Инцидент на кыргызско-узбекской границе вызвал политические споры

Взаимное подозрение усилилось после проведения обысков домов граждан Кыргызстана узбекскими правоохранительными органами.

Инцидент на кыргызско-узбекской границе вызвал политические споры

Взаимное подозрение усилилось после проведения обысков домов граждан Кыргызстана узбекскими правоохранительными органами.

, как в прошлом месяце узбекская сторона провела рейд с обыском домов в селе на кыргызско-узбекской границе. Этот факт вызвал дипломатический протест в Бишкеке.



Обе стороны подтверждают, что 19 апреля в пограничном селе Чек узбекская сторона провела рейд. Детали произошедшего и объяснения ситуации у обеих сторон сильно разнятся.



В ноте протеста, направленной 30 апреля Министерством иностранных дел Кыргызстана послу Узбекистана, говорилось, что вооруженные пограничники и сотрудники милиции с дубинками провели рейд с обысками домов, принадлежащих гражданам Кыргызстана.



Министерство раскритиковало действия узбекской стороны за то, что операции были подвергнуты лишь дома граждан Кыргызстана.



«Согласно свидетельствам очевидцев, проверка документов и обыск домов производились выборочно, только в домах граждан Кыргызстана», - говорилось в ноте. Кроме того, в ноте указывалось, что сотрудники милиции вели себя неподобающим образом и позволяли себе нецензурные оскорбления в адрес проверяемых.



Село Чек разделено между кыргызской и узбекской территориями каналом, проходящим через село и образующим естественную границу. С административной точки зрения, существует два населенных пункта – один в Ноокенском районе Кыргызстана, второй, официальное название которого Янги Чек – в Пахтаабадском районе Узбекистана.



В этом районе не проводилась официальная демаркация границ и – до тех пор, пока не вспыхнуло недовольство действиями узбекской стороны – в селах не было пограничных постов.



По сообщениям очевидцев, рейды прошли на узбекской стороне границы, в той части села, где большей частью проживают кыргызстанцы. Отсутствие четких границ привело к тому, что эти люди, так же, как и их соотечественники на другой стороне канала, считают, что их дома находятся на территории Кыргызстана. Во всяком случае, считают они, так должно быть.



Это мнение проскальзывает во всех заявлениях, исходящих от кыргызской стороны.



Сразу же после произведенного рейда группа разгневанных жителей подготовила письмо президенту страны Курманбеку Бакиеву с просьбой защитить их права. Подтекст письма был таков, что в произошедшем инциденте затронут и суверенитет всей страны.



В ноте министерства также было отмечено, что действия узбекской стороны являлись недозволенным вторжением. В документе они характеризовались как «провокационные» и «вышедшие за рамки всех международно-правовых договоренностей».



В своем документе, сформулированном в решительных выражениях, министерство призвало правительство Узбекистана убедиться, что все ответственные за проведение обысков были привлечены к ответственности.



Однако вряд ли это произойдет, принимая во внимание прохладный ответ пограничной службы Узбекистана, опубликованный 8 мая российским новостным агентством Regnum Новости.



В своем заявлении пограничная служба отвергает обвинения МВД Кыргызстана в том, что рейды были проведены нелегально, и говорит, что они намеревались провести проверку паспортов граждан, и что проверка проходила на территории Узбекистана.



В заявлении также говорилось, что такие ноты протеста могут «усложнить и дестабилизировать ситуацию вокруг узбекско-кыргызской границы».



Мирзаолим Ахмаджонов, заместитель акима Пахтаабадского района, к которому административно принадлежит село Чек, подтвердил необходимость проведения проверок.



«Эти действия были проведены в целях проверки контрабандистских товаров, проходящих через Узбекистан», - сказал он.



Ахмаджонов отрицает факт оказания любого давления на местных жителей-владельцев кыргызстанских паспортов и добавляет: «Здесь не было и речи о принудительных переездах».



