БАБАЯН СОХРАНЯЕТ НЕПРЕКЛОННОСТЬ

Нагорный Карабах потряс суд над местным национальным героем.

БАБАЯН СОХРАНЯЕТ НЕПРЕКЛОННОСТЬ

Нагорный Карабах потряс суд над местным национальным героем.

Monday, 21 February, 2005

Крошечное помещение суда, слабо освещенное мерцающими лампочками, стало местом проведения самого драматического процесса в недавней истории Армении. Подсудимый, бывший главнокомандующий армянскими войсками во время нагорно-карабахской войны, Самвел Бабаян обвиняется в подготовке покушения на избранного лидера Нагорного Карабаха Аркадия Гукасяна.


В марте текущего года двое вооруженных преступников в масках из засады обстреляли президентский "Мерседес", серьезно ранив Гукасяна, его водителя и охранника.


После этого инцидента полиция устроила крупную облаву по всему Нагорному Карабаху, во время которой был арестован сам Бабаян и еще более 100 его приближенных. В апреле Бабаяну официально предъявили обвинение в организации попытки покушения с целью захвата власти.


Через месяц с начала рассмотрения дела в степанакертском городском суде был объявлен десятидневный перерыв. До этого у Бабаяна практически не было возможности изложить свою версию обстоятельств дела. Трое других обвиняемых в покушении на Гукасяна не поддержали своего бывшего начальника и признали себя виновными, тогда как сам Бабаян отверг все наложенные на него обвинения.


Бабаян был не только военным лидером. Ему не исполнилось и тридцати, когда он стал главным организатором военной деятельности карабахских армян. После подписания в 1994 году соглашения о прекращении огня, армяне праздновали победу. Тогда Бабаян стал фактическим главой региона и управлял не только военными делами, но и всей местной экономикой.


Суд над этим человеком, обладающим большой властью, привлек внимание не только к Нагорному Карабаху, но и к Армении в целом. Гукасян заявил, что хочет видеть "честный и открытый судебный процесс", и допустил на заседания журналистов, членов семей и даже студентов юридических факультетов. Судья Сурен Алексанян, ветеран советской юридической системы, назвал это дело "чрезвычайно запутанным и неприятным". Но он решительно настроен довести его до справедливого конца.


Адвокат Бабаяна Жудекс Шагарян настроен менее позитивно и высказывает жалобы по поводу предварительного расследования. Он заявил: "В самом начале следствия было много нарушений закона. Я видел, как из Самвела Бабаяна пытались выбить признание и отказывали ему в медицинской помощи". Однако адвокат сказал, что находит сам судебный процесс удовлетворительным.


Судебное разбирательство происходит в маленьком городке, где практически все - и подсудимые, и адвокаты, и свидетели знают друг друга. В день, когда я присутствовал на заседании, прокурор допрашивал свидетельницу - врача и задал ей вопрос, в каких отношениях она состоит с главным обвиняемым. Она призналась, что приходится Бабаяну троюродной сестрой. Когда она назвала свой адрес, прокурор спросил, откуда у нее эта квартира, пытаясь выяснить, не подарок ли это от троюродного брата.


Сторонники Бабаяна уверены, что это политический процесс против человека, который стоял на пути у сил, пытающихся ослабить Карабах или заключить сделку с Азербайджаном. Болгарская журналистка и кинематографистка Цветана Паскалева, знакомая с Бабаяном еще с начала войны, испытывает серьезные сомнения в том, что он пытался убить президента. "Когда я была у него в гостях незадолго до ареста, он готовился к парламентским выборам [они состоялись в июне текущего года]", - сказала она.


Бывший советник по делам национальной безопасности Армении Ашот Манучарян также свидетельствовал, что незадолго до покушения Бабаян и Гукасян вели мирные переговоры через посредников. Он предполагает, что преступление было организовано некоей "третьей стороной", пытавшейся ликвидировать обоих политиков.


Манучарян считает те же силы ответственными и за стрельбу в здании парламента в октябре прошлого года. Тогда были убиты восемь ведущих политиков, в том числе премьер-министр Вазген Саркисян.


Критиков Бабаяна - а они составляют большинство - не удивляет, что противостояние между гражданскими и военными лидерами Карабаха достигло критической точки. Президент в прошлом году уволил Бабаяна с военных постов. Он заявил, что бывший главнокомандующий превратился из героической фигуры в нестабильную и опасную силу. "Мы сохраняли этот миф [имеется в виду Бабаян] для остального мира. К сожалению, он оказался несостоятельным", - заявил Гукасян в одном из интервью (тогда, полгода спустя после покушения, его ноги еще были плотно забинтованы).


Суд над Бабаяном сделал очень замкнутое и закрытое общество более открытым. Впервые были сделаны заявления и оглашены факты о характере правления Бабаяна. Начались разговоры о заключенных в тюрьму по его прихоти оппонентах, о том, что он контролировал импорт табака и топлива, и распоряжался использованием финансовой помощи. Наиболее неприятным оказался тот факт, что Бабаян и его свита могли поймать на улице молодую женщину и принудить ее к интимным отношениям, поэтому многие девушки стали бояться поздно выходить на улицу.


Одни карабахцы называют судебный процесс над Бабаяном "позорным", а другие, например, член парламента Жанна Галстян, считают его здоровым проявлением. "Карабах не хочет быть ни у кого под каблуком, будь то иностранец или один из нас, - заявила Галстян, - Самвел Бабаян отнял у нас инициативу, он превратил людей в рабов. Если бы этого суда не произошло, все наши усилия были бы напрасными".


Томас де Вааль в настоящее время пишет исследовательскую книгу о карабахском конфликте.


Support our journalists