Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ГРУЗИНСКИЙ ТЕЛЕКАНАЛ В ЭПИЦЕНТРЕ БУРНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ СОБЫТИЙ

О судьбе оппозиционного телеканала ведутся горячие политические споры.
By
В то время как Грузия, уже так или иначе пришедшая в себя после недавнего кризиса, готовится к предстоящим в январе президентским выборам, по-прежнему самой обсуждаемой – внутри страны и за ее пределами – остается тема «Имеди».

Самый популярный телеканал Грузии, «Имеди» служил главным рупором для местных оппозиционных сил во время организованных ими массовых протестов против правления президента Михеила Саакашвили. 7 ноября, после того, как демонстрации в Тбилиси были насильственно разогнаны, офис «Имеди» штурмовал спецназ, и канал был отключен от эфира.

«Они ворвались в здание телекомпании, вынудили нас всех лечь на пол, даже мою беременную коллегу Диану Трапаидзе. Приказали молчать и не двигаться, отобрали у нас мобильные телефоны. Спецназовцы вели себя по-разному. Один из них подал воды моему коллеге, которому стало плохо. Второй бил оператора головой об стол», – рассказывает журналист Заза Цуладзе.

Решение отключить «Имеди» от эфира власти мотивировали утверждением, что телекомпания стала политическим инструментом в руках оппозиции, и обвинили ее в призывах к осуществлению государственного переворота.

В тот же день аналогичная санкция была применена в отношении другого оппозиционного канала – «Кавкасия», хотя позднее его вернули в эфир. Однако сигнал канала распространяется только на Тбилиси.

Компанией «Имеди» прежде руководил грузинский магнат Бадри Патаркацишвили. Сегодня он утверждает, что передал свою часть акций в управление медиа-холдингу Руперта Мэрдока News Corporation, являющемуся совладельцем «Имеди», однако структура менеджмента компании все равно представляется неясной, и разобраться в том, кто чем владеет в «Имеди», весьма сложно.

Затянувшееся отлучение «Имеди» вызвало критику международного сообщества. За последние две недели с жесткими замечаниями по этому поводу выступили несколько западных стран и международных организаций, в том НАТО и Евросоюз. Со специальным визитом в Тбилиси прибыли специальный представитель ЕС в странах Южного Кавказа Питер Семнеби и представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Миклош Харазсти, которые призвали грузинские власти возобновить вещание канала.

В ответ власти заявляют, что не против возвращения «Имеди» в эфир. Во время переговоров с руководством News Corporation секретарь совета безопасности Грузии Александр Ломая сделал примирительный жест, заявив, что грузинские власти готовы компенсировать урон, причиненный вещательной аппаратуре компании во время вторжения в ее офис спецназовцев 7 ноября, и назвав случившееся «неприятным фактом».

29 ноября журналистам «Имеди» было сказано, что, возможно, им будет позволено вернуться в их здание 5 декабря.

А пока стороны обговаривают условия, на которых это произойдет. После встречи с вице-президентом News Corporation Мартином Помпадуром новый премьер-министр Грузии Ладо Гургенидзе сообщил, что грузинская сторона выдвигает три условия для возобновления вещания «Имеди»: прозрачность финансовой деятельности, ясность структуры владения и управления компанией и соблюдение журналистской этики и профессиональных стандартов.

В частности, Гургенидзе настаивал на том, чтобы американский холдинг стал единоличным владельцем телекомпании, однако Помпадур это предложение отклонил.

Президент Саакашвили в свою очередь заявил: «Телекомпания «Имеди» только тогда возобновит работу, когда появятся гарантии того, что она не будет оружием в руках ее совладельца бизнесмена Бадри Патаркацишвили».

Отношения между «Имеди» и властями стали стремительно обостряться в октябре текущего года – после того, как в эфире канала с громкими обвинениями в адрес своего бывшего союзника Саакашвили выступил экс-министр обороны Иракли Окруашвили.

Однако начинался конфликт более года тому назад, когда представители правительства объявили бойкот телекомпании, отказываясь участвовать в ее политических программах.

