Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЭКСПЛУАТАЦИЯ ПАЦИЕНТОВ ПСИХИАТРИЧЕСКИХ БОЛЬНИЦ В КЫРГЫЗСТАНЕ

Журналистское расследование раскрывает картину страшных злоупотреблений в психиатрических стационарах.
By IWPR Central Asia

Пациенты психиатрических больниц Кыргызстана страдают от постоянного недоедания, содержатся в ужасных условиях и часто используются в качестве бесплатной рабочей силы в домах и на приусадебных участках врачей и жителей населенных пунктов, где расположены больницы.


Контрибьюторы IWPR посетили три психиатрических больницы. Две из них расположены в селе Чымкоргон Чуйской области на севере страны и в поселке Кызылжар южной Жалалабадской области. Также объектом внимания журналистов стала Ошская областная психиатрическая лечебница, которая тоже расположена на юге страны. Всего в этих учреждениях содержатся около 1400 больных.


О состоянии больных в отделениях руководство больниц предпочитает не распространяться, особенно журналистам, но сами пациенты и их родственники с возмущением рассказывают о том, что им пришлось пережить.


Психиатрическая больница в селе Чымкоргон находится в 85-ти километрах от столицы республики и обслуживает весь Кыргызстан и южные области Казахстана. Больница рассчитана на 850 коек, но, по последним данным здесь, содержится около 500 больных.


Несмотря на то, что больницу часто посещают сотрудники различных неправительственных организаций, а также местные и иностранные журналисты, нищета и нужда сразу же бросаются в глаза. Здания больницы остро нуждаются в капитальном ремонте.


Большинство больных в Чымкоргонской больнице постоянно находятся взаперти в зарешеченных помещениях, в страшной скученности и убогой обстановке – металлические кровати - иногда по 15 в одной палате, каменный пол… Из-за хронической нехватки медперсонала пациенты лишены прогулок и физической разминки. На 10-15 человек приходится по одной медсестре.


Разрушенные местами ограждения и открытые настежь ворота только усиливают ощущение заброшенности.


Посещение больных допускается исключительно по согласованию с администрацией больницы. Санитарка одного из отделений, назвавшаяся Анарой, рассказала IWPR, что за день до приезда различных «гостей» в больнице наводится чистота и порядок.


«Пациентов, которые могут пожаловаться, мы обычно прячем, а на встречу с журналистами выводим таких, которые хвалят больницу. В столовых в такие дни готовится какое-нибудь экзотическое блюдо, например пельмени», - говорит санитарка


В больнице поселка Кызылжар содержится 750 больных. Транспорт сюда ходит редко. Удаленность от областного центра и столицы сказывается на условиях содержания пациентов.


Жаркын в апреле 2002 года провела в Кызылжарской психиатрической лечебнице 18 дней. «Я своими глазами видела, как больных, которые не подчиняются санитарам, привязывают к голой кровати. Они могут лежать привязанными по несколько суток. Их могут не кормить. Они справляют нужду под себя, но санитарам до этого нет никакого дела».


«Больные сами должны убираться в своих палатах. Если они этого не делают, то санитарки начинают ругаться», - закончила свой рассказ женщина.


Ошская психиатрическая лечебница, расположенная в центре г. Ош, является относительно благополучной, поскольку здесь всего 150 пациентов, но и она напоминает тюрьму. Пациенты ютятся в крошечных палатах с решетками на окнах. Им не разрешается свободно передвигаться по территории больницы. Детей размещают в палатах вместе со взрослыми. При этом, условия содержания в Ошской больнице все же лучше, чем в двух других более крупных учреждениях.


ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ ПСИХИАТРИИ В КЫРГЫЗСТАНЕ


«Центры психического здоровья» – именно так на официальном языке именуются психиатрические больницы. В народе же за подобными учреждениями прочно закрепились названия типа «дурдом», «психушка» и т.п. Правозащитник из Базаркурганского района Жалалабадской области Азимжан Аскаров говорит: «С советских времен в сознании обывателя закрепился стереотип, что психические болезни не поддаются лечению, а душевнобольные - неизлечимы».


