Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Центральная Азия: апрель 2009 года

Во время мероприятия, организованного IWPR, аналитики обсуждали, хотят ли граждане перемен или относятся к предстоящим выборам апатично.
By IWPR staff
Пока Кыргызстан готовится к предстоящим в июле президентским выборам, участники дискуссионной встречи, организованной IWPR, задались вопросом, насколько много значат приближающиеся выборы для жителей этого центрально-азиатского государства.

Круглый стол, проведенный в бишкекском офисе IWPR 28 апреля, стал последним в целой череде мероприятий, собравших вместе ученых, аналитиков и политиков для открытого обсуждения ключевых вопросов, не занимая политическую позицию.

Выбор темы был обусловлен несколькими статьями IWPR о подготовке к выборам, например, Раскол в рядах оппозиционного объединения Кыргызстана , (RCA № 576, 9 мая 2009 года), Единый кандидат как ширма оппозиции, (RCA № 574, 24 апреля 2009 года), Неожиданные выборы в Кыргызстане, (RCA № 570, 20 марта 2009 года).

Последняя смена власти в Кыргызстане – народное восстание в марте 2005 года, в результате которого первый президент Аскар Акаев покинул страну, а его место занял Курманбек Бакиев – была, скорее, революцией, а не демократической передачей власти. Теперь, когда президент Бакиев идет на второй срок, народ скорее равнодушен, чем взволнован выбором: сменить власть или оставить.

«Мы не научились передавать власть», - сказал во время обсуждения Муратбек Иманалиев, президент Института общественной политики в Бишкеке.

Никто из кандидатов не предоставил четкий план действий перед выборами, намеченными на 23 июля.

«Немного таких, кто может представить ясную и четкую программу будущих действий по развитию страны», - сказал Иманалиев.

По словам Ишенбая Абдуразакова, члена Общественной палаты Кыргызстана, созданной с целью содействия взаимодействию между общественностью и президентом страны, демократические принципы еще предстоит укоренить в постсоветской культуре страны.

«Вы вложили европейские ценности в сердце нашей Конституции, но мы не применяем их последовательно на практике, - сказал он. – Мы даем волю своим феодальным инстинктам и до сих пор не научились уступать и получать власть демократическим путем».

В результате, заключает Иманалиев, «люди, как бы это помягче сказать, индифферентно относятся к приближающимся выборам».

Некоторые аналитики, высказавшиеся на круглом столе, считают, что апатия избирателей происходит от того, что люди не испытывают чувства гордости или принадлежности к Кыргызстану, и не верят в будущее страны. ru 33978 Инициатива узбекского правительства по созданию рабочих мест в сельской местности для растущего числа безработных вызвала раздражение фермеров. Они считают, что их заставляют участвовать в этой социальной программе в ущерб их собственным финансовым интересам.

По закону, фермеры занимаются частной деятельностью, однако на деле остаются под контролем государства, поскольку взяли землю в долгосрочную аренду, а не в полное владение. Власти продолжают, как и в советское время, устанавливать квоты на хлопок и пшеницу – товары, которые фермеры продают государственному монополисту по ценам ниже рыночных.

Фермеров встревожили распоряжения местных администраций по всей стране взять на работу больше работников. По их словам, местные администрации, в свою очередь, получили распоряжение о выполнении плана по созданию рабочих мест от центрального правительства в Ташкенте.

Впервые о новой кампании стало известно в конце апреля от Группы быстрого реагирования, независимой организации в Узбекистане.

Аналитики группы уверены, что правительственные действия продиктованы стремлением поглотить избыток рабочей силы, возникший в результате возвращения рабочих мигрантов из России и Казахстана, где рынки труда уменьшаются в результате серьезного экономического спада.

Согласно некоторым оценкам, 5 из 27 миллионов граждан Узбекистана работают за границей, хотя ни на этот счет, ни о масштабах возвращения нет достоверных статистических данных.

«Мы считаем, что данная мера представляет собой попытку правительства бороться с массовой безработицей, которая к тому же может обостряться в связи с возвращением большинства узбекских трудовых мигрантов назад в сельские районы», - говорилось в отчете Группы быстрого реагирования.

