Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЧЕЧНЯ: ЖИТЕЛИ БОРОЗДИНОВСКОЙ ПРОТЕСТУЮТ

Положение тысячи дагестанцев, покинувших Чечню, вызвало проблемы между двумя республиками.
By Musa Musayev, Natalya Estemirova

Отношения между чеченскими и дагестанскими властями остаются очень напряженными из-за исхода сотен этнических аварцев, бежавших из родной деревни соседней Чечни и не желающих возвращаться, опасаясь за свою жизнь.


В Чечне жители села являются немногочисленным меньшинством, но в Дагестане, где они нашли убежище, аварцы ­ одна из основных этнических групп.


4 июня батальон чеченского спецназа, подчиняющийся Москве, провел в селе Бороздиновская спецоперацию, названную позже успешной. Руководство спецназа заявило, что в результате было задержано 11 человек, «сочувствующих боевикам», и еще два боевика били убиты во время перестрелки.


Однако, жители села, покинувшие Бороздиновскую, говорят, что отряд спецбатальона «Восток» министерства обороны России не раз был замечен в похищении людей с целью получения выкупа и жестоком обращении с местными жителями, и что данная операция была проведена в том же духе.


По словам очевидцев, командир батальона по прозвищу «Борода», который одновременно является одним из местных лидеров прокремлевской партии «Единая Россия», также участвовал в операции.


Один из жителей Бороздиновской сказал IWPR: «Эти люди отщепенцы, бывшие боевики. Этот Хамзат [предполагаемый руководитель спецоперации] сам вымогает деньги у местных жителей. Они и раньше похищали наших людей, которых затем отпускали за выкуп. Деньги брал тот же самый «Борода». Это всем в районе известно. Это известно и руководству Дагестана, к которому мы неоднократно обращались».


«Это должно быть известно и федеральному центру, если до них доходили наши заявления. Мы уже два года пишем в Кремль по этому поводу».


Инцидент был настолько взрывоопасным, что привлек внимание Дмитрия Козака, полпреда президента Путина в Южном Федеральном Округе.


«Если то, что рассказывают жители Бороздиновской соответствует действительности, тогда происшедшее является вопиющей диверсией против России, Дагестана и Чечни», – заявил Козак. «Если злоумышленники думают, что мы им позволим издеваться над мирным населением, они глубоко заблуждаются».


Айзанат Магомазова, дочь 77-летнего жителя Бороздиновской, убитого во время спецоперации, рассказала IWPR о том, как ей позвонили ночью, когда в селе проводилась спецоперация: «Мне в Кизляр ночью звонит школьная учительница. Говорит, что в школе второй Беслан».


«Всех жителей под дулами автоматов собрали возле школы, футболки надели на головы, ходили по ним, избивали, занимались мародерством. Говорит, отца твоего забрали, а дом горит».


«Приезжаю в станицу, дом еще полыхает. Соседский парень полез, чтоб вытащить газовый баллон. И случайно обнаружил тело моего отца. Мы его с трудом узнали. Ног не было, торчали кости».


Магомазова также сказала, что напряженность возросла после того, как чеченские власти стали переселять в Бороздиновскую чеченских беженцев из Ножай-Юрта. «Несколько семей переехало, бывали стычки. Люди писали жалобы, которые не рассматривались. Приезжали люди в масках, угрожая, требовали забрать заявления», ­ говорит она.


Однако, глава администрации Шелковского района Иса Нутаев сказал IWPR, что власти просто борются с незаконными вооруженными формированиями в районе. «После августа 1996 года в станице поселилась криминальная группа, так называемый «аварский джамаат», ­ сказал он.


«Тогда в ее состав входило 50-60 человек, во главе с печально известным боевиком Митабовым, которого обвиняют в многочисленных убийствах и похищениях людей, в том числе армянского мальчика из Ставропольского края. Митабов погиб перед Второй войной в бандитской разборке».


Беженцы, которые говорят, что во время спецоперации в селе дотла сгорело несколько домов, разбили палаточный городок на границе между Дагестаном и Чечней. Они соорудили нехитрые шалаши, покрытые полиэтиленом, и уже больше двух недель живут в полевых условиях. Там же на дровах готовят еду из припасенных продуктов. Среди более чем тысячи людей, живущих в палаточном лагере, около 150 детей до семилетнего возраста.


«Мы уже две недели как под открытым небом. Никакой помощи не видим», ­ говорит бывший учитель истории, отец восьмерых детей Магомед Магомедов. «Даже палатки не дали, каждый сам себе купил. Представители Красного креста говорят, что не могут помочь, так как у нас нет статуса вынужденных переселенцев. Только отдельные дагестанцы помогают, как могут. Главы администраций Хасавюрта и Кизилюрта завезли для нас муку и сахар».


Магомедов отрицает, что люди, арестованные спецбатальоном «Восток», являются «криминалами» или «боевиками». Он с односельчанами требуют освободить их прежде, чем они согласятся возвратиться домой. «Наши представители встречались с Дмитрием Козаком в Ханкале [основная российская военная база в Чечне]», - говорит он. «Он гарантирует безопасность. Но люди боятся возвращаться».


Ведущие представители новообразованного дагестанского оппозиционного «Северного альянса» побывали в лагере и выступили с критикой дагестанских и чеченских властей за то, что они не оказали достаточной помощи беженцам.


Дагестанские власти требуют, чтобы беженцы возвращались домой. Они опасаются, что тлеющий кризис может вызвать более широкомасштабное межэтническое напряжение между чеченцами и дагестанцами.


Отношения между Чечней и Дагестаном резко ухудшились после того, как чеченский командир Шамиль Басаев осуществил внезапный налет на Дагестан. Эта операция дала начало второй войне в Чечне.


По словам Магомедова, спецоперация в Бороздиновской ­ всего лишь очередное звено в длинной цепи насильственных действий против аварцев, проживающих там. Он утверждает, что с 2000 года в селе было убито 18 дагестанцев.


Самый могущественный человек в Чечне Рамзан Кадыров, первый заместитель премьер-министра, назначен главой комиссии, цель которой ­ разрешить проблему с возвращением беженцев из Бороздиновской. Однако, у него сложились сложные отношения с дагестанскими властями.


Дагестанский политолог Заид Абдулагатов опасается, что проблемы еще будут. «События разворачиваются в нехорошем русле. Дальше все зависит от того, какие решения примут власти Чечни и Дагестана».


«Если оставить все как есть, кризис будет развиваться по нарастающей. С одной стороны, беженцы ­ жители Чечни и это внутренние дело Чеченской республики, с другой, насилие совершено по отношению к этническим дагестанцам. А это ничего хорошего не сулит этому этнически сложному региону», ­ говорит он.


Наталья Эстемирова, сотрудница правозащитного центра «Мемориал» в Чечне. Муса Мусаев, корреспондент газеты «Северный Кавказ» в Дагестане