Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

БАБАЯН СОХРАНЯЕТ НЕПРЕКЛОННОСТЬ

Нагорный Карабах потряс суд над местным национальным героем.
By

Крошечное помещение суда, слабо освещенное мерцающими лампочками, стало местом проведения самого драматического процесса в недавней истории Армении. Подсудимый, бывший главнокомандующий армянскими войсками во время нагорно-карабахской войны, Самвел Бабаян обвиняется в подготовке покушения на избранного лидера Нагорного Карабаха Аркадия Гукасяна.


В марте текущего года двое вооруженных преступников в масках из засады обстреляли президентский "Мерседес", серьезно ранив Гукасяна, его водителя и охранника.


После этого инцидента полиция устроила крупную облаву по всему Нагорному Карабаху, во время которой был арестован сам Бабаян и еще более 100 его приближенных. В апреле Бабаяну официально предъявили обвинение в организации попытки покушения с целью захвата власти.


Через месяц с начала рассмотрения дела в степанакертском городском суде был объявлен десятидневный перерыв. До этого у Бабаяна практически не было возможности изложить свою версию обстоятельств дела. Трое других обвиняемых в покушении на Гукасяна не поддержали своего бывшего начальника и признали себя виновными, тогда как сам Бабаян отверг все наложенные на него обвинения.


Бабаян был не только военным лидером. Ему не исполнилось и тридцати, когда он стал главным организатором военной деятельности карабахских армян. После подписания в 1994 году соглашения о прекращении огня, армяне праздновали победу. Тогда Бабаян стал фактическим главой региона и управлял не только военными делами, но и всей местной экономикой.


Суд над этим человеком, обладающим большой властью, привлек внимание не только к Нагорному Карабаху, но и к Армении в целом. Гукасян заявил, что хочет видеть "честный и открытый судебный процесс", и допустил на заседания журналистов, членов семей и даже студентов юридических факультетов. Судья Сурен Алексанян, ветеран советской юридической системы, назвал это дело "чрезвычайно запутанным и неприятным". Но он решительно настроен довести его до справедливого конца.


Адвокат Бабаяна Жудекс Шагарян настроен менее позитивно и высказывает жалобы по поводу предварительного расследования. Он заявил: "В самом начале следствия было много нарушений закона. Я видел, как из Самвела Бабаяна пытались выбить признание и отказывали ему в медицинской помощи". Однако адвокат сказал, что находит сам судебный процесс удовлетворительным.


Судебное разбирательство происходит в маленьком городке, где практически все - и подсудимые, и адвокаты, и свидетели знают друг друга. В день, когда я присутствовал на заседании, прокурор допрашивал свидетельницу - врача и задал ей вопрос, в каких отношениях она состоит с главным обвиняемым. Она призналась, что приходится Бабаяну троюродной сестрой. Когда она назвала свой адрес, прокурор спросил, откуда у нее эта квартира, пытаясь выяснить, не подарок ли это от троюродного брата.


Сторонники Бабаяна уверены, что это политический процесс против человека, который стоял на пути у сил, пытающихся ослабить Карабах или заключить сделку с Азербайджаном. Болгарская журналистка и кинематографистка Цветана Паскалева, знакомая с Бабаяном еще с начала войны, испытывает серьезные сомнения в том, что он пытался убить президента. "Когда я была у него в гостях незадолго до ареста, он готовился к парламентским выборам [они состоялись в июне текущего года]", - сказала она.


Бывший советник по делам национальной безопасности Армении Ашот Манучарян также свидетельствовал, что незадолго до покушения Бабаян и Гукасян вели мирные переговоры через посредников. Он предполагает, что преступление было организовано некоей "третьей стороной", пытавшейся ликвидировать обоих политиков.


Манучарян считает те же силы ответственными и за стрельбу в здании парламента в октябре прошлого года. Тогда были убиты восемь ведущих политиков, в том числе премьер-министр Вазген Саркисян.


Критиков Бабаяна - а они составляют большинство - не удивляет, что противостояние между гражданскими и военными лидерами Карабаха достигло критической точки. Президент в прошлом году уволил Бабаяна с военных постов. Он заявил, что бывший главнокомандующий превратился из героической фигуры в нестабильную и опасную силу. "Мы сохраняли этот миф [имеется в виду Бабаян] для остального мира. К сожалению, он оказался несостоятельным", - заявил Гукасян в одном из интервью (тогда, полгода спустя после покушения, его ноги еще были плотно забинтованы).


Суд над Бабаяном сделал очень замкнутое и закрытое общество более открытым. Впервые были сделаны заявления и оглашены факты о характере правления Бабаяна. Начались разговоры о заключенных в тюрьму по его прихоти оппонентах, о том, что он контролировал импорт табака и топлива, и распоряжался использованием финансовой помощи. Наиболее неприятным оказался тот факт, что Бабаян и его свита могли поймать на улице молодую женщину и принудить ее к интимным отношениям, поэтому многие девушки стали бояться поздно выходить на улицу.


Одни карабахцы называют судебный процесс над Бабаяном "позорным", а другие, например, член парламента Жанна Галстян, считают его здоровым проявлением. "Карабах не хочет быть ни у кого под каблуком, будь то иностранец или один из нас, - заявила Галстян, - Самвел Бабаян отнял у нас инициативу, он превратил людей в рабов. Если бы этого суда не произошло, все наши усилия были бы напрасными".


Томас де Вааль в настоящее время пишет исследовательскую книгу о карабахском конфликте.