«Несмотря на это, «Имеди» не потеряла популярность, чему содействовала абсолютно неконкурентоспособная среда», – сказала телекритик Ниния Какабадзе.

Сейчас, когда «Имеди» не функционирует, в грузинском телеэфире доминируют три провластные компании: Общественное телевидение, «Мзе» и «Рустави-2».

Наблюдатели часто проводят параллели между причастностью «Имеди» к нынешним ноябрьским событиям и ролью, которую сыграл во время «революции роз» 2003 года частный телеканал «Рустави-2».

Инга Григолия, которая ведет популярное ток-шоу на канале «Имеди», обвинявшееся в разжигании оппозиционных настроений, сказала: «Тех, кто во время «революции роз» соблюдал нейтральность, считали противниками революции. Я думаю, что, поддерживая во время революции оппозицию, телекомпания «Рустави-2» включилась в политику глубже, чем этого требовала журналистика».

Некоторые сторонники властей считают сравнение, проводимое между телекомпаниями, неточным. В 2003 году, говорят они, «Рустави-2» заняла гражданскую позицию, встав на защиту населения, чьи права были попраны в результате фальсификации выборов, тогда как «Имеди» была поставлена на службу интересам оппонентов властей.

Независимые эксперты, хотя и осуждают закрытие «Имеди», соглашаются с утверждениями о том, что работа телекомпании в последнее время грешила несоответствием профессионально-нравственным принципам журналистской деятельности. «Возможно, у журналистов было ощущение, что на фоне «нерешительности» других СМИ, они являли собой пример гражданской храбрости, – сказал декан факультета журналистики Тбилисского государственного университета Давид Паичадзе. – Но эта «храбрость» и «непреклонность» переросла в некую истерию и, что самое главное, в неадекватное восприятие и передачу действительности».

Большинство телезрителей, однако, считают, что компания «Имеди» была важным «альтернативным голосом» среди занимающих грузинский телеэфир каналов, большинство которых являются проправительственными.

За четыре года после «революции роз» «Рустави-2» стал де-факто контролируемым властями, и некогда высокий рейтинг канала, чьи политические ток-шоу были вытеснены программами развлекательного свойства, резко упал.

«В условиях, когда в стране существовала голая пропаганда на «Рустави-2» и Общественном телеканале, рейтинг оппозиционной «Имеди» постепенно рос, и со временем она стала почти единственным источником информации. Таким образом, в течение почти двух лет перед нами была безальтернативная и бойкотируемая властями телекомпания «Имеди», где был слышен только один голос – голос оппозиции», – сказала телекритик Ниния Какабадзе.

«За разным контекстом и различными оценками существуют чисто профессиональные стандарты и кодекс этики, в отношении которого, в различной степени, грешили обе телекомпании», – добавила она.

В качестве выхода из сложившейся вокруг «Имеди» тупиковой ситуации заместитель помощника Госсекретаря США Мэтью Брайза предложил учредить независимую группу мониторинга для контроля за соблюдением профессиональных стандартов в грузинских СМИ.

Он отметил, что одна часть грузинской общественности считает «Рустави-2» проводником политики властей, а другая, соглашаясь с властями, обвиняет «Имеди» в призывах к осуществлению государственного переворота.

На встрече с Помпадуром премьер-министр Гургенидзе предложил расширить полномочия уже существующего медиа-совета, поручив ему наблюдение за продукцией всех телеканалов. Обновленный орган, сказал он, мог бы руководствоваться этическим кодексом британского Совета по прессе, поскольку у Грузии нет собственного законодательства в этой сфере.

«Это орган без каких-либо административных функций – речь идет о моральной стороне вещей», – подчеркнул Гургенидзе.

Основанный в 2005 году, медиа-совет Грузии до сих пор фактически не действовал. Теперь он активизировался и уже работает над составлением рекомендаций по освещению действительности в телеэфире.

Компании «Имеди», пока не возобновившей вещания, еще предстоит решить, примет ли она участие в работе медиа-совета, и если да, то в какой форме.

Эка Квеситадзе, независимый журналист, Тбилиси