Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЧЕЧЕНЦЫ НАПУГАНЫ АКТИВНОСТЬЮ ВАХХАБИТОВ

Война продолжается, и в рядах чеченских исламистов-радикалов прибывает.
By Umalt Dudayev

Месяц назад в ночь на 19 ноября в селении Старые Атаги, расположенном в 20-ти километрах от Грозного, было совершено убийство. Жертвой неизвестных преступников стали Саид-Паша Салехов и его сын. Даже для общества, которое привыкло наблюдать такое явление как насильственная смерть, этот инцидент оказался настоящим потрясением.


50-летний Саид-Паша Салехов был потомком арабского племени курейшитов, к которому принадлежал сам пророк Мухаммед, и пользовался репутацией одного из самых авторитетных и уважаемых религиозных деятелей в Чечне.


Местные жители убеждены в том, что это преступление совершено группой т.н. ваххабитов, представителей радикального течения в исламе, однако говорить об этом вслух решаются далеко не все. Люди всерьез опасаются за свою жизнь, и не без причин.


За три года нынешней войны, по сведениям про-московского МВД Чечни, от рук радикальных исламистов в Чечне погибло около 30-ти религиозных деятелей и свыше 200 работников администраций районов и населенных пунктов Республики. Вина многих из них заключалась только в том, что в силу разных причин им приходилось идти на контакты с российскими военными.


«Сегодня мы находимся между двух огней, - утверждает заместитель главы администрации одного из районов Чечни. – Русские военные нам не доверяют, считая пособниками боевиков, и одновременно самую настоящую охоту за нами ведут ваххабиты, которые называют нас предателями, или как они говорят «кафирами». (Слово «кафир» в переводе с арабского означает «неверный»).


По данным неправительственных организаций, около десяти процентов населения Чечни одобряют деятельность незнающих компромисса исламистов. При этом "вычислить" последних не так-то легко. «С началом контртеррористической операции в Чечне многие ваххабиты сбрили бороды, купили себе новые документы и растворились среди мирного населения, - считает заместитель начальника РОВД Урус-Мартановского района Магомед Бахаев. – Многие из них влились в ряды чеченской милиции, ОМОНа и других подразделений. До сих пор в городах и населенных пунктах Республики действует мощная разветвленная сеть ваххабитов, которая за годы войны практически не пострадала».


Бахаев считает, что именно через эту сеть идет вербовка молодежи в «джамааты», проводится закупки оружия, оплата диверсий и терактов как против федеральных войск, так и чеченцев, работающих в различных государственных структурах.


«Их люди есть практически везде, - уверен он. – Они следят за каждым шагом лиц лояльных федеральным властям и собирают списки людей, работающих в государственных органах. Затем в отношении таких людей выносится заочный смертный приговор Шариатского трибунала, и при первом удобном случае приговор приводится в исполнение».


Между тем, исламские радикалы, или как они говорят «сторонники чистого ислама» убеждены в своей правоте и конечной победе своего дела. Они готовы до бесконечности продолжать борьбу и сражаться до последнего.


26-летний Абдул-Хамид боец исламского «джамаата», дислоцирующегося в городе Аргун. Недавно он был ранен в ногу, во время нападения своей группы на один из блокпостов российской армии в пригороде Аргуна. Сейчас Абдул-Хамид находится у своих родственников в Грозном и проходит курс лечения.


«В Священном Коране нет такого определения как «ваххабит», а значит, таких людей не существует, - говорит Абдул-Хамид. – Этот термин выдуман врагами ислама, с целью опорочить истинных борцов за чистоту религии, и представить нас своего рода сектантами, и невежественными фанатиками. Но, иншаАллах, им это не удастся. Наш девиз остается прежним: «Ислам - наша религия. Коран – наша Конституция. Джихад – наш путь. А смерть на пути Аллаха – наша заветная мечта!»


Ислам радикального толка возник в Чечне после начала войны 1994-96 годов, когда для участия в боевых действиях против российской армии сюда прибыли добровольцы из ряда арабских государств. Именно в то время и появились первые джамааты – «общины» исламских радикалов, которые позже выросли в мощные вооруженные группировки ваххабитов.