В результате предрассудков пациенты таких больниц сделались своего рода изгоями общества - кастой неприкасаемых. Общественность мало волнует, в каких условиях они содержатся. Психические здоровье граждан не является приоритетной заботой правительства, которое с трудом изыскивает средства на финансирование самых необходимых социальных программ и медицинских услуг.


«Государство и радо бы увеличить финансирование психиатрическим больницам, но просто не в состоянии этого сделать», - говорит руководитель кризисного центра для женщин «Сезим» Бубусара Рыскулова. «В стране, как известно – экономический кризис. Государству приходится финансировать приоритетные социальные программы в целевом порядке, а душевнобольные никогда не были приоритетной категорией населения».


Недостаточное финансирование сказывается и на качестве медперсонала психбольниц. Врачи, медсестры и санитарки получают мизерную зарплату, да и ту – часто с задержкой на два-три месяца.


«Существует острый недостаток кадров», - отмечает правозащитник Ырысбек Омурзаков. «Не всякий согласится работать в таких условиях и за такую зарплату. Поэтому приходится принимать на работу людей без специального образования и часто - вообще далеких от медицины. Порой они просто не умеют обращаться с пациентами», - подчеркивает он.


А отсюда – пренебрежительное отношение и грубое попрание прав больных. «В психиатрических больницах нарушаются права человека на достойный уровень жизни, нормальное лечение и соответствующую среду, право на доступ к информации», - говорит Назгуль Турдубекова - сотрудница Молодежной правозащитной группы, проводившей исследование состояния психиатрических лечебных учреждений Кыргызстана.


ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПАЦИЕНТОВ В КАЧЕСТВЕ БЕСПЛАТНОЙ РАБОЧЕЙ СИЛЫ


Пациенты психиатрических больниц выполняют самую черную, тяжелую работу на частных приусадебных участках работников больницы. Кроме того, за определенную плату врачи сдают больных в наем местным жителям.


Пациент Ошской психбольницы Бакирджан рассказал IWPR, что врачи и санитары нередко забирают больных - и его в том числе - на работу домой и на приусадебные участки. «Кому-то надо дома убраться, кому-то огород вскопать, - говорит Бакирджан. – Вчера, например, я и еще четверо больных ходили домой к санитару, и заливали ему фундамент под строящийся дом». Естественно, никакой платы за свою работу больные не получают.


У заведующего 4-м отделением Чымкоргонской больницы уборкой двора дома занимался молодой парень Валерий К. – больной, приговором суда направленный на принудительное лечение за совершенное преступление. «Я уже 4 месяца работаю у врача, - говорит он. - Денег он не платит, но кормит. Работаю за кормежку. Все лучше, чем больничная еда, которую даже собаки не едят». Валерий работает по дому у врача каждый день, а вечером уходит ночевать в отделение.


Вместе с Валерием у врача работает еще один пациент. Его основная обязанность – уход за скотиной. Каждое утро он выгоняет десяток коров на пастбище, пасет, а вечером пригоняет обратно.


Еще один пациент тоже признался, что работает дома у одного из врачей. «Вот - разобрал мотор стиральной машины», - похвалился он.


Недавно назначенный начальник Чымкоргонской психбольницы Жаныбек Ажыбеков не отрицает, что практика подобных «трудовых десантов» имеет место, в особенности - в хозяйствах самих врачей и медработников, но в настоящее время наводится порядок.


Пациенты Кызылжарской психбольницы также активно работают по хозяйству у врачей. Например, у главного врача Абдужалила Бегматова дома работает глухонемой пациент. Как рассказали местные жители, это - «малай», т.е. «раб» главврача. Этот «малай» делает всю черную работу по хозяйству - смотрит за скотиной, колет дрова и т.п. Из-за его глухоты и немоты журналистам не удалось с ним побеседовать.


