Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ДАГЕСТАНСКИЕ СТУДЕНТЫ ВСТУПАЮТ ДОБРОВОЛЬЦАМИ В ИСЛАМИСТСКИЕ ГРУППЫ

Общество бьет тревогу в ответ на побег нескольких молодых людей чтобы примкнуть к вооруженным исламистам.
By
В северокавказской республике Дегестан люди были шокированы тем, что девять студентов медицинской академии в Махачкале, некоторые из которых происходили из благополучных семей, очевидно пополнили ряды вооруженных исламских боевиков в горах.

По сведениям МВД Дагестана, в ноябре этого года четыре семьи обратились в связи с исчезновением их сыновей, позже органам стало известно, что девять молодых людей пропали. После проведенного обыска в их домах, в домашних компьютерах молодых людей была обнаружена «самая последняя террористическая и экстремистская литература, а также руководства по сбору взрывчатых устройств», по словам правоохранительных органов.

О девяти парнях ничего не было слышно с тех пор как они исчезли, однако, власти считают, что они пополнили ряды боевиков.

Позже стало известно, четверо из них были исключены из Медицинской академии Дагестана еще год назад, но родители ребят ничего об этом не знали.

Те, кто знал ребят лично, характеризовали их лишь с положительной стороны, говоря о том, что некоторые из них были отличниками и весьма религиозными мусульманами.

Если информация подтвердится, то побег девяти студентов медакадемии станет крупнейшим пополнением вооруженных групп за счет молодых людей в последнее время.

В течение более 10 лет, Дагестан находится в конфликте переменной интенсивности между правоохранительными органами и вооруженными повстанцами, которые перемещаются между горными хребтами и махачкалинскими многоэтажками. За последнюю неделю были убиты два высокопоставленных чиновника – заместитель спикера парламента и судья Верховного суда.

МВД провело круглый стол, где обсуждалась эта проблема и были предоставлены взгляды на то, что происходит.

Представитеь Министерства Марк Толчинский сказал, что 31 милиционер и 53 члена “незаконных бандформирований” были убиты в стычках в этом году.

Про боевиков, говорит он “нельзя сказать, что каждый из них был таким уж опасным “дьяволом”.


"Даже сегодня в ряды бандитов вовлекаются все новые и новые люди, средний возраст которых от 20 до 25 лет, – сказал исполняющий обязанности начальника уголовного розыска МВД Дагестана Бадрудин Шахмурадов. – В леса уходят представители всех национальностей и районов республики, независимо от их материального достатка”.

По словам Бадрудина Шахмурадова, наиболее радикально настроенной оказывается та молодежь, которая либо не смогла, либо не захотела найти себе место в обществе, обустроить свою жизнь. Кроме того, в ряды непримиримых молодежь толкает «военная романтика» и перекладывание вины в собственных неудачах и проблемах на окружающих.

"В среде бандформирований есть и образованные люди. Есть студенты, есть лица закончившие высшие учебные заведения, а идейные вдохновители даже могли иметь кандидатские и ученые степени," – сказал он.

"Но уровень образования никак не препятствует тому, что они организовывают убийства и взрывы. После задержания этих лиц, в разговоре с ними выясняется, что они очень далеки от ислама, не могут ответить даже на основополагающие религиозные вопросы".

"Спецоперации" в Дагестане происходят довольно часто. Обычно силы безопасности окружают дом или многоэтажку, осаждают его и в конце концов убивают всех находящихся внутри подозреваемых боевиков. Тот факт, что убитыми зачастую оказываются 18-летние молодые парни, вызывает много вопросов у общественности.

В январе 2006 года, осада квартиры в Махачкале спецслужбами закончилась тем, что большинство находящихся внутри были убиты.

IWPR посмотрели видеозапись найденную в квартире, на которой видно, как несколько молодых парней чистят автоматы, говоря о трусости нынешних мусульман, которым не хватает смелости встать против властей в Дагестане. Затем эта же группа снята в лесу. Молодые люди размахивают автоматами и выкрикивают «Аллаху Акбар».

Сторонники боевиков говорят, что они борятся за свободу и истинный ислам в репрессивном государстве, где по их словам религия стала слишком насыщена традициями и слишком близка к государству.

“Этих парней приговаривают к смерти просто за то, что они не ведут себя так, как другие дагестанские мусульмане”, – говорит один молодой человек из города Хасавюрт, выражая симпатии к радикалам.

“Иногда человек исчезает ночью по пути в мечеть, и утром его изрешеченное тело находят в горах за 300 километров от Хасавюрта”, – говорит он.

“Затем его тело показывают по новостям с лежащим рядом автоматическим оружием, “ваххабитской” литературой, и картой школы, в которой якобы планировали теракт. То же самое происходит в Чечне и Ингушетии. Правительство заставляет своих людей убегать в леса. Не все хотят жить в полицейском государстве.”

Подобный же случай произошел с молодым человеком по имени Курбан, который учился в Дагестанском институте народного хозяйства и которого правоохранительные органы задержали в октябре с оружием и вещмешком с едой и зимней одеждой. Он отправлялся в лес, чтобы примкнуть к исламистам.

Представитель МВД Толчинский после допроса задержанного сказал: "На мой вопрос, куда ты шел, он ответил – на “джихад”. Я спросил: "На джихад против кого?" Он ответил: "Против работников милиции". Я спросил, почему он хотел их убивать, и он ответил, потому, что российское правительство платит им зарплаты”.

"Он затем сказал, что его отец работает в администрации Буйнакского района. Спрашиваю, зарплату ему кто платит, российское правительство? – вспоминает Толчинский. – Он говорит “да”. Тогда почему ты с него не начал? – Ну, отца же я не могу убить”.

В МВД сказали, что Курбана завербовал 14-летний мальчишка, чей отец был одиозным радикальным экстремистом и который действовал в лесах Дагестана в течение последних трех лет.

Курбана исключили из университета, после того, как его показали по местному телевидению и назвали боевиком. Он вернулся в свою родную отдаленную деревню; IWPR не смог связаться с ним, чтобы послушать его версию случившегося.

Один из преподавателей Курбана, Нурамат Абдурагимов сказал, что если бы Курбана не осудили, он был бы восстановлен в институте.

Он вспоминает, что Курбан всегда получал хорошие оценки и был прилежным студентом. “Я помню его как скромного молодого человека, который в отличие от других не реагировал гневно когда его отчитывали за пропуск занятий или опоздания”, – сказал он.

Расул Гаджиев, представитель дагестанского министерства по национальностям, говорит, что должны быть приложены большие усилия, чтобы переубеждать потенциальных боевиков, до того как их завербуют радикальные исламисты.

“Есть такая стадия, когда молодой человек учится в школе или университете, – говорит Гаджиев. – Он говорит с нами, ходит на занятия, и внешне он ничем от нас не отличается. Но именно в это время мы проигрываем в том, что не можем предложить молодому парню идеологию в противовес ваххабизму.”

Реваз Алиханов, корреспондент дагестанской газеты «Новое дело».