близкого родственника стоит $10, о свадьбе — $15.

Другие жители приграничных районов обходятся без телеграмм и пользуются услугами проводников, которые за определенную плату могут провести человека по тайным тропам.

«Тариф за проход определяется проводниками на глаз: чем лучше одет клиент, тем дороже ему обойдется переход через границу,- рассказывает медиаобозреватель NBCAв Ташкенте. — В среднем эта сумма составляет от $5 до $15. Повышенная ставка в $15-$20 действует для челноков, ездящих в Кыргызстан постоянно».

Вернуться в Узбекистан в обход контрольно-пропускного пункта стоит примерно столько же, если не везти с собой большого количества покупок. Торговцы, везущие из Кара-Cуу товар на продажу, выкладывают за услуги проводников до $50.

«Сколько заплатить за возвращение, зависит от того, сколько товара везет человек. Если у кого-то только два баула, то с него потребуют $30. У меня обычно бывает раза в два больше вещей, поэтому приходится каждый раз оставлять по $40-$50», — говорит торговец обувью крупного вещевого рынка «Джахон», в Андижане.

Саиджахон Зайнобитдинов, местный правозащитник считает, что на деле официальное закрытие границы мало повлияло на количество передвижений. Это лишь дало толчок росту коррупции среди заинтересованных таможенников, милиционеров и проводников.

«Закрытия границы не чувствуется — на базарах те же товары, те же цены, те же торговцы. Может быть, мелкие торговцы и банкротятся, но в целом ситуация на рынке осталась без изменений».

Анвар, водитель легковой автомашины, занимающийся частным извозом, который работает в одной команде с проводниками и таможенниками, отметил, что закрытие границы увеличило их доходы, ведь ставки за переход возросли.

«Они [власти] могут хоть все перекрыть, мы все равно будем ходить в Кыргызстан», — заключает он.

Данная статья была подготовлена в рамках проекта «Новостная сводка Центральной Азии», финансируемого фондом National Endowment for Democracy.

Economy
Support our journalists