Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ГРУЗИЯ: ПОЛИЦЕЙСКИЕ НАЧИНАЮТ СОВМЕСТНУЮ РАБОТУ В ЗОНЕ КОНФЛИКТА

Тбилиси и Цхинвали начинают принимать конкретные меры для укрепления правопорядка в зоне грузино-югоосетинского конфликта.
By

За ближайшие две недели процесс урегулирования грузино-югоосетинского конфликта имеет шанс продвинуться, возможно, дальше, чем за все предыдущие годы. Однако путь, который предстоит пройти до окончательного урегулирования конфликта, еще очень длинен.


Тбилиси и Цхинвали определили 10 июня как крайний срок разработки сразу двух программ. Одна из них связана с размещением в Южной Осетии, о статусе которой стороны не могут договориться еще с 1992 года, совместных постов криминальных подразделений грузинской полиции и осетинской милиции. Другая программа - возможно, еще более важная – предусматривает проведение крупномасштабных совместных строительных и восстановительных работ в районах, пострадавших в ходе короткой, но кровопролитной войны.


Срок 10 июня был определен по итогам заседания 14-17 мая четырехсторонней контрольной комиссии по урегулированию конфликта, которая включает грузинскую и югоосетинскую стороны, представителей России и Северной Осетии–Алании.


«На этот раз мы сделали гораздо больше, чем я ожидал», - сказал IWPR сопредседатель Смешанной контрольной комиссии с грузинской стороны Ираклий Мачавариани. "Мы, наконец, занялись конкретной работой", - заметил сопредседатель с югоосетинской стороны Борис Чочиев.


В советские времена Южная Осетия являлась автономной областью в составе Грузии, что подразумевало наличие собственного законодательного собрания и права сохранения культурной самобытности – но не больше. С распадом Советского Союза сепаратистские настроения в регионе усилились, а в 1992 году натянутость в отношениях с центром вылилась в войну. В результате вооруженных столкновений с обеих сторон погибли до 2 тысяч человек, около 70 тысяч стали беженцами. Военная фаза конфликта была остановлена к концу того же года. С тех пор поддержанием мира в регионе занимаются миротворческие силы с участием российских, грузинских и осетинских сил.


Разрабатываемая ныне программа предусматривает создание двух совместных постов правоохранительных сил, которые будут установлены в местах компактного проживания грузин – в селах Тамарашени и Кехви, расположенных вдоль трассы, ведущей в Россию. Эта дорога приобрела особую важность для Грузии после того, как в результате конфликта оказалась перекрыта автомобильная и железнодорожная линии через Абхазию.


В Кехви грузино-осетинские полицейские будут работать в непосредственной близости от поста миротворческих сил. «Задействование этой договоренности позволит миротворцам освободиться от выполнения несвойственных им функций», - сказал IWPR командующий миротворческим контингентом российский генерал Святослав Набздоров. - "Очень часто потерпевшие обращаются к нам, а не к милиции".


С точки зрения безопасности ситуация в Южной Осетии достаточно стабильна, а бытовые отношения между грузинской и осетинской общинами региона за время после войны значительно улучшились. Особенность этой зоны конфликта, выделяющая его из ряда других кавказских постсоветских войн – это постоянное присутствие внушительного грузинского анклава в местном преимущественно осетинском населении. В целом это несколько сел, около 10 тысяч человек, по некоторым оценкам, примерно треть населения нынешней Южной Осетии. Большая часть из них никогда не покидала своих домов, хотя они и оказались в самом центре столкновений.


Приезжему человеку всегда было сложно определить, где начинается грузинское село Тамарашени и кончается Цхинвали – столица нынешней Южной Осетии, считающей себя де-факто отдельным государством. Село является фактически пригородом, и от самого крайнего в нем дома до центра Цхинвали – не более 20 минут езды на машине. "Конечно, я часто бываю в городе – то купить что-то, то просто прогуляться. Для нас там нет никакой опасности", - говорит жительница Тамарашени Натиа Басишвили.


Жители других грузинских регионов также регулярно наведываются сюда – что-то купить, что-то продать. Местные магазины не возражают против грузинских лари, хотя сдача обычно отсчитывается в используемых здесь российских рублях.


Однако взаимное недоверие продолжает подспудно жить в отношениях местных грузин и осетин – криминализация региона растет, социально-экономическое положение местного населения остается сложным, и общины склонны обвинять в этом противоположную сторону.


Неразрешенность конфликта не позволяет властям в Цхинвали и в Тбилиси эффективно бороться с организованной преступностью в зоне конфликта. Поток контрабанды, регулярные разбойные нападения, данные о налаженной транспортировке через территорию Южной Осетии угнанных автомобилей признают обе стороны, но до сих пор все попытки достигнуть слаженности в борьбе с этим злом оканчивались неудачей.


"Постконфликтные зоны опасны своей непредсказуемостью - большое количество оружия на руках у населения и слабый контроль разрозненно действующих правоохранительных органов естественно приводят к всплеску преступности. Однако криминалитет не может действовать только с одной стороны границы, он интернационален – и краденые машины вывозят, и наркотики распространяют в обе стороны", - сказал IWPR спикер юго-осетинского парламента Станислав Кочиев.


Непосредственным стимулом к нынешнему резкому оживлению контактов сторон стало громкое убийство в Тамарашени 4 мая. На собственной бензоколонке неизвестными была расстреляна вся мужская часть местной грузинской семьи Миндиашвили – отец и трое сыновей. Грузинские СМИ в первых публикациях подали преступление как этнический конфликт, заявив о том, что его совершил кто-то из осетин, однако большая часть обоих обществ соглашается с тем, что причиной убийства стал спор Миндиашвили с его бизнес-партнерами и общая криминализация зоны конфликта.


Больший интерес вызывает у местных жителей вторая часть договоренности, достигнутой сторонами – совместные экономические программы в зоне конфликта. Во многих селах имеются дома, разрушенные во время войны 1992 года.


"Да, это дома осетин", - с вызовом сказал житель грузинского села Курта Мамука Басишвили, когда его спросили об обгоревших развалинах, тут и там виднеющихся между другими домами. - "Но вы посмотрите в Цхинвали, сколько грузинских домов они пожгли".


Проекты – в основном по восстановлению водо- и газоснабжения, строительству жилых домов и школ, будут осуществляться на средства Еврокомиссии, в целом 1 миллион 300 тысяч евро. До 10 июня представители Тбилиси, Цхинвали, Еврокомиссии и ОБСЕ должны полностью согласовать свои соображения по поводу всех предлагаемых проектов.


Рассуждая о том, что будет после этой многообещающей даты, спикер югоосетинского парламента Станислав Кочиев заметил: "В марте у нас тут была большая группа послов ОБСЕ, более двадцати дипломатов. На встрече с ними я тоже сказал: в любом случае этот конфликт будет урегулирован. Почему же это произойдет не при нас? Нам ведь надо только зашить рану, а потом втирать и втирать в нее мазь народной дипломатии, торговли, просвещения..."


Но с нетерпением ожидая начала восстановительных работ, местные жители – и осетины, и грузины - к перспективе установления длительного мира в регионе относятся с подозрением.


"Оружие? Естественно, я ведь не сумасшедший, чтобы полагаться на власти, хоть те, хоть другие", - сказал Мамука Басишвили. "У меня есть оружие, короткоствольный автомат. Хотите, покажу?".


Маргарита Ахвледиани, координатор программы IWPR по Южному Кавказу