По сообщению веб-сайта Eurasianet, Саибжон Алиев из Министерства труда и социальной защиты населения Узбекистана в начале этого месяца сказал, что в 2009 году будет создано около 930 тысяч рабочих мест, 550 тысяч из которых – в сельской местности. В информации, первоначально распространенной российским новостным агентством Regnum, он упомянул цифру в 210 тысяч рабочих мест, 150 тысяч из которых – в сельской местности, было создано с января по март текущего года.

Опросы IWPR подтверждают, что фермеров обязали нанять по одному безработному на каждые два гектара взятой в аренду земли, и платить им по 40 тысяч сумов в месяц, что составляет примерно 28 долларов.

«У меня 100 гектаров земли. И теперь я должен взять на работу 50 человек и еще выдавать зарплату, - говорит фермер из Джондора, районного центра недалеко от Бухары. – Откуда я возьму такие деньги?».

Фермер из другого района добавляет: «Если за устное указание власти возьмутся всерьёз, то фермеру будет худо. Из-за плохой погоды многие фермеры сеют хлопок уже в третий раз, а это значит, у них ущерб с каждого гектара на посев в 2 миллионов сумов на расходы. Как можно выдавать зарплату еще новым лицам, когда мы сами в ущербе?»

Сельскохозяйственная реформа, проведенная в конце прошлого года, потребовала объединения мелких ферм в более крупные хозяйства. (Читайте Узбекистан: Власти проводят принудительную коллективизацию).

Один хозяин заменил нескольких, многие мелкие хозяйства остались без работы, что добавило проблем в сфере занятости.

Фермы однозначно нуждаются в работниках. Сбор хлопка – занятие не из легких, особенно после того, как автоматизированный подход советских времен сменился ручной работой по высаживанию, прополке и сбору урожая.

Фермеры пытаются минимизировать расходы, используя труд членов своих семей или нанимая временных работников, которые получают лишь часть от официально установленной оплаты за такую работу.

Как сказал фермер из Бухары, «мы справляемся своими силами, с членами семьи. Платить задуманные хокимами зарплаты [наемным работниками] нам не под силу».

Помимо предоставления рабочих мест безработным, фермеров также обязали оплатить ремонт объектов государственного строительства, и власти требуют от фермеров вложения средств в благоустройство сел и населенных пунктов, ремонт дорог.

Фермер из Джизакской, центральной области Узбекистана, рассказал, что ему и его коллегам было поручено отремонтировать фасады двадцати жилых муниципальных домов. Была подсчитана стоимость цемента, шифера, краски и заработной платы рабочим, и фермерам объявили, что оплатить все это должны они.

«В среднем каждый арендатор должен из своих личных средств выделить по 100 тысяч узбекских сумов [68,58 доллара], - сказал он. – Если кто-нибудь возмущается по этому поводу, к тому сразу же приходят проверяющие, и он может быть наказан штрафом в размере 500 тысяч узбекских сумов».

Сообщают, что в Бухаре уже работает система «мертвых душ». Составлены списки нанятых на работу на фермах работников, хотя на самом деле работу никто не получил.

«Это делается для властей, так как можно сообщить, что инструкции выполняются, даже если фермеры на самом деле не нанимают людей», - сказал местный обозреватель.

В других областях фермерам не удается найти выход из этого положения. Они говорят, что уязвимы перед давлением местных властей, потому что и так вынуждены нарушать много правил.

Житель центрального Сырдарьинского района сказал, что технически может использовать 6,5 гектаров из общего объема земли в 125 гектаров для выращивания овощей для себя или на продажу. Оставшиеся 95% земли он обязан использовать для квотированных культур, в его случае это пшеница. Однако в силу того, что каждому из нанятых работников он должен выделить по маленькому участку земли, еще на 3,5 гектара он рассчитывать не может, он технически нарушает закон.

«Все! Фермер – преступник, - говорит он. – Его спокойно можно отвести в милицейский пункт, судья с чистой совестью вынесет приговор, и отправят фермера в лагерь, так как он законный преступник».

«Хорошие, умные у нас хокимы, - добавляет он. – Это примеры их приемов. Они на каждом шагу сейчас делают деньги для отечества. И все эти суммы они снимают с фермеров. До того, что ли, обнищало наше государство?».

(Имена опрошенных опущены из соображений их безопасности.) ru 33992 «Нур Отан», политическая партия президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, отметила свою десятую годовщину. Имея более полумиллиона членов и занимая все места в парламенте страны, на сегодняшний день партия недосягаема.

