Для правозащитников пока нет места в Туркменистане

Для правозащитников пока нет места в Туркменистане

Friday, 23 October, 2009
Похоже, власти не желают допускать в Туркменистан международных правозащитников из-за отсутствия реального прогресса в области политических и гражданских свобод, считают обозреватели NBCA.

Норвежский Хельсинский Комитет и группа авторитетных правозащитников призвали западные страны и руководство транснациональных компаний внимательнее относиться к соблюдению прав человека в Туркменистане.

«В то время как посещение Ашгабата иностранными дипломатами и бизнесменами становится рядовым явлением, а возросший уровень контактов между Туркменистаном и остальным миром позволяет говорить об открытости страны, представителям правозащитных организаций на протяжении многих лет доступ в Туркменистан закрыт. Власти отказывают им в получении въездных виз для проведения оценки ситуации с правами человека в стране»,- говорится в обращении Хельсинского Комитета, распространенном в конце сентября.

Никакой реакции на это заявление не последовало.

Несмотря на то, что Туркменистан присоединился более чем к 90 конвенциям и международным соглашениям в области прав человека, представители ведущих международных правозащитных организаций, таких как Хьюман Райтс Вотч, Международная амнистия, Фрудом Хаус, в страну по-прежнему не допускаются, а туркменские независимые правозащитники находятся в изгнании и базируются за рубежом.

Эксперты NBCA не исключают, что в ответ на неоднократные требования мирового сообщества власти рассматривают возможность допуска в страну специалистов Международного Красного Полумесяца - гуманитарной организации, которая также проводит инспектирование тюрем.

Однако массового приезда правозащитников в страну ожидать не стоит.

«Туркменские власти в такому шагу не готовы», - говорит Вячеслав Мамедов, лидер Гражданского Демократического Союза Туркменистана, базирующийся в Нидерландах.

В 2007 году, придя к власти после скончавшегося авторитарного лидера Сапармурата Ниязова, президент Гурбангулы Бердымухаммедов сделал намек на возможную либерализацию, провозгласив принцип: «Государство для человека». Он также помиловал одиннадцать человек, среди которых были узники совести и оппоненты прежнего режима, и начал разрабатывать Национальную программу прав человека.

Некоторое время правозащитное сообщество жило ожиданиями, что новая власть даст оценку всем нарушениям в области прав человека в период правления Ниязова, однако этого не произошло.

«Этим [правительство] подтверждает, что идет по пути прежней власти»,- c сожалением говорит Таджигуль Бегмедова, лидер Туркменского Хельсинского фонда по правам человека, базирующаяся в Болгарии.

По данным правозащитницы, с начала 90-х годов прошлого века в Туркменистане большое количество людей были осуждены по политически мотивированным обвинениям, за инакомыслие и за родственные связи с оппонентами режима.

Большинство из этих людей до сих пор находятся в туркменских тюрьмах, из-за отсутствия справедливых судов и инспектирования мест заключения независимыми правозащитниками они уже не надеются на возможный пересмотр их дел.

Аналитики отмечают, что зародившиеся было в 2007 году надежды туркмен на справедливость разбиваются о непрекращающиеся давление на инакомыслящих и журналистов, нарушение прав заключенных, применение пыток, религиозные преследования, этническую дискриминацию и ограничение свободы передвижения.

К примеру, минувшим летом туркменские власти не выпустили из страны студентов, направляющихся после каникул на продолжение учебы в зарубежные вузы (читайте:). Грубое нарушение конституционных прав на образование и передвижение развеяло все надежды на улучшение правозащитной ситуации. «Туркменистан: Студенты иностранных вузов занесены в «черный список», 12-ого августа 2009.)

Власти противятся допуску международных правозащитников, поскольку боятся предстать перед ними в негативном свете, полагают комментаторы.

«Бердымухаммедов знает, что приезд правозащитных организаций в страну высветит и предаст огласке весь негатив внутренней политики», - полагает медиаобозреватель из Дашогузского велаята (области) на севере страны.

Ашгабатский обозреватель скептически относится к заявлениям правозащитников, которые, на его взгляд, наивно надеются попасть в Туркменистан.

«Сюда часто не могут приехать журналисты, историки, исследователи, да и просто рядовые граждане, которые когда-то уехали отсюда, а теперь хотели бы навестить своих родных и друзей, или получить, скажем, документы для оформления пенсии,- рассуждает собеседник NBCA.- Изоляция Туркменистана если и не усиливается, то и не ослабляется».

Support our journalists