Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЧЕРКЕСЫ: КТО ПРОШЛОЕ ПОМЯНЕТ...

Черкесы опять теряют свои права?
By Fatima Tlisova

Небольшой камень-валун с окраины черкесского села Хахандуковский в 50 километрах от Черкесска стал политически очень весомым во времена коммунизма. Местный житель Михаил Хутов притащил его с поля на тракторе, прикрепил к нему чугунную доску с надписью: «Памяти всех черкесов, погибших в Русско-Кавказской войне» и установил на вершине холма.


С этого момента камень стал непризнанным памятником, а «люди из органов» стали частыми гостями в доме Михаила Хутова, угрожали тюрьмой и ссылкой. Камень многократно стаскивался с холма и выбрасывался в поле, дощечка срывалась и уничтожалась. По ночам Хутов с друзьями отыскивал камень, и памятник снова оказывался на холме.


На месте первого памятника сейчас стоит новый мраморный, холм огорожен и содержится в идеальном порядке – здесь теперь черкесы - или адыгейцы, как они себя привыкли называть - поминают предков. Правда дощечку с надписью Хутова и в современной демократической России убрали. Как и словосочетание «Русско-кавказская» война практически устранено из современного обихода и заменено на более нейтральное - «Кавказская» война. За памятником добровольно и безвозмездно ухаживают аульчане. Старик, которого корреспондент IWPR встретил у холма, подстригал деревья. В ответ на вопрос об истории и сегодняшней жизни, он только вздохнул тихо: «Лишь бы Чечни здесь не случилось».


На прошлой неделе отмечалась 140-ая годовщина окончания Кавказской войны, но на фоне продолжающегося конфликта в Чечне и политики централизации, которую российское руководство осуществляет на Северном Кавказе, этот день – 21 мая – перестает быть просто исторической датой.


В войне между Россией и горными народами Северного Кавказа было два театра боевых действий: восточный - на территории Чечни и Дагестана, и западный – в Черкесии.


Пленение знаменитого дагестанца Имама Шамиля в 1859 году и подчинение Россией Чечни для западных кавказцев не стало концом войны. Черкесы отказались от условий мира, предложенных русским царем, и продолжали сопротивление. И только в 1864 году царские генералы доложили императору об успешном завершении операции по очистке Кавказских территорий от диких племен. На Красной поляне (побережье Черного моря) 21 мая состоялся парад в честь окончания столетней кавказской кампании.


В связи с годовщиной возник спор о правах черкесов в трех республиках Северного Кавказа – Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Адыгее, население которых частично является черкесским.


Кавказская война не была единственным бедствием, выпавшим на долю черкесов – вскоре после ее окончания они были подвергнуты массовой депортации. Согласно разным подсчетам, население черкесов по всему миру составляет более шести миллионов человек, и только 700 тысяч из них живут на Кавказе. Многие обосновались в Турции.


Профессор из Черкесска Хизир Хапсироков издает на личные средства газету и журнал, в которых освещает историю Кавказа и кавказских народов. Он сказал IWPR: «Исторических свидетельств геноцида черкесского народа немыслимое количество, одних только цифр достаточно – из четырех миллионов адыгов к концу войны выжило чуть больше четырехсот тысяч. Но это не значит, что мы когда-нибудь добьемся официального признания геноцида или наши соплеменники, живущие за границей, смогут вернуться на историческую Родину».


Распространенным является мнение, что было бы опасным использовать прошлое в качестве политического рычага.


Президент Международной черкесской ассоциации Заурби Нахушев, который представляет Кабардино-Балкарию в Госдуме Российской Федерации, утверждает, что только благодаря лояльности Кремля адыги сейчас могут свободно говорить о прошлом, открыто обсуждать трагическую историю своего народа. Его мнение однозначно: «Адыги должны воспринимать свою историю как урок – будущее возможно только с Россией. Иного пути нет».


Созданная в начале 90-х годов, на сегодняшний день МЧА официально утратила политический статус и входит в число национальных объединений, занимающихся исключительно вопросами культуры.


Этого же мнения придерживается Нина Коновала, представляющая Союз славян Адыгеи: «Углубление в дебри истории, а особенно изучение Кавказской войны может повлиять на формирование у молодежи негативного отношения к русским [на Кавказе]», - сказала она в беседе с IWPR.


Другие, однако, считают отношение Москвы к черкесам дискриминирующим, что, по их мнению, может привести к потере черкесами их политических прав.