Несмотря на все это, аналитики говорят, что «Нур Отан» не является независимой правящей силой и существует лишь как средство для выражения идей и стратегий президента.

Партия отметила свою первую декаду в политике конгрессом, проведенным в столице Казахстана Астане 15 мая.

Президент Назарбаев, являющийся председателем партии, в своей речи к 600 делегатам конгресса говорил о текущем состоянии экономики страны. Опустив упоминания о масштабах экономического спада в Казахстане или любых других провалах внутренней политики, он приписал все последствия мирового финансового кризиса исключительно внешним факторам и отметил, что эффективные антикризисные меры уже выполняются.

Депутат, пожелавший остаться неизвестным, сказал, что остался разочарован съездом, напомнившим ему съезды коммунистической партии Советского Союза, с восхвалениями в адрес прозорливости Назарбаева и озвучиванием цифр, мало о чем говорящих для большинства населения страны.

Другой делегат съезда сказал, что общий тон встречи был таким, что «с таким главой государства, с таким народом нам, в принципе, кризис – не кризис».

Свое первоначальное название - «Отан» («Отчизна») - партия получила в 1999 году, когда была сформирована из некрупных пропрезидентских партий и движений. Поглотив в 2006 году партию «Асар», созданную дочерью президента страны Даригой, «Отан» добавила к своему названию слово «Нур» («Свет»).

Из семи политических партий, принявших участие в парламентских выборах 2007 года, только «Нур Отан» преодолела 7-процентный порог и заняла все 98 из 107 мест, отведенных для партий в Мажилисе или нижней палате парламента.

Объединение «Нур Отан» с «Асар» и другими партиями увеличило членство в партии до 700 тысяч человек.

Говоря о будущем партии, Назарбаев высказался однозначно и разбил все надежды на создание политического плюрализма. Он призвал к созданию основы, чтобы «”Нур Отан” доминировала в политической системе Казахстана еще долгое время».

Это доминирование уже очевидно. Однако многие аналитики рассматривают партию как организацию, которая не порождает самостоятельно идеи и поклоняется президенту.

По словам политолога Досыма Сатпаева, директора «Группы оценки рисков», единственной причиной того, что партия верховенствует, является то, что любое соперничество было исключено во время выборов, которые не были ни свободными, ни честными.

«У партии “Нур Отан” не было боевого опыта, она еще не смогла в конкурентной борьбе доказать свою дееспособность», - сказал он.

Только патронаж Назарбаева дает партии власть, говорит Сатпаев и добавляет: «Недаром она называется пропрезидентской партией, и руководство партии постоянно ссылается именно на авторитет президента».

Петр Своик, заместитель председателя оппозиционной партии «Азат», согласен с тем, что партия не является самостоятельной политической силой. «Никакой стратегии у партии нет, можно говорить [только] о стратегии президента», - сказал он.

На деле же, сказал он, «система власти построена на власти президента и некоего его окружения. Вот это окружение и является политической властью, а все остальное при них либо декорации, либо вспомогательный механизм».

Сатпаев согласен с тем, что единственный институт, имеющий вес, - это президентство. «Это очень плохо, потому что вся политическая система Казахстана была сформирована под конкретного человека. С уходом этого человека возникнет вопрос, будет ли эта система работать», - сказал Сатпаев.

Аналитик считает, что «Нур Отан» - это лишь еще одна ветвь государства, присоединение к которой представителей национальной и местной власти считается в порядке вещей.

Как показала речь, произнесенная Назарбаевым, роль партии состоит в проверке работы правительственных институтов, даже если люди, занимающие в них руководящие должности, тоже является членами «Нур Отан».

«Естественно, это выглядит смешно, потому что чиновник контролирует чиновника», - сказал Сатпаев.

Гульнара Саменбекова, заведующая отделом общественно-политической работы Алматинского городского филиала «Нур Отан», признает, что партия исполняет наблюдательные функции, что, по ее мнению, абсолютно оправданно.

«Как партия, победившая на выборах, мы несем ответственность за деятельность всего госаппарата, поскольку наша программа исполняется сегодня всеми государственными органами», - сказала она.

