Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Кыргызский проект по чистой воде стал объектом проверки

Критики указывают на ошибки в крупном проекте по обеспечению питьевой водой сельских жителей, но частью проблемы является и нежелание населения платить за поддержание инфраструктуры в рабочем состоянии.
By IWPR Central Asia
Недостаток чистой питьевой воды в Кыргызстане преодолевается крупными финансовыми вливаниями на восстановление трубопроводной инфраструктуры в течение последних нескольких лет, однако, по мнению критиков, результаты этой деятельности не совсем удовлетворительны.

Большая часть критики направлена в адрес международных доноров, которые финансируют крупную программу по расширению и ремонту водных сетей в провинциях. Однако эксперт, работающий в программе Таза Суу (Чистая Вода), сказал, что большинство проблем менеджмента устранены, а большим препятствием сегодня является нежелание населения платить небольшие суммы на поддержание системы, которая, в этой связи, не справляется с поломками.

По данным государственной Службы санитарно-эпидемиологического надзора, по крайней мере 600 тысяч человек из пятимиллионного населения страны не имеют доступа к чистой питьевой воде, что ведет к высокому уровню желудочно-кишечных заболеваний.

Неофициальные оценки значительно превышают официальные цифры и говорят о том, что доступа к чистой воде лишена почти половина населения, главным образом в сельской местности, где 9 из 10 сельчан не имеют доступа к очищенной, обеззараженной питьевой воде.

«Это только в Бишкеке ситуация с обеспечением населения чистой питьевой водой нормальная, - говорит Уларбек Матеев, специалист по водным и энергетическим вопросам. – А за пределами столицы и в отдаленных селах люди пьют воду прямо из арыков».

Состояние системы водоснабжения пришло в упадок за 17 лет после развала СССР ввиду недостаточного государственного финансирования. Существующая система центрального водоснабжения во многих регионах пришла в негодность, а во многих селах не появлялась вообще.

К примеру, население Каракола, города на северо-востоке Кыргызстана, имеет доступ к проточной воде, однако не может использовать ее до тех пор, пока глина и песок в воде не осядут, и вода не пройдет стадию кипячения. В южном городе Майлуусуу большинство людей, не имеющих доступа к центральному водопроводу, подвергаются риску для здоровья, скольку вынуждены использовать для питья воду из открытых источников и грунтовых вод, которые подчас заражены радиоактивными отходами из закрытых урановых шахт.

Проблемма доступа к воде в таких засушливых странах, как Узбекистан и Туркменистан, находящихся в нижнем русле течения основных рек, может быть понятна и объяснима, однако для Кыргызстана, обладающего богатейшими запасами воды в регионе, с массивными ледниками и множеством рек, проблемма доступа к питьевой воде выглядит парадоксально.

АМБИЦИОЗНЫЕ ПРОЕКТЫ, СНИЖЕННЫЕ ОЖИДАНИЯ

В 2001 году правительство Кыргызстана совместно с зарубежными донорами запустило два крупных проекта по улучшению доступа к чистой воде под общим названием «Таза Суу». Азиатский банк развития, АБР, являлся основным донором одного из этих проектов, предоставив 36 миллионов долларов США из 45 миллионов общей стоимости, для улучшения сельской водной инфраструктуры в четырех регионах Кыргызстана. Всемирный Банк и Департамент международного развития Великобритании (DFID) вложили 31 миллион долларов на проект «Сельское водоснабжение и санитария», покрывая остальные три области.

После небольшой задержки, оба проекта должны завершиться к концу этого года.

Обоим сегментам программы «Таза суу» пришлось снизить свои ожидания, а проект АБР, в частности, столкнулся с критикой со стороны местной гражданской группы относительно хода выполнения проекта. Представители АБР утверждают, что главные недостатки были устранены, и другие проблемы решаются по мере выполнения проекта.

Несмотря на то, что изначально планировалось обеспечить около 1000 сел чистой водой, в итоге пришлось сократить эту цифру вдвое. По словам Нурмамата Мулакельдиева, директора департамента сельского водоснабжения при Министерстве сельского, водного хозяйства и перерабатывающей промышленности, рост цен на стройматериалы и горючее не позволил реализовать все планы проекта.

В департаменте также сообщают о том, что чуть менее трети из 1700 населенных пунктов обеспечено водой, однако нуждающихся остается достаточно много - еще около 1200 сел. Часть оставшихся сел будет покрыта второй стадией обоих проектов, для которых доноры выделяют около 30 миллионов долларов США.

«Во втором транше будут участвовать села, в которых санитарно-гигиеническое положение особо сложное, в которых распространен брюшной тиф, разные заболевания, непосредственно связанные с водой. Эти села будут входить в проект в первую очередь», - сказал IWPR Мулакельдиев.

