Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЧЕЧЕНЦЫ В «АДУ» ПЫТОК

Люди, ставшие жертвами пыток в Чечне, не хотят просить о помощи.
By
Уже миновала вооруженная фаза конфликта в Чечне, однако, там по-прежнему часты случаи незаконных задержаний и нарушений прав человека. В частности, когда речь заходит о проблеме применения в республике пыток, правозащитники говорят, что им приходится иметь дело все с большим количеством жалоб на этот счет.

«Любые издевательства над человеком, независимо от того, виновен он или нет, запрещены, однако в Чеченской республике все чаще приходится сталкиваться с бесчеловечным отношением к задержанным», – сказал руководитель представительства Комитета против пыток в Чечне Супьян Басханов.

По словам Басханова, каждый второй обвиняемый на суде отказывается от своих признательных показаний, мотивируя это тем, что вынужден был давать их под пытками.

«Одна из главных проблем, напрямую связанных с пытками, это статистический интерес [со стороны правоохранительных органов] любой ценой раскрыть как можно больше преступлений», – сказал он.

Ему вторит сотрудник правозащитной организации «Мемориал» Усам Байсаев. «Эта ситуация напоминает то, что происходило в Советском Союзе в тридцатые годы прошлого столетия, когда резко увеличилось число случаев задержаний. Кажется, та же «квота» действует и сегодня», – сказал он.

В то же самое время в Чечне полно травмированных людей, которые подверглись пыткам, но избегают обращаться к кому-нибудь за помощью.

В декабре 2006 года по приговору суда был оправдан и освобожден Али Течиев, обвинявшийся в участии в нападении боевиков на Грозный 21 августа 2004 года.

К этому решению суд склонили представленные защитой доказательства того, что в отношении подсудимого применялись пытки и незаконные методы допроса.

Течиев был задержан 28 ноября 2005 года. Схватившие его люди в масках оказались сотрудниками федеральных сил безопасности. Его содержали в ОРБ-2 [Оперативно розыскное бюро], где, как он сам утверждает, его подвергали бесчеловечным истязаниям.

Течиев написал заявление в "Мемориал", в котором он говорил, что жестокое обращение серьезно подорвало его здоровье: у него ухудшилось зрение, отбиты почки, сломаны два ребра, повреждена печень, он часто теряет сознание, испытывает сильные боли в грудной клетке.

«Тот факт, что в отношении него применялись пытки, подтверждается и судебно-медицинской экспертизой, проведенной в рамках судебного процесса, а также присвоенной ему инвалидностью», – сказала адвокат Течиева Залина Тахаджиева.

«Пока Течиев находился в заключение в СИЗО, – продолжила она, – его регулярно забирали в ОРБ-2, где подвергали избиениям и угрожали физической расправой и устранением его самого и членов его семьи, требуя признаться в преступлениях, которых он не совершал».

«Я был доведен до физического и морального истощения, – писал в своем заявлении Течиев. – Я потерял представление о времени и совершенно потерял ощущение боли и реальности».

Проблема применения в Чечне пыток значится в первых строках повестки дня Комитета Совета Европы по предотвращению пыток (КПП). И это в то время, когда чеченские власти упорно отрицают наличие в республике подобной практики.

За 18 лет своего существования Комитет, который представляет все 47 государств-членов Совета Европы, сделал всего пять публичных заявлений, и три из этих выступлений касались ситуации в Чечне.

В прошлом году представители Комитета дважды посетили Чечню. Суммируя свои наблюдения в ходе этих визитов, они заявили, что условия в местах задержания несколько улучшены, но ситуация в республике по-прежнему остается для них предметом «глубокой обеспокоенности».

«Сотрудники правоохранительных органов и силовых структур продолжают прибегать к пыткам и другим формам неприемлемого обращения, – говорится в одном из заявлений КПП. – Также сохраняется практика незаконных задержаний. Кроме того, из собранной информации очевидно, что эффективное расследование жалоб на жестокое обращение и незаконное задержание до сих пор является редкостью, и это лишь усугубляет климат безнаказанности».

Регулярно жалобы от жертв пыток или их родственников получает и омбудсмен Чечни. Так, за весь 2006 год и первые пять месяцев текущего года на имя главного правозащитника республики поступило 72 таких заявления. «Только за этот год мы получили 20 заявлений», – сказал начальник отдела по защите прав человека в аппарате омбудсмена Султан Булаев.

