Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Центральная Азия: три линии обороны от исламских боевиков

Будут ли государства региона вовлечены в афганскую бойню?
By IWPR Central Asia
, граничащие с Узбекистаном и Таджикистаном, продолжали жить в том же спокойном ритме, к какому привыкли.



Более того, ни разу не подверглись атаке военные базы альянса в Ханабаде (Узбекистан, существовала с 2001 по 2006 годы) и Манасе (Киргизия, в этом году переименована в «центр транзитных перевозок»), Коккайды (немецкая авиабаза вблизи узбекского города Термез) и таджикский аэродром, используемый французскими силами.



Активность талибов проявлялась в южных районах, куда из Пакистана поступали горючее и боеприпасы для сил коалиции. После включения Центральной Азии в северную сеть поставок грузов военного назначения ситуация принципиально меняется.



Возникает вопрос: не будут ли государства региона вовлечены в афганскую бойню?



Первую линию огня обозначили сами талибы, проведя в сентябре в германской зоне ответственности несколько операций. В провинции Кундуз, где не была раньше замечена активность талибов, в опорной немецкой базе талибы захватили два бензовоза, а вызванная авиация НАТО огнем уничтожила не только угонщиков, но и мирных жителей, вызвав шквал международной критики.



Здесь же произошли случаи подрыва немецкой бронетехники. По мнению афганских официальных лиц, в этих акциях были задействованы иностранные боевики, выходцы из центрально-азиатских республик.



Афганский генерал Мустафа Патанг в конце сентября заявил журналистам, что из пакистанской зоны племен на север Афганистана перебрались сотни боевиков. А 12 октября, выступая перед журналистами в Кабуле, президент Афганистана Карзай подтвердил сообщения военных, заявив, что Талибан использует военные вертолеты для переброски боевиков в северные и западные регионы Афганистана на границе с Центральной Азией. Сведения об общем количестве узбекских боевиков разнятся – от почти пяти тысяч до нескольких сотен человек.



Всех иностранцев из Центральной Азии приписывают к Исламскому движению Узбекистана, хотя они могут принадлежать к различным, родственным этой организации группам.



Первое подтверждение о существовании таких организаций, ставящих целью диверсии в Европе, было получено от германских спецслужб. Контрразведка этой страны два года назад раскрыла планы группы «Союз исламского джихада», созданной при помощи Исламского движения Узбекистана в 2001 году. Членами ее были немецкие граждане, этнические турки и выходцы из Афганистана. Они должны были организовать взрывы в аэропортах, кафе, ресторанах в крупных городах Германии. В перечень объектов для атак входили американские учреждения, в том числе военная база в Рамштайне и посольство Узбекистана в Германии. Теракты должны были изменить общественное мнение немцев в пользу вывода войск из Афганистана и отказа от занимаемой базы вблизи узбекского города Термез.



«Европейское» направление в планах ИДУ появилось вследствие отказа этой организации от прежних целей создания шариатской республики в Ферганской долине и свержения нынешнего правительства в Узбекистане. Понеся большие потери в результате атак международной коалиции в Афганистане в 2001 году, ИДУ пересмотрело программные задачи, включив в них глобальные идеи мирового джихада. В повседневной борьбе боевики ориентировались на лозунг «сражаться с тем врагом, который ближе».



Ближе всех оказались пакистанские правительственные силы, время от времени проводящие операции в Зоне племен, где обосновались выходцы из Центральной Азии. Здесь они имели статус гостей племенного командира Байтуллы Мехсуда, лидера пакистанских талибов, пользовались его покровительством, соответственно, оказывали помощь в его борьбе с силами правопорядка.



Другого выхода у иностранных боевиков, в общем-то, не было. Они и являлись целью этих операций; пакистанские военные обратились к населению региона с разъяснением, что борьба ведется не против пуштунов полосы племен, а против «иностранных элементов, нарушающих мирную жизнь региона».



После гибели в начале августа Байтуллы (он скончался от ран, полученных во время атак американского беспилотника) иностранцы перешли в подчинение его брата Хакимуллы Мехсуда, ставшего лидером пакистанских талибов. К этому времени союзники перестали использовать Хайберский перевал для подвоза горючего и боеприпасов из-за непрекращающихся атак противника.