В качестве примера она привела запуск антикоррупционной программы, состоявшийся в прошлом месяце. Партии «Нур Отан» было поручено наблюдать за ее исполнением, хотя инициатива поступила не от партии – президент страны подписал соответствующее постановление.

«Мы открыты, мы эффективно действуем, мы проверяем деятельность органов, выявляем болезненные точки, нарушения и помогаем людям решить эти вопросы», - сказала Саменбекова.

Антон Морозов, заведующий отделом социально-политических исследований Казахстанского Института стратегических исследований (КИСИ) при президенте, считает, что у «Нур Отан» есть определенная роль.

«Еще когда создавался “Отан”, Назарбаев сказал, что эта партия должна стать его первым помощником. Собственно говоря, это и происходит», - сказал он.

Сравнение с прежней коммунистической партией не совсем верно. Партия советского времени была всемогущей и неоспоримой, она не зависела от конкретного человека; сейчас же аналитики говорят, что «Нур Отан» не сможет существовать без своего лидера.

«Все это вроде возврата в СССР, но в несколько пародийном виде», - сказал Своик.

Сатпаев выражает опасения, что отсутствие сильных политических институтов вне президентского ведомства может в конечном счете привести к нестабильности.

«Если в республике нет ни одного политического авторитета, который бы смог в этом случае взять на себя роль верховной власти, то тогда любая элитная группировка, которая обладает определенными ресурсами, сможет участвовать в борьбе», - сказал он.

Даже сейчас, говорит Сатпаев, монополия политической арены сдерживает развитие страны.

«Система не предполагает дискуссий или альтернативных методов решения, - сказал он. – Наша власть, в том числе и “Нур Отан”, не готова воспринимать критику. А критика, если она обоснованна, делает систему более стабильной».

Даулет Канагатулы, журналист в Алматы, прошедший тренинги IWPR. ru 34005 После получения высокой должности в национальной молодежной организации сын президента Таджикистана Эмомали Рахмона рассматривается как восходящая звезда на политической сцене страны.

19 апреля 23-летний Рустам Эмомали был избран заместителем председателя Союза молодежи.

Полуправительственная организация, функционирующая при комитете по делам молодежи, была создана на основе комсомола - коммунистической молодежной организации советских времен. Союз молодежи и федерация профсоюзов – две общественные организации в стране, которые могут выдвигать кандидатуру на пост президента.

Рустам Эмомали, получивший имя отца как фамилию, - старший из двух сыновей; всего у президента девять детей. Сейчас он работает в Комитете по инвестициям и управлению госимуществом РТ, а также является вольным слушателем Московского государственного университета. Кроме этого, он спонсирует футбольную команду «Истиклол», и известен как один из лучших игроков этой команды.

Многие аналитики считают, что повышение Рустама может быть попыткой «зондирования» ситуации на предмет его политической карьеры – возможно, он когда-нибудь займет место своего отца. Но это лишь предположения, так как к следующим президентским выборам, назначенным на 2013 год, сын президента еще не достигнет положенных 35 лет.

Согласно конституционным изменениям, принятым в 2003 году, Рахмон, находящийся у власти с 1991 года, может снова выставить свою кандидатуру. Учитывая то, что теперь президентский срок составляет 7 лет, Рахмон сможет находиться у власти до 2020 года.

Две из семи сестер Рустама уже сделали себе имена – Озода занимает должность начальника консульского управления МИДа Таджикистана, а Тахмина ведет успешный бизнес.

Несмотря на то, что дочери других лидеров центрально-азиатских стран – например, Дарига Назарбаева в Казахстане и Гульнара Каримова в Узбекистане – совмещают бизнес и политическую жизнь, в случае с Таджикистаном выбор может пасть на Рустама, как старшего сына президента.

Политолог Рустам Самиев уверен, что это назначение знаменует собой начало династии. «Президент и его окружение хотят еще не одно десятилетие оставаться у власти», - сказал он.

Другой аналитик, Рашид Абдулло, говорит, что факт вхождения детей лидеров постсоветских стран в политику не уникален.

«В тех же США существуют кланы Кеннеди, Бушей, Клинтонов и многих других, представители которых регулярно занимают высокие посты в государственных структурах», - говорит он, отмечая, что то же самое можно сказать про Сирию и Ливию.