БАНК ОТКЛОНЯЕТ ОБВИНЕНИЯ

Проект АБР, покрывающий Чуйскую область на севере, так же как и весь юг (Ош, Джалалабад, Баткен) подвергся жесткой критике со стороны ряда НПО, лидерами которых являются члены группы «Таза Табигат» (Чистая Природа).

«Таза Табигат» провела мониторинг хода выполнения проекта и заявляет, что организация обнаружила ряд грубых ошибок и вопиющих нарушений.

«Многие жители сел, в которых реализовывался проект, и в которых я лично была с мониторингом, вынуждены собирать дождевую воду и носить воду в ведрах», - сказала IWPR руководитель «Таза Табигат» Анара Дауталиева.

«В проекте использовались некачественные и отсталые хлораторные установки, а также токсичные асбестовые трубы, применение которых запрещено документами самих международных доноров».

Вдобавок, по ее словам, жители сел не были полностью осведомлены об условиях реализации проекта – в то время как часть проекта покрывалась правительственным займом, пять процентов от суммы должно финансироваться местным сообществом, которое извлекает пользу из проводимых в их местности работ.

«Когда мы людям говорили, сколько каждое село должно платить, они удивились – платить за такое качество воды?», - сказала Дауталиева.

По ее словам, давление со стороны ее группы побудило АБР согласиться на проведение расследования относительно обвинений в мошенничестве и коррупции в водных проектах, а также реструктурировать финансирование для того, чтобы работа в итоге завершилась, а где необходимо – была переделана.

В АБР не подтвердили намерение провести расследование. Глава Постоянного представительства АБР в Кыргызстане Лан Ву заявил о том, что банк планирует выделить еще 4 миллиона долларов на решение проблем.

Чолпон Мамбетова, специалист из АБР по реализации проекта «Предоставление инфраструктурных услуг на уровне населенных пунктов» сообщила в интервью IWPR, что она согласна с тем, что некоторая часть работы по созданию водной инфраструктуры была плохо проведена, а мониторинг работы был неадекватным. Она относит это к проблемам менеджмента последних лет, однако, по ее словам, эти проблемы решаются.

Эксперт ссылается на заведенные уголовные дела против местных подрядчиков «Таза Суу» после изгнания президента Аскара Акаева в 2005 году. Никому из должностных лиц правительства не было предъявлено обвинений.

«К сожалению, предыдущая команда проявила себя не совсем с хорошей стороны в том плане, что там были факты, которыми сейчас занимается прокуратура, махинации были и вопросы о коррупции. Проблема в том, что никто не понес наказание, в этом плане наша судебная система хромает, но все факты выявлены, люди выявлены, но никто не наказан», - сказала Мамбетова IWPR.

«Была старая команда в департаменте, которая допустила все эти недочеты, ошибки в рамках проекта. Но сейчас новая команда работает уже второй год и пытается совместно с нашими усилиями ситуацию исправить».

В общем, по словам Мамбетовой, проект успешен.

«К счастью, это всего лишь небольшое количество сел, где деньги не использовались так как нужно, но и в этих подпроектах мы сейчас ситуацию подправляем, – сказала она. – В большинстве проектов ситуация очень хорошая – вода бежит, люди довольны».

СЕЛА ДОЛЖНЫ ТЯНУТЬ СВОЮ ЧАСТЬ ГРУЗА

По ее словам, процесс убеждения сельских сообществ, в том, что им необходимо платить за содержание водной инфраструктуры, является настоящей головной болью.

«Вот мы приходим со Всемирным банком, ремонтируем, сдаем объект, а люди, которые не привыкли платить, не хотят платить и не платят, подводят к тому, что опять через два года объект приходит в негодность и опять виноваты АБР, правительство. Люди никак не хотят понять, что за ремонт нужно платить, уже нет того бесплатного советского прошлого».

По мнению Мамбетовой, часто настоящей причиной возникновения проблем является нежелание сельчан поддерживать инфраструктуру, созданной АБР несколько лет назад; именно из-за этого люди теперь выражают недовольство качеством работы, проделанной в рамках проекта «Таза Суу».

Она отметила, что 5 сомов в месяц, около 14 американских центов за человека, которые требуются от сельчан не являются непомерной ценой. «Вот бутылка водки стоит 40 сомов, зачастую глава семейства берет эти деньги и каждый день пропивает», - сказала она.

Здесь ключевую важность имеет задача научить сообщества думать о поддержании собственных водных систем. «Вопрос участия населения, готовности пользователей брать на себя ответственность за содержание этих систем – это острая проблема», - говорит она.

Мулакельдиев, правительственный чиновник, контролирующий выполнение проекта, также придерживается данной логики. По его словам, проблемы подачи воды обнаружены лишь в 9 из 500 сел, участвовавших в проекте "Таза Суу", и большинство проблем было вызвано отказом населения платить за поддержание инфраструктуры.

«Любая система придет в негодность, если ее не ремонтировать», - сказал он.

Элина Каракулова является главным редактором IWPR по Центральной Азии в Бишкеке.