Алиярбек Мусаев, дом которого подвергся обыску, сказал IWPR: «Они проверяли, что есть, а чего нет в домах, нет ли контрабанды. Обыскали и продовольственные продукты. Если находили 2-3 мешка муки, спрашивали, зачем припасы, и пробовали унести. Осмотрели и удобрения для посева, интересовались, откуда они и кто их привез».



Контрабанда товаров является одним из главных вопросов на этой границе: товары народного потребления переправляются в Узбекистан, а оттуда вывозится хлопок.



Однако объектом поиска узбекской милиции могли стать и удобрения, что следует из слов Мусаева.



Политолог из Ташкента на условиях анонимности сказал, что подобные действия правоохранительных органов Узбекистана – обычная практика в этой стране.



«В Узбекистане сельским жителям запрещено хранить у себя дома большие запасы минеральных удобрений, из соображений, что содержащаяся в них селитра может быть использована как компонент для изготовления взрывчатых веществ, применяемых для террористических актов политическими противниками правительства [президента] Ислама Каримова», - сказал он.



Он признал, что граждане Кыргызстана, где такая практика не является обычной, могли посчитать действия узбекской стороны «нелепыми и оскорбительными».



Саламат Аламанов, заведующий отделом региональных проблем аппарата правительства Кыргызстана, высказал другую точку зрения. Он указывает, что люди, о которых идет речь, действительно проживают на территории Узбекистана.



Есть два возможных решения, сказал он в интервью IWPR: «первое – 24 кыргызских семьи получают гражданство Узбекистана. Второе – власти Кыргызстана переселяют их внутрь своей страны».



После этого инцидента узбекские пограничники поставили пограничный пост на мосту через канал.



«Сейчас мы “в окружении”, потому что на окраинах села узбеки выставили посты, - говорит Манапжан Божоев, дом которого находится на узбекской стороне. – Никого из родственников не пускают, сами проходим только по паспорту».



Как и Божоев, другие жители обеспокоены тем, что для разряжения обстановки ничего не делается. По их словам, власти Узбекистана не дали удовлетворительного ответа на их жалобы; кроме того, они обвиняют власти Кыргызстана в неспособности предпринять быстрые и решительные действия.



«Правительство [Кыргызстана] не обращает на это внимания. Мы писали письмо президенту с просьбой о защите наших прав. После этого узбекские пограничники приходили к нам ещё, и всех запугивали. С тех пор давление увеличилось, живем в опасении. Мы не знаем, что будет завтра», - говорит Божоев.



Предварительная попытка прийти к соглашению по этому вопросу была предпринята 3 мая. С кыргызской стороны прибыли чиновники из Джалалабадской местной администрации и сотрудники правоохранительных органов, они должны были встретиться с коллегами из Пахтаабадского района. Однако, по словам пресс-секретаря Джалалабадской государственной администрации Орозали Карасартова, с узбекской стороны никто не приехал.



В итоге встреча произошла 12 мая в ближайшем узбекском городе Андижане. На ней присутствовали губернаторы регионов с обеих сторон, а также чиновники и сотрудники правоохранительных органов из Пахтаабада и Ноокена - районов, к которым административно принадлежат кыргызская и узбекская части разделенного села Чек.



Заявление о том, что Кыргызстан должен иметь в собственности участок села, расположенный на узбекской стороне канала, - это один из около 70 нерешенных вопросов, касающихся 1400-километровой границы между Узбекистаном и Кыргызстаном.



Выступая на заседании через четыре дня после инцидента, премьер-министр Кыргызстана Игорь Чудинов пояснил, что существовали некоторые разногласия относительно того, какой из документов советских лет следует применить в этой ситуации. Один из них, датированный 1924 годом, определяет административную границу между двумя республиками СССР. В нем указано, где и какие именно этнические группы проживают, тогда как в документе 1956 года в расположение некоторых границ внесены изменения для более рационального распределения экономических ресурсов.



«Первый проект основывался на определении границ по местам оседлого проживания, а во втором идет разделение по объектам народного хозяйства», - сказал он.