Некоторые приверженцы исламского фундаментализма воевали против советской армии в Афганистане и перебрались в Чечню с целью продолжения этой борьбы. В числе этих людей были Фатхи, чеченец иорданского происхождения, и Хаттаб, который погиб весной 2002 года при весьма странных обстоятельствах. Место Хаттаба занял его помощник – малоизвестный Абу Валид, о котором говорят, что он, также как и Хаттаб, является чеченцем иорданского происхождения. Согласно другим данным, его корни следует искать на юге Саудовской Аравии.


После завершения первой войны в Чечне было уже несколько крупных вооруженных группировок исламских радикалов. Похищения заложников с целью получения выкупа и захваты нефтяных скважин принесли огромные богатства лидерам этих формирований - братьям Ахмадовым, Арби Бараеву и Идрису Межидову, который более известен как Абдул-Малик.


Послевоенная разруха, отсутствие рабочих мест и стабильного заработка у подавляющего большинства населения обеспечили большой приток молодежи в ряды ваххабитов. «Лидеры ваххабитов предлагали молодежи то, что им не могла дать официальная власть во главе с Масхадовым, - считает 60-летний житель с. Алхан-Кала Мохмад Увайсаев. – Они давали возможность заработать на жизнь и прокормить семьи. Хотя эти деньги и доставались им неправедным путем».


Один из бывших членов «Шариатской гвардии» Абдул-Малика Межидова, представившийся Ахмедом Далаевым, рассказал о системе набора, которая существовала в их группировке. «Если человек приходил к нам один, то он получал оружие и становился рядовым муджахедом, - рассказывает он. Если же кто-то приводил с собой пять человек, то ему давали рацию, автомашину «УАЗ», оружие на всех, и он становился амиром (командиром) этой группы. В среднем мы получали от 100 до 300 долларов в месяц».


Уже к весне 1998 года у населения Чеченское Республики сложилось стойко негативное отношение к ваххабитам. Требования немедленного введения норм шариата в Республике, произвол, чинимый вооруженными исламскими радикалами в отношении мирных жителей, и многое другое стало вызывать осуждение, а порой и ненависть у абсолютного большинства чеченцев.


Чеченцы в своем большинстве являются суфитами. Ислам, который они исповедуют, тесно переплетен с обычаями предков и нормами обычного чеченского права – адатами. Жители Чеченской Республики до сих пор почитают своих святых - эвлия, занимавшихся распространением ислама в прошлые века.


«Чеченцы всегда исповедовали ислам суннитского, умеренного толка, - говорит имам мечети Хаважи-хаджи из высокогорного Шатойского района Чечни. – Ислам, как и все другие великие религии мира, отвергает насилие и ненависть».


Большинство чеченцев не приемлют деятельность пришельцев-радикалов, которые не почитают исламских традиций Чечни, рассматривая их как отступление от ислама, невежество и многобожие.


«Среди ваххабитов было полно бывших наркоманов, пьяниц и людей с темным прошлым. Конечно, были среди них и убежденные борцы за «очищение ислама», но большая часть стремилась только к личной наживе и готова была на любые преступления ради собственного благополучия. Они использовали религию для одурманивания молодежи и внесли раскол среди чеченской нации. Это большое зло, которое им никогда не простят», - убежден мулла из селения Первомайское Грозненского района Зайнди-хаджи.


Однако в момент, когда исламский фундаментализм, казалось, окончательно потерял сторонников среди населения республики, началась новая война. Непрекращающееся кровопролитие и насилие российских военных против безоружного гражданского населения резко усилили радикальные настроения среди чеченской молодежи, которая снова вливается в ряды ваххабитских «джамаатов».


«Сегодня наша молодежь лишена многих нравственных ориентиров, война изменила их взгляды на жизнь и мировоззрение, - говорит преподаватель Чеченского Государственного университета Шарани Джамбеков. – В Чечне сегодня невозможно найти семьи, которая не потеряла бы во время войны родственников, близких или знакомых. Молодые люди стремятся отомстить за гибель своих родных, и вероятно поэтому, многие из них идут в отряды ваххабитов».


Умалт Дудаев, пвевдоним независимого журналиста, Чечня


As coronavirus sweeps the globe, IWPR’s network of local reporters, activists and analysts are examining the economic, social and political impact of this era-defining pandemic.

VIEW FOCUS PAGE >