Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

КАК ЖИВЕТСЯ БЕЖЕНЦАМ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ

Отсутствие нормального жилья и антисанитарные условия походной жизни оставляют беженцев наедине с болезнями и природными бедствиями.
By

Проливные дожди, ядовитые рептилии, малярия – чем не список библейских напастей. Но именно с этими несчастьями приходится справляться этим летом десяти тысячам беженцев, которые уже девять лет живут в компактных поселениях в Азербайджане.


Бардинский городок беженцев расположен в самом центре страны. По официальным данным, в лагере живут 55 113 человек, которые были вынуждены переселиться сюда во время карабахской войны 1991-94 годов. В действительности, однако, их меньше, поскольку многие, имея регистрацию в городке, сумели обустроиться в других местах, в том числе в Баку.


В целом в Азербайджане зарегистрировано более 779 тысяч беженцев и вынужденных переселенцев из Армении и оккупированных территорий. В основном все они живут в компактных поселениях в различных регионах страны. Наиболее крупные из них находятся в Барде, Агджабеди, Имишли, Саатлы, Сабирабаде.


Все эти "городки беженцев" представляют собой скопление палаток, вагонов, а зачастую – комплексы землянок или вылепленных из глины строений. Непрочные стены и привели к трагедии в Барде.


Ливневые дожди, продолжавшиеся весь июнь, полностью размыли или привели в опасное для проживания состояние немалую часть глиняных хижин в поселении в Барде. В критический момент во многих домишках накопившаяся вода достигала полуметровой высоты. Не обошлось и без жертв. Ночью рухнула одна из хижин. Спасти спавших в ней 68-летнюю женщину и ее внучку не удалось.


«Мы во второй раз стали беженцами», – сказал 50-летний Махир Гулиев, глава одной из более 50 семей, которые после июньского бедствия остались вообще без крова.


«Нам не удалось спасти ничего из вещей после того, как дом рухнул, хорошо, спаслись сами». Уже две недели после несчастья его семья ютится у соседей.


Тут же неподалеку Махир строит новое жилище. Оно ничем не отличается от прежнего – на кирпичный дом ни у кого здесь нет денег.


А лето между тем продолжает создавать все новые проблемы и так обездоленным людям. Закончились июньские наводнения – и начался сезон малярии. По словам беженцев, в городке этим страшным заболеванием поражены уже более 40 человек. Махир Гулиев говорит, что причиной эпидемии служат комары, в изобилии появившиеся после дождей.


Малярия давно уже является большой проблемой для Азербайджана. Особенно нелегко остановить ее в лагерях для беженцев – здесь царит антисанитария, а медицинское обслуживание не отвечает самым элементарным требованиям. Кроме того, и сами беженцы не выполняют основных правил защиты – на дверях и окнах в городке нет сеток, которые защищали бы их от комаров.


И вдобавок ко всему в этом году Барда страдает от нашествия змей. Поселение беженцев буквально кишит ими.


«Дети очень боятся, просыпаются от малейшего шороха, – рассказывает Эльнура Мамедова. – Еще бы – в начале июля мою девочку укусила змея, и ее еле спасли в городской клинике».


«После этого случая я стала осторожнее, первой захожу в дом, осматриваюсь и лишь потом впускаю детей».


Но и весь этот страшный перечень - только часть бесконечных проблем местных жителей. Список дополняют стресс, безработица, неполноценное питание, отсутствие элементарной базы медицинской помощи и образования.


На автора статьи городок в Барде произвел впечатление заброшенного места. Хижины – а их здесь около двух тысяч - построены близко друг к другу, каждая ограждена соломенным забором, включающим и небольшим у каждого дома свой участок, но земля вокруг непригодна для возделывания. Внутри – 1-2 помещения, кроватей не хватает, и взрослые в основном спят на матрасах прямо на полу. Зимой глиняные стены не могут защитить от холода, летом – от жары.


Местные жители трудно идут на контакт. Долго разглядывали из-за заборов журналистов, не проявляя никакого желания общаться. Первым встретившимся на пустынных улочках прохожим был старик, погонявший небольшое стадо овец.


Но и он отвечать на вопросы отказался: «Зачем приехали? Все равно помочь не можете».


Согласно отчету UNDP, лишь 62 процента детей беженцев ходят в школу. В медицинском пункте в городке могут оказать только первую помощь. Но лекарств здесь никаких нет, так же, как и профессионального доктора. Большинство беженцев вообще не обращаются к врачам.


«У моей десятилетней дочери воспаление женских органов. Но у меня нет денег, чтобы идти к врачу», - говорит Эльнура Мамедова.


Оставшись после развода с мужем одна с двумя детьми, она уже девять лет живет в крошечной хижине из двух комнат, деля их с еще двенадцатью беженцами.


Дочка Эльнуры регулярно помогает матери в обработке шерсти, что является здесь единственной возможностью заработка для женщин.


"Я и еду, и одежду беру в лавке в долг, расплачиваюсь только когда продаю шерсть», - говорит Эльнура.


Единственный доход беженцев – пособие Государственного комитета по работе с беженцами в размере 25 000 манат (около 5 долларов).


"Этих денег не хватает и на неделю", - говорит Махир Гулиев. Его семья состоит из 4 человек и все, чем может помочь им государство – это 20 долларов в месяц.


Но Махир счастливее многих – у него есть работа на строительстве. В месяц выходит 100-130 тысяч манат (20-25 долларов). Он рассказывал об этом по дороге в районный центр, где сейчас долечивается от малярии его жена. Уставший после рабочего дня, он вез деньги, которые собрали в качестве платы за лечение беженцы всем городком.


По словам руководителя гуманитарной организации «Аран» Рауфа Алиева, больше всего беженцы страдают от безработицы. Лишь 10 процентов мужчин могут обеспечить свои семьи, подрабатывая на строительстве домов или же пастухами. В 2000-01 годах решить проблему попытались несколько неправительственных организаций, открыв для беженцев курсы медсестер и швей. Но из-за отсутствия рабочих мест новообученные специалисты остались не востребованными.


Отсутствие возможности помочь семье, чувство безнадежности часто толкает людей на крайние шаги. Количество самоубийц в Барде растет, и среди мужчин их больше, чем среди женщин.


Лейла Амирова, независимый журналист, Баку