Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

БАТУМИ: ОАЗИС ДЛЯ АБХАЗОВ

Двухвековая абхазская община продолжает мирно жить в Аджарии, несмотря на неурегулированность грузино-абхазского конфликта.
By

К двухэтажному зеркальному ресторану на батумской набережной подкатил шикарный "Мерседес" - это на встречу с журналистом в назначенном месте приехал бывший мэр местной столицы Батуми, а ныне депутат грузинского парламента Аслан Смирба. Ресторан оказался его собственностью.


В стране, которая только что отметила десятую годовщину остающегося неразрешенным грузино-абхазского конфликта, присутствие такого человека как Смирба кажется необычным. В результате кровопролитной войны 1991-94 годов в сегодняшней Абхазии, если не считать Гальского района, почти не осталось грузин, и совсем немного абхазов живут в Грузии. Сам себя Смирба позиционирует как "лидер абхазской диаспоры" в Аджарии, небольшой автономной республике, расположившейся на юго-востоке стране.


Смирба - один из ближайших соратников руководителя Аджарии Аслана Абашидзе и один из лидеров его партии "Агордзинеба" (Возрождение). Как утверждает сам бывший мэр, он находится на дружеской ноге и со многими представителями абхазской политической элиты. "В Москве я встречался с президентом Абхазии Владиславом Ардзинба", – говорит он, замечая со знанием дела: "А следующим там будет Рауль Хаджимба (нынешний премьер-министр)".


Сохраняя общую национальную принадлежность, абхазская община в Аджарии, кажется, не имеет никаких организационных форм. Собственно, сегодня никто точно не может сказать, сколько в Аджарии абхазов. По приблизительным подсчетам - около двух тысяч человек.


"Наверное, правильнее всего было бы назвать их "грузинскими абхазами", - считает лидер Республиканской партии Грузии, известный политолог Давид Бердзенишвили, который родился и вырос в Батуми. – "Насколько я знаю, никто из батумских абхазов не участвовал в войне на чьей бы то ни было стороне. И могу с уверенностью утверждать – в Аджарии никогда не было и нет сейчас ни антиабхазских, ни антигрузинских настроений".


Во многом это обусловлено историческим опытом Аджарии. Большую часть селения этого региона, который и поныне как с Турцией, так и Грузией, связывают крепкие отношения, составляют мусульмане. Абхазская община в этих местах сформировалась примерно во второй половине 19-го века. По крайней мере, два места их компактного проживания - квартал на окраине Батуми (так называемый "городок") и часть села Ахашени - сложились в тот период, когда Аджария еще находилась в составе Османской империи. Позднее на этой территории укрепились российские войска, но абхазы предпочли остаться в Аджарии. С тех пор места их постоянного проживания остаются неизменными. И, как говорят сами представители общины, их численность за все это время тоже оставалась практически неизменной.


После того, как Аджария вернулась в состав Грузии и вместе с ней оказалась элементом Российской империи, кто-то из аджарских абхазов предпринимали попытки возвращения на родину. Им было намного легче сделать это, чем тем, кто остался в Турции. В советское время миграционный процесс развивался, время от времени какие-то семьи переезжают в Абхазию и сейчас. Что касается обратного движения – из Абхазии в Аджарию – то оно и в советское время было очень незначительным, теперь же этого просто не бывает.


В свою очередь те, кто оставался в Аджарии, постепенно смешивались с местным населением, перенимали язык и сейчас их в основном трудно выделить из общей среды. Местные абхазы теснейшим образом интегрированы в местный социум. Большинство из них утеряли связи с исторической родиной, а многих абхазских фамилий, сохранившихся в Аджарии, в Абхазии уже просто нет. Подавляющее большинство семей в компактных абхазских поселениях смешанные.


Услышать абхазскую речь здесь практически невозможно - помнят абхазский язык очень немногие. Как ни странно, среди знающих родной язык в основном люди среднего, а не старшего поколения. Объяснить этот феномен никто не смог.


Омер Кудба, писатель, глава аджарского Союза писателей, с сожалением говорит, что не может общаться на родном языке и считает, что в Абхазии его могут воспринимать негативно из–за того, что свои произведения он пишет на грузинском языке.


Сам Смирба не видит ничего страшного в ассимиляционных процессах. "Мы все - один народ, мы - граждане Грузии, и никакой разницы между нами нет. Тем более нет никакой дискриминации", – считает он. В Абхазии таких речей не услышишь.


Как рассказал IWPR Бердзенишвили, в 1989 году, когда в Грузии резко активизировалось национальное движение, вскоре окончательно вытеснившее коммунистов из власти, в оппозиционный Советам Батумский народный фронт входило немало абхазов.


"Я могу утверждать это, так как сам был в то время председателем этого движения", - говорит он. – "Когда стало ясно, что грузино-абхазский конфликт неизбежен, мы вместе – и грузины, и абхазы – выступали с публичными заявлениями и призывами, надеясь прекратить столкновения. В этом оказались едины все – и власти, и оппозиция, и просто люди. И в Аджарии удалось избежать каких бы то ни было национальных осложнений".


Те аджарские абхазы, с которыми состоялись беседы, также утверждали, что даже во время войны отношение к ним как со стороны властей, так и со стороны населения было нормальным. Определить их реальную позицию по отношению к грузино–абхазскому конфликту оказалось сложным делом. Все в своих комментариях ограничились общими фразами о необходимости жить в мире и добрососедстве.


Особенное место занимает в грузино-абхазской проблеме и лидер Аджарии Аслан Абашидзе. Став в прошлом году личным представителем президента Грузии в абхазском урегулировании, Абашидзе резко критикует позицию центральных властей, которые, по его мнению, сознательно сдерживают процесс урегулирования. С другой стороны, его предложения полностью снять международные экономические санкции с непризнанной Абхазии и другие столь же радикальные предложения, а также явная пророссийская ориентация вызывают резкие отповеди в Тбилиси и похвалы в Сухуме.


"Нынешние относительно стабильные отношения между Аджарией и Абхазией, возможно, обусловлены их равным положением в прежней советской Грузии – в качестве автономных республик", - сказала IWPR редактор оппозиционной газеты "Батумелеби" (Батумцы) Этери Турашвили. – "К тому же старые связи замешаны на сегодняшних родственных и дружеских контактах большой части населения Аджарии".


Вообще же, положение абхазской общины в Аджарии в целом не выходит за рамки общей картины межнациональных отношений в республике. Выделить их, как и всех остальных можно лишь благодаря "историческим" фамилиям. У аджарских абхазов, как и у всех остальных представителей национальных меньшинств в Аджарии, за исключением русских, нет не только собственной национальной организации, но и школ, культурных центров. По большому счету, они давно уже стали частью общегрузинского социума.


Антон Кривенюк, корреспондент газеты "Панорама", в которой была опубликована более ранняя версия этой статьи. Читайте октябрьский выпуск газеты на сайте http://www.iwpr.net/index.pl?caucasus_pan_index.html