Другие политологи указывают на опыт соседних стран и Азербайджана, с переменным успехом выстраивающих президентские династии.

Гейдара Алиева, который на разные сроки становился лидером Азербайджана с 1960 года, после его кончины в 2003 году сменил его сын Ильхам.

Однако, по словам известного журналиста Раджаби Мирзо, есть один момент, отличающий Таджикистан от Азербайджана. «"Формат" [Ильхама] Алиева в Азербайджане был успешен только потому, что это государство богато нефтью и газом», - сказал он, отметив, что такие страны как Таджикистан «богаты только бедным населением».

Что касается более территориально близких примеров, Раджаби Мирзо привел один из факторов, восстановивших народ против кыргызстанского президента Аскара Акаева и приведших к его бегству из страны в 2005 году – осознание народом того, что члены президентской семьи использовали свои связи для получения власти, влияния и благосостояния.

В определенный момент сын президента Аскара Акаева начал заниматься политической карьерой.

«Мы еще помним, что было такое желание [продвинуть членов семьи] в Киргизии при Акаеве, и чем это закончилось», - сказал Р. Мирзо.

Непредвиденная передача власти в Кыргызстане не изменила положения вещей, и народное недовольство в стране сильно как никогда.

Самиев отметил, что репутация действующего президента Курманбека Бакиева так же была подпорчена предполагаемыми фактами привлечения в политику его родственников.

«Участие детей президента Кыргызстана в политике сослужило плохую службу для их отца. До сих пор люди не верят президенту», - сказал он.

Еще одно объяснение повышения Рустама Эмомали заключается в том, что Союз молодежи стремится завоевать благосклонность президента Рахмона, чтобы приблизиться к центру процесса принятия политических решений.

У них может быть причина для этого, говорят некоторые аналитики, потому что Союз молодежи подает определенные сигналы.

Дильшод Курбанов, руководитель городского отделения Комитета по делам молодежи, сказал в интервью IWPR, что союзу требуется встряска. Роль организации в жизни страны почти незаметна, сказал он, потому что молодежь в Таджикистане аполитична и занята решением своих собственных проблем.

Курбанов выразил надежду, что появление Рустама вдохнет новую жизнь в эту организацию.

У Союза молодежи большой резерв потенциальных членов, так как 35% населения страны – люди в возрасте от 15 до 30 лет. Однако большинство таджиков, работающих в России и Казахстане, как раз подпадают под возрастную категорию от 20 до 30 лет.

Хайри Киямова – псевдоним журналиста в Душанбе. ru 34006 Напряжение остается высоким после того, как в прошлом месяце узбекская сторона провела рейд с обыском домов в селе на кыргызско-узбекской границе. Этот факт вызвал дипломатический протест в Бишкеке.

Обе стороны подтверждают, что 19 апреля в пограничном селе Чек узбекская сторона провела рейд. Детали произошедшего и объяснения ситуации у обеих сторон сильно разнятся.

В ноте протеста, направленной 30 апреля Министерством иностранных дел Кыргызстана послу Узбекистана, говорилось, что вооруженные пограничники и сотрудники милиции с дубинками провели рейд с обысками домов, принадлежащих гражданам Кыргызстана.

Министерство раскритиковало действия узбекской стороны за то, что операции были подвергнуты лишь дома граждан Кыргызстана.

«Согласно свидетельствам очевидцев, проверка документов и обыск домов производились выборочно, только в домах граждан Кыргызстана», - говорилось в ноте. Кроме того, в ноте указывалось, что сотрудники милиции вели себя неподобающим образом и позволяли себе нецензурные оскорбления в адрес проверяемых.

Село Чек разделено между кыргызской и узбекской территориями каналом, проходящим через село и образующим естественную границу. С административной точки зрения, существует два населенных пункта – один в Ноокенском районе Кыргызстана, второй, официальное название которого Янги Чек – в Пахтаабадском районе Узбекистана.

В этом районе не проводилась официальная демаркация границ и – до тех пор, пока не вспыхнуло недовольство действиями узбекской стороны – в селах не было пограничных постов.

По сообщениям очевидцев, рейды прошли на узбекской стороне границы, в той части села, где большей частью проживают кыргызстанцы. Отсутствие четких границ привело к тому, что эти люди, так же, как и их соотечественники на другой стороне канала, считают, что их дома находятся на территории Кыргызстана. Во всяком случае, считают они, так должно быть.

