Тайные судебные процессы в Узбекистане

Секретность, в которой проводятся судебные процессы, вызывает сомнение в правомерности проводимых процедур.

Тайные судебные процессы в Узбекистане

Секретность, в которой проводятся судебные процессы, вызывает сомнение в правомерности проводимых процедур.

Правозащитники в Узбекистане выяснили, что суды над предполагаемыми исламскими радикалами проходят по всей стране в рамках секретности; никому не разрешено присутствовать в зале суда. Правозащитники полагают, что власти скрывают судебные процессы, чтобы предотвратить утечку информации о нарушениях прав задержанных.


Инициативная Группа независимых правозащитников (ИГНПУ), базирующаяся в Ташкенте, сообщает, что 26 февраля закончился один из тайных судов над пятнадцатью обвиняемыми в посягательстве на конституционный строй, участии в экстремистских организациях, «возбуждении национальной и религиозной вражды». Ко времени публикации этой статьи приговор еще не был вынесен, но санкции по этим статьям УК предусматривают наказание в виде лишения свободы сроком от 15 до 20 лет.

Процесс проходил недалеко от столицы Узбекистана города Ташкента - в Чирчикском районом суде по уголовным делам. В это же время в другом зале суда слушались дела об убийствах Хасана Асадова - главы управления МВД по борьбе с терроризмом и коррупцией, и Аброра Абророва - заместителя директора медресе «Кукалдош»; а также о неудачном покушении на имама-хатиба Анвара-кори Турсунова.

Полагают, что по этому делу проходят около 70 подсудимых.

«Всем подсудимым принудительно предоставляются государственные адвокаты, у которых следственными органами собраны расписки о неразглашении информации из зала суда, - рассказал Сурат Икрамов, глава ИГНПУ, об обоих судебных слушаниях в Чирчике. – Перед началом судебного процесса адвокатам раздавались обвинительные заключения, которые после окончания каждого процесса изымаются с целью недопущения утечки информации».

В других судах страны такая же завеса секретности скрывает еще три судебных процесса. По данным правозащитного общества «Эзгулик» («Милосердие»), два из них с участием 67 и 7 подсудимых проходят в южной Сырдарьинской области, и еще один - с 24 подсудимыми – в суде в центральной Джизакской области. В случае с семью подсудимыми известно, что обвинения касаются их предположительной принадлежности к исламским группировкам под названием «Жиходчилар» и «Биродарлар» («Джихадисты» и «Братья»).

Никакой официальной информации об этих трех процессах не поступало, на просьбу IWPR пояснить происходящее судебный исполнитель в уголовном суде Ташкента ответил отказом.

Правозащитники в Узбекистане считают, что за завесой тайны власти скрывают фабрикацию уголовных дел.

«Следствие явно проходило с нарушениями», - сказала Дилорам Исхакова, член экспертной рабочей группы - независимого объединения, которое изучает взаимодействие общественных интересов и права.

Исхакова опасается, что обвиняемые могли дать «признательные показания под пытками, и на суде они будут говорить о пытках, о том, что они не делали того, в чем их обвиняют».

Сотрудник органов внутренних дел сказал на условиях анонимности, что радикальные исламские группировки представляют реальную опасность для Узбекистана, и набирают новых приверженцев среди мусульманского сообщества. И такого, чтобы люди оказались в суде без причины, не может быть, говорит он.

«Глупо отрицать, что у нас нет приверженцев “Жиходчилар”, “Биродарлар”, “Хизб ут-Тахрир”, Исламского движения Узбекистана, Нурчилар, Салафия, которые пропагандируют идеи религиозного экстремизма, - сказал он. – Они искусно маскируют свои взгляды, но несут угрозу стране, и наша обязанность – обезопасить общество и заставить их признаться в содеянном».

По словам Икрамова, среди подсудимых могут быть действительно виновные, но следствие по этим делам должно проходить в рамках закона, а судебные процессы – быть открытыми для независимых адвокатов и правозащитников.

Секретность, окружающая эти судебные процессы, позволяет предположить, что подсудимые подвергались пыткам, говорят правозащитники. «Нам известно, что все следственные мероприятия проводятся с применением пыток, поэтому открытые суды невыгодны властям», - добавляет он.

Узбекистан ратифицировал Конвенцию ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, и внес в местное уголовное законодательство нормы, предусматривающие наказание за применение пыток. Несмотря на это, местные правозащитники говорят, что эта практика широко применяется на всех этапах задержания.

В альтернативном отчете, который три узбекские правозащитные организации представляют на рассмотрение Комитета ООН по правам человека, утверждается, что «пытки и жестокое обращение со стороны милиции и органов следствия продолжают оставаться систематическими, безнаказанными, негласно поощряются со стороны высших должностных лиц».

Васила Иноятова из правозащитного общества «Эзгулик» говорит, что ее организация получила около пятидесяти писем от родственников людей, обвиняемых по делу, которое слушается в Чирчике.

«После покушения на Анвара-кори многих верующих обвинили в этом преступлении, - сказала Иноятова. – На самом деле они не имеют к покушению никакого отношения, но под пытками их могут заставить признаться в преступлении, которого они не совершали».

В недалеком будущем возможны и другие судебные процессы. С середины января не известно местонахождение нескольких человек в южной Кашкадарьинской области. Их родственники опасаются, что они могут быть задержаны, и этот факт скрывается, чтобы их могли принудить дать признательные показания по делам, связанным с деятельностью мусульманских экстремистов. Исчезновение этих граждан последовало вскоре за задержанием как минимум тридцати женщин-мусульманок в ноябре. (Читайте Узбекистан: перед Курбан-хаитом стали больше арестовывать верующих, Новостная сводка Центральной Азии, 17 ноября 2009 года.)

Камилла Абдуллаева – псевдоним журналиста в Узбекистане.

Данная статья была подготовлена в рамках проекта «Защита прав человека и правозащитное образование посредством СМИ в Центральной Азии», финансируемого Европейским Союзом. IWPR несет полную ответственность за содержание данной статьи, которое никоим образом не отражает взгляды стран Европейского Союза.

Uzbekistan
Support our journalists