Логично ожидать, что внимание талибов вслед за силами НАТО, получившими возможность поставлять грузы военного назначения через республики Центральной Азии, переключится на север. Использование боевиков ИДУ в этих местах с военной точки зрения представляется оправданным. В 90-х годах будущие члены Исламского движения вместе с соратниками из таджикской оппозиции находились в статусе гостей Ахмадшаха Масуда, контролировавшего пограничные с Таджикистаном районы. Здесь проживают родственные узбекам и таджикам народы. Боевики по старой памяти могут воспользоваться маршрутами, протоптанными караванами, перевозящими наркотики.



Появление нынешней весной и летом в Центральной Азии вооруженных людей не вызвало удивления, каким образом они оказались в таджикских горах и на киргизской территории, откуда потом проникли в Узбекистан. И так известно, что тропы на высокогорье не контролируются никем. Еще десять лет тому назад их использовали боевики Исламского движения Узбекистана для перехода из Таджикистана на киргизскую территорию во время так называемой «странной войны» в Баткене.



Судя по тому, что следы боевиков обнаруживались весной и летом нынешнего года на стыке киргизской и таджикской границ, наркотические маршруты до сих пор остаются вне контроля силовых структур. Так что узбекские и таджикские аэродромы, используемые силами коалиции, могут оказаться на мушке у боевиков. По логике, именно по этой территории, примыкающей к афганской границе, должна проходить вторая линия обороны от боевиков.



В третью линию могут быть включены внутренние районы Центральной Азии. Террористы очень быстро перенимают опыт. Известно, что в Пакистане и на Северном Кавказе в момент, когда против них проводятся операции, террористы начинают атаки в других районах с целью отвлечь внимание и силы правоохранительных структур и ослабить их атаки на свои ряды. Другая задача подобных акций – дезорганизовать противостоящие силы правопорядка, и тем самым выбить из-под власти ее опору.



Этим летом в Андижанской области Узбекистана и Ташкенте были совершены нападения на милицейские посты. Были убиты заместитель директора медресе «Кукельдаш» по вопросам просвещения Аброр Аброров и начальник управления по борьбе с терроризмом и коррупцией МВД Узбекистана полковник Хасан Асадов, расследовавший дело о покушении на другого священнослужителя - главного имам-хатиба Ташкента, известного проповедника и религиозного деятеля Анвара-кори Турсунова.



Подобных акций в отношении священнослужителей и высших офицеров милиции в Узбекистане никогда раньше не было. Основная версия причины этих акций - месть боевиков религиозным деятелям за сотрудничество с властями и пропаганду против так называемых ваххабитов. К слову, аналогичных случаев в Пакистане и на Северном Кавказе можно насчитать множество.



Не исключено, что подобная тактика будет продолжена в центрально-азиатских республиках. Но в отличие от Пакистана и Северного Кавказа здесь у боевиков возможности ограничены. Отсутствуют базы и укрытия, схроны с оружием, пособники, снабжающие боевиков необходимыми продуктами и необходимой информацией о передвижении правительственных сил. Достаточно сказать, что попытка группы боевиков, вернувшихся из Афганистана, осесть этим летом в таджикских горах была пресечена правительственными силами.



Перенести террористическую активность вглубь Центральной Азии боевикам вряд ли удастся. Соответственно, мало шансов на вовлечение республик региона в войну с талибами и боевиками ИДУ.



Более уязвимыми выглядят приграничные районы по обе стороны афганской границы, где боевики могут получить поддержку. Страны, входящие в международную коалицию, и центрально-азиатские государства понимают опасность, связанную с переносом активности талибов в северные афганские районы.



Свидетельством осознания этой ситуации стал созыв конференции с участием руководителей силовых структур Германии, Пакистана, Афганистана и Центральной Азии в столице Таджикистана. Участники форума - руководители силовых структур перечисленных стран - общались за закрытыми дверями два дня. Официально темой обсуждения объявили партнерство в целях укрепления безопасности, но очевидно, что руководители силовых служб стран, никогда не собиравших вместе в таком составе, оценивали масштаб угроз и вырабатывали общую стратегию противодействия.



Санобар Шерматова – эксперт по Центральной Азии, член экспертного совета РИА Новости.