Исполнительный директор правозащитного центра из Нальчика Валерий Хатажуков, в прошлом председатель «Адыгэ Хасэ», национального движения в Кабардино-Балкарии в интервью IWPR сказал: «Со времен той русско-кавказской войны ничего не изменилось. Россия продолжает вести себя по отношению к Кавказу как к колонии".


"Я не говорю о Чечне, у нас происходит то же самое, только в скрытой форме. Наши республики Адыгея, Карачаево-Черкесия и Кабардино-Балкария еще несколько лет назад имели статус национально-государственных образований, сейчас они его практически утратили. Местные марионеточные власти добровольно отдали Москве все свои полномочия. Очень многие наши соплеменники за границей мечтают о возвращении на Родину, но возвращаться в такую Россию никто не хочет».


Политолог из Адыгеи Альмир Абрегов сказал: «Большая часть законов, направленных на сохранение и развитие адыгского языка и культуры, адыгского этноса в целом, принятые в середине 90-х отменены, не без тихой подсказки из Москвы".


"Вы возьмите карту – чего стоит одна топонимика. Названия сел – Ермоловка, Суворовская, Заасская и прочее и прочее. Шапсугский район Сочи назван именем адмирала Лазарева – человека, по прямому приказу которого русская эскадра одним залпом сносила шапсугские (одно из адыгских племен) села. Памятник Лазареву в адыгском селе Лазаревское неоднократно сносился местным населением, которое воспринимает это как оскорбление памяти предков, но с методичной жестокостью устанавливался снова. Для адыгов это равноценно памятнику Гитлеру в Иерусалиме для евреев - мы вынуждены жить с этим!»


Особую актуальность сегодня приобрел вопрос возвращения черкесской диаспоры. Жизнь репатриантов на родине часто складывается не очень гладко. Американский гражданин, живущий на Кавказе, попросивший не уточнять место, сказал IWPR: «Мы все постоянно чувствуем на себе пристальное внимание определенных служб. Никто не гарантирован от того, чтобы в один момент под нелепым предлогом или вообще без предлога оказаться депортированным. А мы здесь уже имеем какой-то бизнес, все наши планы связаны с родиной, поэтому стараемся быть осторожными и держаться в тени».


Самая свежая и яркая иллюстрация слов репатрианта – история с выдворением гражданина Турции Болата Хаджи Байрама. Исторический кабардинец был депортирован из Нальчика за нарушение паспортного режима в наручниках, пижаме и тапочках. Без денег и документов. Жалоба Хаджи Байрама принята к рассмотрению Страсбургским судом.


Главный редактор общественно-политической газеты «Черкесск - вчера, сегодня, завтра» Людмила Мамхягова - русская по происхождению. Она родилась в национальном регионе и вышла замуж за черкеса. Мамхягова помнит время, когда в школьных учебниках истории еще была отдельная глава о русско-кавказской войне: «Не было смысла ни тогда, ни сейчас замалчивать это, стереть все равно не получится. Другое дело, что я против того, чтобы проводились какие-либо параллели с настоящим, с ситуацией в Чечне. Я считаю, что у национальных республик будущего нет – у нашей республики [Карачаево-Черкесии] только один выход – присоединение к Ставропольскому краю».


В современной России административные границы на Северном Кавказе не раз становились предметом спекуляций. Неизвестно, какое будущее уготовано Адыгее и Карачаево-Черкесии, которые до начала 90-х годов прошлого века входили в состав, соответственно Краснодарского и Ставропольского края - средства массовой информации Краснодарского края давно уже обсуждают проект присоединения Адыгеи.


В ставропольском краеведческом музее 21 мая открылась выставка, посвященная 140-летию окончания Русско-Кавказской войны. Здесь представлены личные вещи имама Шамиля, алое знамя войска Шамиля с золотой арабской вязью, прославляющей Аллаха, листик дерева с собственноручной запиской имама и многое другое.


А на соседней витрине представлены экспонаты современной чеченской войны: зеленая повязка с той же надписью, что и на старом знамени, боеприпасы и полевая фуражка одного из боевиков, захвативших больницу в городе Буденовске в 1995 году.


В сюжете, посвященном открытию выставки, на одном из российских телеканалов экскурсовод пошутил: «Музей постарается установить точно принадлежность этой кепки Шамилю, чтобы в будущем не возникло споров». Всем понятно, что имеется в виду уже современный Шамиль – Басаев.


Фатима Тлисова, независимый журналист, Черкесск