Это мнение проскальзывает во всех заявлениях, исходящих от кыргызской стороны.

Сразу же после произведенного рейда группа разгневанных жителей подготовила письмо президенту страны Курманбеку Бакиеву с просьбой защитить их права. Подтекст письма был таков, что в произошедшем инциденте затронут и суверенитет всей страны.

В ноте министерства также было отмечено, что действия узбекской стороны являлись недозволенным вторжением. В документе они характеризовались как «провокационные» и «вышедшие за рамки всех международно-правовых договоренностей».

В своем документе, сформулированном в решительных выражениях, министерство призвало правительство Узбекистана убедиться, что все ответственные за проведение обысков были привлечены к ответственности.

Однако вряд ли это произойдет, принимая во внимание прохладный ответ пограничной службы Узбекистана, опубликованный 8 мая российским новостным агентством Regnum Новости.

В своем заявлении пограничная служба отвергает обвинения МВД Кыргызстана в том, что рейды были проведены нелегально, и говорит, что они намеревались провести проверку паспортов граждан, и что проверка проходила на территории Узбекистана.

В заявлении также говорилось, что такие ноты протеста могут «усложнить и дестабилизировать ситуацию вокруг узбекско-кыргызской границы».

Мирзаолим Ахмаджонов, заместитель акима Пахтаабадского района, к которому административно принадлежит село Чек, подтвердил необходимость проведения проверок.

«Эти действия были проведены в целях проверки контрабандистских товаров, проходящих через Узбекистан», - сказал он.

Ахмаджонов отрицает факт оказания любого давления на местных жителей-владельцев кыргызстанских паспортов и добавляет: «Здесь не было и речи о принудительных переездах».

Алиярбек Мусаев, дом которого подвергся обыску, сказал IWPR: «Они проверяли, что есть, а чего нет в домах, нет ли контрабанды. Обыскали и продовольственные продукты. Если находили 2-3 мешка муки, спрашивали, зачем припасы, и пробовали унести. Осмотрели и удобрения для посева, интересовались, откуда они и кто их привез».

Контрабанда товаров является одним из главных вопросов на этой границе: товары народного потребления переправляются в Узбекистан, а оттуда вывозится хлопок.

Однако объектом поиска узбекской милиции могли стать и удобрения, что следует из слов Мусаева.

Политолог из Ташкента на условиях анонимности сказал, что подобные действия правоохранительных органов Узбекистана – обычная практика в этой стране.

«В Узбекистане сельским жителям запрещено хранить у себя дома большие запасы минеральных удобрений, из соображений, что содержащаяся в них селитра может быть использована как компонент для изготовления взрывчатых веществ, применяемых для террористических актов политическими противниками правительства [президента] Ислама Каримова», - сказал он.

Он признал, что граждане Кыргызстана, где такая практика не является обычной, могли посчитать действия узбекской стороны «нелепыми и оскорбительными».

Саламат Аламанов, заведующий отделом региональных проблем аппарата правительства Кыргызстана, высказал другую точку зрения. Он указывает, что люди, о которых идет речь, действительно проживают на территории Узбекистана.

Есть два возможных решения, сказал он в интервью IWPR: «первое – 24 кыргызских семьи получают гражданство Узбекистана. Второе – власти Кыргызстана переселяют их внутрь своей страны».

После этого инцидента узбекские пограничники поставили пограничный пост на мосту через канал.

«Сейчас мы “в окружении”, потому что на окраинах села узбеки выставили посты, - говорит Манапжан Божоев, дом которого находится на узбекской стороне. – Никого из родственников не пускают, сами проходим только по паспорту».

Как и Божоев, другие жители обеспокоены тем, что для разряжения обстановки ничего не делается. По их словам, власти Узбекистана не дали удовлетворительного ответа на их жалобы; кроме того, они обвиняют власти Кыргызстана в неспособности предпринять быстрые и решительные действия.

«Правительство [Кыргызстана] не обращает на это внимания. Мы писали письмо президенту с просьбой о защите наших прав. После этого узбекские пограничники приходили к нам ещё, и всех запугивали. С тех пор давление увеличилось, живем в опасении. Мы не знаем, что будет завтра», - говорит Божоев.