И это, судя по всему, является лишь верхушкой айсберга. По словам руководителя правозащитного центра «Мемориал» в Чечне Шамиля Тангиева, насилие в местах задержания по большей части скрывается, и сами жертвы пыток, как правило, избегают вслух говорить о том, что им довелось пережить. С целью получения какой-то определенной информации сотрудники различных силовых структур задерживают или похищают людей, а потом – уже в кабинете или подвале – избивают их и пытают. Впоследствии этих людей освобождают за выкуп, но случается и так, что их тела обнаруживаются где-нибудь в безлюдном месте.

«Эти люди, пройдя через ад пыток, не обращаются ни в правительственные, ни в правозащитные организации, – сказал Тангиев. – Они понимают, что людям, которые действовали такими методами, дана безмерная власть, они боятся за свою жизнь, за жизнь своих близких. И боясь вызвать повторное насилие, не добиваются правосудия на законном основании»,

«Чаще всего в виде орудия пыток применяются пластиковые бутылки, наполненные водой, электрический ток – чтобы не осталось следов телесных повреждений. Обычно люди ломаются, когда им угрожают насилием сексуального характера, что для вайнахского [чеченского или ингушского] мужчины хуже смерти».

Несмотря на тяжесть полученной ими психологической травмы, жертвы пыток редко обращаются за профессиональной помощью.

«У этих людей вырабатывается комплекс, они считают, что никто им не может помочь, никто не может понять их проблемы, поэтому уходят вглубь себя, ограничивают все контакты с окружающими», – сказал врач-психиатр Кюри Идрисов.

Идрисов один из немногих людей в республике, занимающихся реабилитацией жертв пыток. Он делает это в одиночку. Специализированного центра помощи таким людям в Чечне нет, поскольку его существование означало бы признание властями того, что пытки все-таки имеют место.

«У пострадавших сильно развито понятие мести. Они могут пойти на любые действия для того, чтобы реализовать эти идеи. Согласно чеченской культуре, мужчина должен отомстить обидчику, и он считает себя униженным, если он не смог ответить на силу силой, сопротивляться, когда его унижали», – сказал Идрисов.

Один из пациентов Идрисова Карим подвергался пыткам в печально известной чеченской тюрьме в Чернокозово. Освободившись оттуда, он долгое время не выходил на улицу, боясь, что его снова заберут. Он перестал общаться со своими друзьями, знакомыми.

«Он говорил, что потерял веру в себя, в свои возможности, – сказал Идрисов. – У него осталось огромное чувство вины за то, что он не смог противостоять людям, которые над ним издевались», – сказал Идрисов.

По словам психиатра, одолевавшая его жажда мести была столь сильной, что Карим начал считать своими врагами всех людей в военной форме. Но лечение помогло убедить Карима в том, что он должен искать удовлетворения своим чувствам законными путями. Мужчина обратился в правозащитные организации и теперь пытается добиться того, чтобы его мучители были найдены и наказаны.

«Только благодаря тому, что Карим своевременно обратился за медицинской помощью, я смог ему помочь. Но есть люди, которые годами скрывают в себе все переживания, считая, что никто не в состоянии помочь решить их проблемы», – сказал Идрисов.

Терзаемые воспоминаниями о пережитых пытках, многие ищут спасения в алкоголе и наркотиках, – сказал он.

Бывший журналист, ныне безработный Заур говорит, что пытался, но так и не смог привлечь широкое внимание к проблеме применения пыток. По его словам, жертвами пыток являются и многие из так называемых бомбистов-смертников.

«Те, кому пришлось испытать на себе весь ужас пыток, либо замыкаются в себе, отчуждаются от людей, либо же идут и взрываются, – сказал Заур. – Пройдя через этот ад, им не хочется жить, и они хотят хоть как-то отомстить. Я их не оправдываю, по исламу самоубийство запрещено, но что им делать после всех этих издевательств?»

А Али Течиев между тем проходит лечение, но, как сказала его адвокат, здоровье он вернет себе еще не скоро.

«Как и все, кому пришлось пройти через пытки, Али испытывает страх, что его снова могут забрать. Боязнь этого будет мешать ему жить нормальной жизнью в будущем. Ему необходима полная психологическая реабилитация»,- сказала Тахаджиева.

Лаура Алдамова, корреспондент газеты «Чеченское общество», Чечня