Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ ЖИВЕТ ПОД ГНЕТОМ ПОСТОЯННОГО ОПАСЕНИЯ

Жители непризнанной республики живут с ежедневным страхом перед возобновлением конфликта.
By Irina Kelekhsayeva
(имя изменено), как и многие жители Цхинвала, регулярно ездит в Тбилиси на пригородную оптовую ярмарку «Лило», где может найти товар по ценам, подходящим для ее небольшого заработка швеи. 19 февраля, купив пару стульев, она возвращалась домой и попала в эпицентр очередного выяснения отношений между грузинскими и российскими миротворцами.



Все автомобильные дороги, ведущие в Цхинвал, были блокированы в тот день с двух сторон после того, как из-за несогласования грузинской стороной решения о ротации своего батальона в смешанных миротворческих силах российские и осетинские миротворцы не пропустили новую группу грузинских военнослужащих.



Скандал разъяснился только на следующий день. Но пассажирам рейсовых автобусов, задержанных на блокпостах в зоне конфликта, пришлось провести там несколько часов, со страхом ожидая развязки.



Подобные инциденты с начала этого года стали происходить в зоне грузино-югоосетинского конфликта практически каждый день, вызывая все больший страх у жителей Цхинвала, которые снова чувствуют себя в осаде.



Конфликтная зона вокруг Южной Осетии долгое время считалась самой безопасной на Кавказе, но после вспышки насилия в регионе летом 2004 года ситуация там стала, возможно, даже самой неустойчивой. Хотя рядовые жители Южной Осетии продолжают в целом поддерживать хорошие отношения с рядовыми грузинами, здесь все меньше доверяют правительству Грузии и его намерениям по отношению к Южной Осетии.



В начале февраля все были взбудоражены сообщениями о том, что грузинская полиция установила посты на окраинах Цхинвала и стала задерживать продуктовые грузы, предназначенные для осетинских сел. Жители этих сел говорили, что полиция не пропускала даже машины с хлебом. С грузинской стороны существование подобных фактов отрицается.



Александру (имя изменено) около 60 лет. В прошлом он был известным тренером, а сейчас посвящает все свое время выращиванию овощей в огороде у собственного дома. Его родные считают, что это не столько возможность прокормить семью, сколько способ спастись от депрессии.



«Да началось бы уже что-нибудь, - говорит Александр. – Пусть они, наконец, двинут на нас свои войска. Уничтожат нас всех - будет им их земля, нет – мы, наконец, сможем спокойно жить».



2006 год – это уже пятнадцатый год жизни Южной Осетии в качестве непризнанной республики под патронажем России, которая осуществляет здесь миротворческую миссию. За односторонним решением бывшей Юго-Осетинской автономной области о выходе из состава Грузии в 1991 году последовали военные столкновения, в которых погибли около двух тысяч человек, десятки тысяч стали беженцами, в большинстве своем обреченными на нищенскую жизнь.



Отсутствие работы, трагические воспоминания о войне начала 90-х, жертвы которой есть буквально в каждой семье, и постоянный страх перед возможным возобновлением столкновений стали ежедневной реальностью для местного населения. При этом, как власти, так и обычные жители постоянно декларируют готовность защищаться.



«Меня бы устроило спокойствие независимого государства, пусть и непризнанного, - говорит 30-летний Владимир, житель Цхинвала. – Но если придется, я опять возьму в руки оружие. И даже если нам запретит это наш президент, я пойду наперекор ему».



Все лето 2004 года Владимир вместе с сотнями других местных мужчин стоял на стихийно созданных постах ополченцев. Его форма и оружие, купленные тогда на собственные деньги, и сейчас лежат дома наготове.



Обострение летом 2004 года, по словам многих местных жителей, уничтожило то доверие, которое появилось здесь к новым грузинским лидерам, пришедшим к власти в результате революции роз в ноябре 2003. По решению новых властей Грузии в рамках кампании по борьбе с контрабандой тогда был закрыт оптовый рынок в расположенном в зоне конфликта селе Эргнет, где вместе торговали осетины и грузины. Начавшиеся рейды быстро переросли в вооруженные столкновения, жертвами которых стали до 40 человек в обеих сторон.



Лира Цховребова, правозащитник, всю жизнь прожила в Цхинвале, не покидая свой город в самые тяжелые военные годы.



«Когда к власти пришел [президент Михаил] Саакашвили, я с вниманием слушала его выступления, - говорит она. - Он говорил о том, что осетины его братья. Но после обстрелов лета 2004 года я перестала ему верить».



Лира говорит, что с этого времени она всегда спит с открытым окном - чтобы вовремя услышать, что началась война.



В Цхинвале пока все тихо, но ареной противостояния стали села, прилегающие к зоне конфликта.



Министр внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили заявил 3 февраля об обнаружении в этой зоне, но на контролируемой грузинской стороной территории, зенитной установки «Игла». По его словам, она была доставлена из Южной Осетии и предназначалась для того, чтобы сбить вертолет президента Грузии.



8 февраля грузинская полиция задержала троих российских офицеров, у которых не оказалось грузинских виз. Сразу же после этого власти в Цхинвале обвинили Тбилиси в том, что в зону конфликта были введены около 250 военнослужащих регулярной армии. Руководство Грузии этот факт категорически отрицало.



Но событием, вызвавшим всеобщее волнение в Южной Осетии, стало принятое 15 февраля парламентом Грузии решение о смене формата миротворческого процесса в зоне грузино-югоосетинского конфликта и замене сегодняшнего российского контингента на международный.



«Я даже мысли не допускаю, что русские военные могут уйти отсюда, и их место займут европейцы из других стран или американцы, - говорит Цховребова. - Русские до сих пор роднее и для грузин и для осетин, и только русский военный задумается сто раз, прежде чем стрелять хоть в чью-либо сторону, в отличие от американцев, которые воюют не с Ираком, а с его населением».



Бывшая учительница Марина Шахбазова потеряла мужа в той войне и осталась одна с тремя детьми. Возможность новой войны постоянно тревожит и ее. «Недавно на одном из грузинских каналов я слушала выступление женщины, которая потеряла одного сына на войне и теперь говорила о том, что пошлет на войну второго. Я ей не поверила. Или она - не мать», - говорит Марина.



Как и тысячи других жителей Южной Осетии, Шахбазова смотрит грузинское телевидение и следит за обсуждением ситуации, но не может принять в нем участия. Правительство Грузии еще ни разу не представило свой мирный план самой Южной Осетии, у жителей которой появляется чувство, что они живут где-то в параллельной реальности.



Ирина Келехсаева, независимый журналист, Цхинвал, Южная Осетия

As coronavirus sweeps the globe, IWPR’s network of local reporters, activists and analysts are examining the economic, social and political impact of this era-defining pandemic.

VIEW FOCUS PAGE >