При посещении личного хозяйства заведующего 1-м (приемным) отделением Кызылжарской психиатрической больницы Сапара Момбекова корреспондент IWPR познакомился с Айбеком, который рассказал, что уже третий год работает у врача. «Я числюсь в отделении, а когда надо поработать, то врач меня забирает. За работу Момбеков помогает мне едой и другими вещами. А когда работы много, то берет еще людей из отделения. И вообще, врач Момбеков относится ко мне как к родному сыну».


В момент встречи с журналистами Айбек готовил на костре в чайнике суп. Рядом в сетке висело замаринованное мясо. А метрах в двух от костра лежали свежеразделанная шкура, голова и внутренности собаки. Айбек похвастался, что полакомиться копченой собачатиной иногда заглядывают другие врачи. «Отличная закуска под водку», - сказал он.


На огороде у заведующего складом больницы Эмиля Айтмырзаева работал пациент Абды. В психбольницу он попал после того, как два года назад разбил камнем голову неизвестному мужчине. Врачи признали Абды невменяемым, и суд направил его на принудительное лечение.


«Здесь я помогаю по огороду заведующему складом, - говорит Абды. – Денег не получаю. Зачем мне зарплата? Лишь бы дни мои проходили. Чем сидеть в больнице и томиться от безделья, я лучше уж здесь буду работать».


Контрибьютору IWPR удалось побеседовать с тремя пациентами, которые занимались вскапыванием земли на участке, принадлежащем семье заведующего 10-м отделением Кызылжарской психиатрической больницы Алтынбека Рыскулова.


Стало жарко, и больные решили устроить перерыв - попить чаю. В беседе с IWPR они признались, что для них предпочтительнее работать в поле, чем сидеть в отделении. «Здесь мы хоть можем попить чай с сахаром. Еще «хозяин» кормит лепешками и простоквашей. А в больнице останешься голодным», - сказал один из больных.


Врач-психиатр с более чем 20-летним стажем из города Ош Абдыкерим Темирбердиев в беседе с IWPR рассказал, что больных в психиатрических больницах эксплуатируют уже много лет.


Эта практика не имеет ничего общего с трудотерапией, которая помогает больным адаптироваться к социально полезному труду. «Есть такая дисциплина – трудотерапия. Она должна применяться по 2-3 часа в день к определенным больным для выработки рефлексов».


«Трудовая терапия играет важную роль в реабилитации пациента и его адаптации в обществе. Работа воспитывает у больного чувство собственной общественной пользы. Чтобы от трудовой терапии была польза, пациент должен сам понимать, что его труд нужен обществу. Нет смысла приучать пациентов к монотонному труду, чтобы только убить время. Принуждать больных к работе - неправильно».


«В психиатрических больницах к пациентам относятся по принципу: раз ты здесь живешь и питаешься, то должен работать», - сказал врач.


ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПАЦИЕНТОВ НА СТРОИТЕЛЬНЫХ РАБОТАХ


Здание Ошской психиатрической больницы было построено в 1949 году. Здесь под видом трудотерапии больных заставляют разбирать старые, обветшалые постройки больницы. Контрибьютор IWPR стал свидетелем того, как несколько больных под надзором санитара расчищали развалины и собирали кирпичи.


Заведующий реабилитационным отделением Абдурахман Омурзаков в беседе с IWPR рассказал, что в ближайшем будущем силами пациентов на территории больницы будет построена баня. «Для экономии средств баня будет строиться силами сотрудников отделения и больных. Если хорошо поработать, то дня за 2-3 баню можно построить», - считает доктор.


РАБОТА НА БОЛЬНИЧНЫХ ПРИУСАДЕБНЫХ УЧАСТКАХ


Трое пациентов наркологического отделения Кызылжарской психиатрической больницы трудились на больничном поле. Сыдык, который здесь находится на излечении от алкоголизма, рассказал, что работа у них начинается в 6 утра и заканчивается с закатом солнца. «Делаем то, что говорят врачи. Они утверждают, что это – трудотерапия, и она необходима. Вот и работаем. Еду нам дают три раза в день - макароны или перловку, отваренные в воде. А лекарств я никаких не получаю».