Предварительная попытка прийти к соглашению по этому вопросу была предпринята 3 мая. С кыргызской стороны прибыли чиновники из Джалалабадской местной администрации и сотрудники правоохранительных органов, они должны были встретиться с коллегами из Пахтаабадского района. Однако, по словам пресс-секретаря Джалалабадской государственной администрации Орозали Карасартова, с узбекской стороны никто не приехал.

В итоге встреча произошла 12 мая в ближайшем узбекском городе Андижане. На ней присутствовали губернаторы регионов с обеих сторон, а также чиновники и сотрудники правоохранительных органов из Пахтаабада и Ноокена - районов, к которым административно принадлежат кыргызская и узбекская части разделенного села Чек.

Заявление о том, что Кыргызстан должен иметь в собственности участок села, расположенный на узбекской стороне канала, - это один из около 70 нерешенных вопросов, касающихся 1400-километровой границы между Узбекистаном и Кыргызстаном.

Выступая на заседании через четыре дня после инцидента, премьер-министр Кыргызстана Игорь Чудинов пояснил, что существовали некоторые разногласия относительно того, какой из документов советских лет следует применить в этой ситуации. Один из них, датированный 1924 годом, определяет административную границу между двумя республиками СССР. В нем указано, где и какие именно этнические группы проживают, тогда как в документе 1956 года в расположение некоторых границ внесены изменения для более рационального распределения экономических ресурсов.

«Первый проект основывался на определении границ по местам оседлого проживания, а во втором идет разделение по объектам народного хозяйства», - сказал он.

Чиновник из Узбекистана, пожелавший остаться неизвестным, сказал, что вопрос определения границ достаточно проблематичный. «Успешному завершению демаркации границы препятствует и нехватка средств и административных усилий у кыргызской стороны», - считает он.

Жители с кыргызской стороны границы стоят на своем, и руководитель села Салимурза Жумабаев утверждает, что имеет доказательства того, что село принадлежит Кыргызстану: «Если село [наша часть] перейдет к Узбекистану, мы переедем, здесь мы не останемся. Тогда или узбекская сторона, или Кыргызстан должны будут выплатить нам компенсации для строительства домов в другой местности».

«Напротив Пахтаабадского канала на кыргызской стороне мы открыли штаб. В нём днем и ночью будут дежурить один милиционер, солдат и один член народного собрания. Сейчас мы проявляем осторожность, опасаемся всевозможных конфликтов, проблем», - добавил он.

МИД страны не в первый раз направляет ноты протеста в посольство Узбекистана. В июне прошлого года была направлена нота по факту задержания двух сотрудников милиции Кыргызстана, проезжавших по дороге, проходящей по территории обеих стран. А ранее в том же месяце жители приграничного Ноокенского района избили и обезоружили двух узбекских пограничников, пытавшихся увести со спорной территории местного жителя, подозреваемого в контрабанде.

Некоторые аналитики отмечают, что инцидент в селе Чек произошел на фоне общего ухудшения отношений между Кыргызстаном и Узбекистаном, вызванного разногласиями по водным и энергетическим вопросам. Узбекские власти недовольны планами соседей построить гидроэлектростанции на реках, из которых Узбекистан берет поливную воду. Ташкент опасается, что из-за дамб стране не будет хватать поливной воды, особенно в пик ирригационного сезона – весной и летом.

Инцидент в селе Чек произошел всего за неделю до встречи пяти центрально-азиатских лидеров в Алматы, где они собрались для обсуждения этих вопросов. Вместо конструктивного диалога на встрече глав региона произошел обмен взаимными обвинениями. Это подчеркнуло разделение между Таджикистаном и Кыргызстаном, у которых есть вода, но мало других энергетических ресурсов, и Узбекистаном, Казахстаном и Туркменистаном, зависящих от первых двух стран в плане воды, но при этом обладающих запасами нефти и газа.

Бегалы Наргозуев, депутат Жогорку Кенеша, член фракции «Ак Жол», уверен, что случившееся в селе Чек было продуманным действием.

«Я считаю это очевидной провокацией. Мы начали открыто говорить о своих намерениях по поводу реки Нарын, и узбекская сторона в целях запугивания предприняла такие действия», - сказал он.

Предприниматель из Узбекистана, пожелавший остаться неизвестным, выразил схожее мнение.

