Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ ЖИВЕТ ПОД ГНЕТОМ ПОСТОЯННОГО ОПАСЕНИЯ

Жители непризнанной республики живут с ежедневным страхом перед возобновлением конфликта.
By Irina Kelekhsayeva
(имя изменено), как и многие жители Цхинвала, регулярно ездит в Тбилиси на пригородную оптовую ярмарку «Лило», где может найти товар по ценам, подходящим для ее небольшого заработка швеи. 19 февраля, купив пару стульев, она возвращалась домой и попала в эпицентр очередного выяснения отношений между грузинскими и российскими миротворцами.



Все автомобильные дороги, ведущие в Цхинвал, были блокированы в тот день с двух сторон после того, как из-за несогласования грузинской стороной решения о ротации своего батальона в смешанных миротворческих силах российские и осетинские миротворцы не пропустили новую группу грузинских военнослужащих.



Скандал разъяснился только на следующий день. Но пассажирам рейсовых автобусов, задержанных на блокпостах в зоне конфликта, пришлось провести там несколько часов, со страхом ожидая развязки.



Подобные инциденты с начала этого года стали происходить в зоне грузино-югоосетинского конфликта практически каждый день, вызывая все больший страх у жителей Цхинвала, которые снова чувствуют себя в осаде.



Конфликтная зона вокруг Южной Осетии долгое время считалась самой безопасной на Кавказе, но после вспышки насилия в регионе летом 2004 года ситуация там стала, возможно, даже самой неустойчивой. Хотя рядовые жители Южной Осетии продолжают в целом поддерживать хорошие отношения с рядовыми грузинами, здесь все меньше доверяют правительству Грузии и его намерениям по отношению к Южной Осетии.



В начале февраля все были взбудоражены сообщениями о том, что грузинская полиция установила посты на окраинах Цхинвала и стала задерживать продуктовые грузы, предназначенные для осетинских сел. Жители этих сел говорили, что полиция не пропускала даже машины с хлебом. С грузинской стороны существование подобных фактов отрицается.



Александру (имя изменено) около 60 лет. В прошлом он был известным тренером, а сейчас посвящает все свое время выращиванию овощей в огороде у собственного дома. Его родные считают, что это не столько возможность прокормить семью, сколько способ спастись от депрессии.



«Да началось бы уже что-нибудь, - говорит Александр. – Пусть они, наконец, двинут на нас свои войска. Уничтожат нас всех - будет им их земля, нет – мы, наконец, сможем спокойно жить».



2006 год – это уже пятнадцатый год жизни Южной Осетии в качестве непризнанной республики под патронажем России, которая осуществляет здесь миротворческую миссию. За односторонним решением бывшей Юго-Осетинской автономной области о выходе из состава Грузии в 1991 году последовали военные столкновения, в которых погибли около двух тысяч человек, десятки тысяч стали беженцами, в большинстве своем обреченными на нищенскую жизнь.



Отсутствие работы, трагические воспоминания о войне начала 90-х, жертвы которой есть буквально в каждой семье, и постоянный страх перед возможным возобновлением столкновений стали ежедневной реальностью для местного населения. При этом, как власти, так и обычные жители постоянно декларируют готовность защищаться.



«Меня бы устроило спокойствие независимого государства, пусть и непризнанного, - говорит 30-летний Владимир, житель Цхинвала. – Но если придется, я опять возьму в руки оружие. И даже если нам запретит это наш президент, я пойду наперекор ему».



Все лето 2004 года Владимир вместе с сотнями других местных мужчин стоял на стихийно созданных постах ополченцев. Его форма и оружие, купленные тогда на собственные деньги, и сейчас лежат дома наготове.



Обострение летом 2004 года, по словам многих местных жителей, уничтожило то доверие, которое появилось здесь к новым грузинским лидерам, пришедшим к власти в результате революции роз в ноябре 2003. По решению новых властей Грузии в рамках кампании по борьбе с контрабандой тогда был закрыт оптовый рынок в расположенном в зоне конфликта селе Эргнет, где вместе торговали осетины и грузины. Начавшиеся рейды быстро переросли в вооруженные столкновения, жертвами которых стали до 40 человек в обеих сторон.



Лира Цховребова, правозащитник, всю жизнь прожила в Цхинвале, не покидая свой город в самые тяжелые военные годы.



«Когда к власти пришел [президент Михаил] Саакашвили, я с вниманием слушала его выступления, - говорит она. - Он говорил о том, что осетины его братья. Но после обстрелов лета 2004 года я перестала ему верить».



Лира говорит, что с этого времени она всегда спит с открытым окном - чтобы вовремя услышать, что началась война.



В Цхинвале пока все тихо, но ареной противостояния стали села, прилегающие к зоне конфликта.



Министр внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили заявил 3 февраля об обнаружении в этой зоне, но на контролируемой грузинской стороной территории, зенитной установки «Игла». По его словам, она была доставлена из Южной Осетии и предназначалась для того, чтобы сбить вертолет президента Грузии.



8 февраля грузинская полиция задержала троих российских офицеров, у которых не оказалось грузинских виз. Сразу же после этого власти в Цхинвале обвинили Тбилиси в том, что в зону конфликта были введены около 250 военнослужащих регулярной армии. Руководство Грузии этот факт категорически отрицало.



Но событием, вызвавшим всеобщее волнение в Южной Осетии, стало принятое 15 февраля парламентом Грузии решение о смене формата миротворческого процесса в зоне грузино-югоосетинского конфликта и замене сегодняшнего российского контингента на международный.



«Я даже мысли не допускаю, что русские военные могут уйти отсюда, и их место займут европейцы из других стран или американцы, - говорит Цховребова. - Русские до сих пор роднее и для грузин и для осетин, и только русский военный задумается сто раз, прежде чем стрелять хоть в чью-либо сторону, в отличие от американцев, которые воюют не с Ираком, а с его населением».



Бывшая учительница Марина Шахбазова потеряла мужа в той войне и осталась одна с тремя детьми. Возможность новой войны постоянно тревожит и ее. «Недавно на одном из грузинских каналов я слушала выступление женщины, которая потеряла одного сына на войне и теперь говорила о том, что пошлет на войну второго. Я ей не поверила. Или она - не мать», - говорит Марина.



Как и тысячи других жителей Южной Осетии, Шахбазова смотрит грузинское телевидение и следит за обсуждением ситуации, но не может принять в нем участия. Правительство Грузии еще ни разу не представило свой мирный план самой Южной Осетии, у жителей которой появляется чувство, что они живут где-то в параллельной реальности.



Ирина Келехсаева, независимый журналист, Цхинвал, Южная Осетия