Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Кабульские договоренности ведут к стабильности в регионе

Отношения между Пакистаном и Ираном могут улучшиться как следствие достигнутых договоренностей о составе афганского переходного правительства.
By IWPR Central Asia

Наметившиеся в последнее время положительные тенденции в ирано-пакистанских отношениях могут быть усилены как результат достигнутого недавно соглашения о формировании переходного правительства Афганистана. Долгие годы эти страны относились друг к другу с недоверием. Первые признаки сближения появились после начала американских ракетно-бомбовых ударов по Афганистану.


Потепление отношений между двумя странами увенчалось недавно заключением договора о сотрудничестве в военной сфере. Кроме того, Ираном и Пакистаном создана совместная комиссия по афганскому урегулированию.


Благоприятная почва для сближения между Ираном и Пакистаном возникла в результате того, что эти страны больше не являются соперниками в борьбе за влияние в Афганистане. Раньше Пакистан поддерживал афганских пуштунов, а Иран, соответственно, Северный альянс. Теперь и те, и другие вошли в состав нового афганского правительства. Пуштунам и нацменьшинствам Северного альянса предстоит совместная работа, а их бывшим спонсорам - Пакистану и Ирану – придется последовать их примеру, если они не желают утратить всякий авторитет в афганских делах. Это сотрудничество может увенчаться успехом, ведь бывшие протеже Пакистана и Ирана более-менее удовлетворены составом переходного правительства. Семнадцать из тридцати министерских портфелей достались представителям Северного альянса, однако должность Премьера занял пуштунский лидер Хамид Карзай.


И Иран, и Пакистан имеют ряд претензий по составу переходного правительства. Например, Иран недоволен тем, что его ближайший афганский союзник – так называемая Кипрская группа – отказался от предложенного министерского поста под тем предлогом, что рассчитывал на большее. Под тем же предлогом отказалась войти в состав переходного правительства и лояльная Пакистану Пешаварская группа. С другой стороны, назначение Карзая Премьер-министром порадовало Исламабад, а вхождение в состав Кабинета министров пятерых шиитов-хазарейцев наверняка пришлось по душе Тегерану.


В то же время, сотрудничеству между Ираном и Пакистаном препятствуют существующие между этими двумя странами глубокие политические и религиозные расхождения.


На религиозной почве они по-прежнему не ладят – непримиримые шииты в иранском руководстве не приемлют никакого сближения с суннитским Пакистаном. Президент Ирана Мохаммед Хатами пытается проводить более дружественную политику в отношении Запада и Пакистана, однако преодолеть влияние консервативного религиозного лобби он не в силах. Хатами потому только и смог добиться переизбрания в этом году, что не выставлял свои прогрессивные взгляды напоказ. Достигнутое Ираном в последние годы хрупкое религиозно-политическое равновесие может быть легко нарушено чрезмерным стремлением к сближению с Пакистаном.


Кроме того, Иран не может слишком активно идти на примирение с Пакистаном из-за обязательств первого перед соседями по региону. Связи Тегерана с Россией, Индией и странами бывшего СССР укрепились за годы совместной поддержки ими борьбы Северного альянса с пришедшим к власти в 1996 году афганским движением «Талибан». Эти страны могут расценить сближение Ирана с Пакистаном как угрозу своим собственным интересам в регионе.


Однажды между Тегераном и Исламабадом уже происходило потепление отношений. Это случилось накануне Иранской революции 1979 года. До 1979 года и Иран, и Пакистан придерживались проамериканской внешней политики.


Расстановка сил в регионе изменилась после распада СССР. То же самое происходит и сейчас, когда в Афганистане у власти встало умеренное правительство, не зависящие напрямую от воли соседних стран.


Али Ашрафи – внештатный журналист и правозащитник. Живет и работает в Лондоне.