К беседе подключился другой больной, Аман. Он рассказал, что они сажают кукурузу, копают огород, но денег за это не получают. «Иногда дают сигареты. А нам, как работающим, дают по дополнительному куску хлеба», - похвастался Аман, и показал кусок черного хлеба, который приберег на обед.


РАБОТА НА ЧАСТНЫХ ФЕРМЕРОВ


В приватной беседе медработники Чымкоргонской больницы рассказали IWPR, что больных нередко используют для обработки частных полей и ферм. Уже многие годы жители окрестных сел эксплуатируют эту бесплатную рабочую силу. Душевнобольные выполняют несложные строительные работы, занимаются вскапыванием и прополкой огородов, ухаживают за скотиной, и все это – совершенно бесплатно. Наиболее «вменяемые» больные привлекаются к более «сложным и почетным» работам.


По словам медиков, больным в радость уже сама смена обстановки, домашняя еда и подаренные хозяином сигареты. Иногда могут поставить и бутылку водки, а как скажется спиртное на состоянии здоровья психически больного человека – это никого не волнует.


«В последнее время с этим строго стало, работников найти трудно, - жалуется один чымкоргонец на базаре. – В больнице ЧП случилось - один псих другого зарезал, поэтому, наверное, их теперь и не отпускают».


При Чымкоргонской больнице имеется отделение, именуемое «трудовой колонией». Здесь содержатся сироты и больные, от которых отказались родственники. Во время нашего посещения больные числом около 15-ти человек были заняты на поле посадкой помидорной рассады под надзором сторожа подсобного хозяйства.


Увидев подошедшего, больные стали просить хлеба и сигарет. На предложенную сигарету они сбежались с протянутыми руками. Увидев, что больные отвлеклись от работы, сторож криками и угрозами разогнал всех по местам. «Ничего им не давайте, - посоветовал парень. – Иначе они у вас все выпросят. Они - ненасытные».


Начальник Чымкоргонской больницы Жаныбек Ажыбеков отрицает, что его пациенты работают в хозяйствах у врачей и медсестер. «Иногда просят – землю обработать надо, забор поставить, или еще что, но мы больных не пускаем».


«Обижаются на меня. Но я стараюсь, чтобы не очень обижались. Объясняю: Тебе это зачем, дорогой? Если больной сбежит, сам его ловить поедешь, бензин будешь тратить, а это - расходы! Давай уж сам, своей семьей управляйся».


ЧТО ГОВОРИТ ЗАКОН


Законодательством предусматривается использование трудотерапии в реабилитации и социальной адаптации больных. «Работа дает больному ощущение собственной полезности, дисциплинирует его, учит общаться и сотрудничать с другими», - говорит доктор Темирбердиев.


Согласно Закону о психиатрической помощи от 1999 года, лица, страдающие психическими расстройствами, имеют право работать только при условии прохождения предварительного обучения и при наличии специально оборудованных рабочих мест.


Согласно статье 37 этого документа, труд душевнобольных должен оплачиваться. «Все пациенты, находящиеся на излечении или обследовании в психиатрическом стационаре и участвующие в производственной деятельности, вправе наравне с другими гражданами получать вознаграждение свой за труд в соответствии с его количеством и качеством».


БОЛЬНЫЕ НЕДОЕДАЮТ


Больные, не занятые на различных работах, получают скудное, недостаточное питание. В день на питание одного больного государство выделяет 13 сомов (примерно 30 центов). Контрибьютор IWPR заглянул на кухню Ошской психиатрической больницы, где на обед больным варили суп из нарезанного кусками теста. «Моркови, лука и специй не кладем. Слишком дорого», - сказала повар.