Чиновник из Узбекистана, пожелавший остаться неизвестным, сказал, что вопрос определения границ достаточно проблематичный. «Успешному завершению демаркации границы препятствует и нехватка средств и административных усилий у кыргызской стороны», - считает он.



Жители с кыргызской стороны границы стоят на своем, и руководитель села Салимурза Жумабаев утверждает, что имеет доказательства того, что село принадлежит Кыргызстану: «Если село [наша часть] перейдет к Узбекистану, мы переедем, здесь мы не останемся. Тогда или узбекская сторона, или Кыргызстан должны будут выплатить нам компенсации для строительства домов в другой местности».



«Напротив Пахтаабадского канала на кыргызской стороне мы открыли штаб. В нём днем и ночью будут дежурить один милиционер, солдат и один член народного собрания. Сейчас мы проявляем осторожность, опасаемся всевозможных конфликтов, проблем», - добавил он.



МИД страны не в первый раз направляет ноты протеста в посольство Узбекистана. В июне прошлого года была направлена нота по факту задержания двух сотрудников милиции Кыргызстана, проезжавших по дороге, проходящей по территории обеих стран. А ранее в том же месяце жители приграничного Ноокенского района избили и обезоружили двух узбекских пограничников, пытавшихся увести со спорной территории местного жителя, подозреваемого в контрабанде.



Некоторые аналитики отмечают, что инцидент в селе Чек произошел на фоне общего ухудшения отношений между Кыргызстаном и Узбекистаном, вызванного разногласиями по водным и энергетическим вопросам. Узбекские власти недовольны планами соседей построить гидроэлектростанции на реках, из которых Узбекистан берет поливную воду. Ташкент опасается, что из-за дамб стране не будет хватать поливной воды, особенно в пик ирригационного сезона – весной и летом.



Инцидент в селе Чек произошел всего за неделю до встречи пяти центрально-азиатских лидеров в Алматы, где они собрались для обсуждения этих вопросов. Вместо конструктивного диалога на встрече глав региона произошел обмен взаимными обвинениями. Это подчеркнуло разделение между Таджикистаном и Кыргызстаном, у которых есть вода, но мало других энергетических ресурсов, и Узбекистаном, Казахстаном и Туркменистаном, зависящих от первых двух стран в плане воды, но при этом обладающих запасами нефти и газа.



Бегалы Наргозуев, депутат Жогорку Кенеша, член фракции «Ак Жол», уверен, что случившееся в селе Чек было продуманным действием.



«Я считаю это очевидной провокацией. Мы начали открыто говорить о своих намерениях по поводу реки Нарын, и узбекская сторона в целях запугивания предприняла такие действия», - сказал он.



Предприниматель из Узбекистана, пожелавший остаться неизвестным, выразил схожее мнение.



«Такое впечатление, что наши силовики в селе Чек провели показательную демонстрацию силы», - сказал он.



Политолог из Кыргызстана Марс Сариев считает, что Ташкент, возможно, испытывает правительство Кыргызстана на решительность.



«Я думаю, что это такая форма прессинга на Кыргызстан, и в то же время попытка “пощупать”, насколько сильна центральная власть в республике, - сказал он. – Это может детонировать ситуацию в Кыргызстане, потому что если центральная власть слабая, если Бакиев не может обеспечить территориальную целостность Кыргызстана, то, соответсвенно, здесь возможна дестабилизация”.



Пока парламент Кыргызстана строит планы по обсуждению ситуации в селе Чек, другой член партии «Ак Жол», депутат Ибрагим Жунусов, призвал к проведению расследования с привлечением различных уровней правительства обеих сторон.



«Если не решить эти вопросы в скором времени, они могут обостриться. При принятии решений необходимо, чтобы все стороны присутствовали и пришли к обоюдному заключению, - считает он. – Такие вопросы должны решаться не только государственными чиновниками, в них должны принимать участие и жители этих территорий».



Чинара Каримова – псевдоним журналиста в Кыргызстане. Узбекский журналист, пожелавший скрыть свое имя, предоставлял дополнительную информацию для данной статьи.
Support our journalists