Покопавшись черпаком в кастрюле, повариха все же нашла небольшую кость, которая, видимо, должна была придать супу запах мяса. Здесь же, на кухне, журналистом были замечены несколько огромных крыс, которые не вызывают ни удивления, ни страха у пациентов и медперсонала. Пациент по имени Султан заметил: «Крысы и у меня в палате бегают. Ничего в этом особенного нет».


Контрибьютор IWPR прошелся по отделениям Чымкоргонской психиатрической больницы во время обеда. Больные, увидев постороннего человека, умоляли дать им хлеба или хоть чего-нибудь съестного. На обед в тот день подавали желто-бурого цвета жидкость, которая называлась супом. В этом супе вместе с рисинками плавали червячки.


У Клары шизофрения, и с 1995 г. она является пациенткой Кызылжарской психиатрической больницы. По ее словам, больные постоянно голодают. «Кормят вареным рисом или перловкой, в которой плавают черви. Некоторых больных медики забирают домой на работу. Но зато там они могут иногда покушать нормальную пищу, попить сладкий чай с лепешками, а вечером возвращаются обратно в отделение».


Когда Клара выписывается из отделения, ее встречает сестра. Она и рассказала IWPR, что Клара приезжает из больницы страшно исхудавшая - кожа да кости. «На голове и в белье полно вшей», - добавила она. Больные Кызылжарской больницы говорят, что с трудом пережили нынешнюю зиму. «Чуть от голода все не передохли», - сказал больной по имени Борис.


ВЫВОДЫ


Расследование, проведенное IWPR в трех психиатрических больницах Кыргызстана, выявило большое количество различных нарушений в отношении больных, многие из которых нам довелось увидеть собственными глазами. Прямые свидетельства жестокого обращения со стороны медперсонала отсутствуют, однако труд больных сплошь и рядом неправомерно эксплуатируется на территории больниц и в личных целях. Больные с удовольствием идут на подобную «трудотерапию» в надежде получить в награду хоть какое-то нормальное питание вместо больничного.


Никто не вступится за душевнобольных, а жаловаться не только бесполезно, но и «себе дороже». «До последнего времени, если пациент психиатрической больницы писал жалобу на плохое питание, грубость врачей, пропажу личных вещей, нарушение правил выписки из больницы, и т.п., ее аккуратно подшивали к его истории болезни, - рассказала одна сотрудница Республиканского центра психического здоровья. – Это было как бы дополнительным подтверждением тревожного или агрессивного состояния пациента, а в суть его претензий никто не вникал».


По мнению жалалабадского правозащитника Абдуназара Маматисламова, обществу пора начать оказывать реальную помощь душевнобольным, ибо в психиатрических больницах Кыргызстана не только не лечат, но и «здорового человека могут сделать психически больным».


Правозащитник Ырысбек Омурзаков с этим согласен. «Кыргызстанцы не должны быть так черствы к психическим больным и спокойно наблюдать, как попираются их права и как они вынуждены есть собак и клевер». По его мнению, пришло время сделать данную проблему предметом серьезного изучения и общественного внимания.


Участившиеся посещения психбольниц представителями НПО и международных правозащитных организаций дают некоторую надежду на положительные сдвиги. Через два дня после IWPR в Чымкоргонской больнице побывали юрист Дебра Дорфман и ее коллега - адвокат Крейг Омиллер из Центра по защите прав душевнобольных со штаб-квартирой в Будапеште.


«Не думаю, что нам удалось увидеть реальную картину того, как обстоят дела в Чымкоргоне, - сказал Омиллер. – Но в больнице явно хромает питание и лекарственное обеспечение».


Более оптимистично отозвалась Дорфман. «Я видела теплые взаимоотношения между медперсоналом и больными», - говорит она. «Несмотря на трудности и недофинансирование, персонал больницы, и особенно - руководство, вели себя с нами очень открыто. Заметно их желание улучшить ситуацию даже при тех скудных ресурсах, которые у них имеются».


Имена пациентов изменены из этических соображений.


Улугбек Бабакулов, Наталия Домагальская и Асель Сагынбаева – контрибьюторы IWPR в Бишкеке