«Такое впечатление, что наши силовики в селе Чек провели показательную демонстрацию силы», - сказал он.

Политолог из Кыргызстана Марс Сариев считает, что Ташкент, возможно, испытывает правительство Кыргызстана на решительность.

«Я думаю, что это такая форма прессинга на Кыргызстан, и в то же время попытка “пощупать”, насколько сильна центральная власть в республике, - сказал он. – Это может детонировать ситуацию в Кыргызстане, потому что если центральная власть слабая, если Бакиев не может обеспечить территориальную целостность Кыргызстана, то, соответсвенно, здесь возможна дестабилизация”.

Пока парламент Кыргызстана строит планы по обсуждению ситуации в селе Чек, другой член партии «Ак Жол», депутат Ибрагим Жунусов, призвал к проведению расследования с привлечением различных уровней правительства обеих сторон.

«Если не решить эти вопросы в скором времени, они могут обостриться. При принятии решений необходимо, чтобы все стороны присутствовали и пришли к обоюдному заключению, - считает он. – Такие вопросы должны решаться не только государственными чиновниками, в них должны принимать участие и жители этих территорий».

Чинара Каримова – псевдоним журналиста в Кыргызстане. Узбекский журналист, пожелавший скрыть свое имя, предоставлял дополнительную информацию для данной статьи. ru 34015 После серии прошедших на юге Кыргызстана оползней и селей стали звучать мнения, что Министерство чрезвычайных ситуаций страны (МЧС) не смогло вовремя отреагировать и предупредить людей.

В результате оползня, сошедшего в селе Райкомол Жалалабадской области в ночь с 15 на 16 апреля, погибли 16 человек, 11 из которых – дети. Оползень полностью накрыл три дома.

Эксперты предупреждают, что могут быть и еще жертвы в результате происшествий такого рода, поскольку горная местность подразумевает определенный риск проживания на ней.

В свое оправдание власти указывают на то, что некоторым сельчанам рекомендовали перебраться в более безопасные места, но они этого не сделали.

Оползень произошел вследствие более дождливой, чем обычно, весны. Погода также стала причиной возникновения селей – потоков, состоящих из воды, глины и камней, – которые 5 мая смыли дороги, заблокировали русла рек и затопили дома в нескольких селах в Баткенской области. В селе Ачалуу в соседней Ошской области шесть семей пострадали в результате оползня, который накрыл их хозяйственные постройки и огороды.

6 мая МЧС сообщило, что в этот раз обошлось без человеческих жертв.

Джаналы Аджиеву из Райкомола посчастливилось остаться в живых во время оползня.

«Ночью мы услышали грохот, и нас завалило, - рассказывает он. – Я не смог открыть дверь. Вытащив детей через окно, я отвёл их в дом младшего брата, расположенный в этом же селе, но только выше».

«Потом пошёл в сторону дома старшего брата, неподалёку жила и сестра, их дома были сравнены с землей», - добавил он.

Вся семья его сестры – 11 человек – погибла.

Жители села Райкомол говорят, что предупреждений они не получали. Министр чрезвычайных ситуаций Камчыбек Ташиев признал, что предупреждений сделано не было, но он также указал на масштаб проблемы: большую часть страны составляет гористая местность, и многие поселки расположены у подножий гор и холмов, вдоль рек и в долинах озер.

«Как министр, я морально признаю свою вину, - сказал он. – С нашей стороны эти три семьи не были предупреждены. Если бы они заранее были предупреждены, возможно, остались бы живы».

Исабек Торгоев, заведующий лабораторией геоэкологического мониторинга Института геомеханики и освоения недр НАН КР, сказал в своем интервью Бишкекскому пресс-клубу, что около 10 тысяч человек проживают в Кыргызстане в оползнеопасных зонах.

По данным министерства, более 1000 семей проживают в зонах непосредственного или повышенного риска оползней, но четверть из них проигнорировала рекомендацию правительства о переезде. Эти 260 семей получили предупреждение о нависающей опасности, им были выделены средства на переселение, но они продолжают оставаться в своих старых домах.

По словам Ташиева, очень часто эти люди игнорируют совет министерства и расходуют выделенные деньги на другие цели.

Эксперты, опрошенные IWPR, подтвердили, что некоторые люди остаются в своих старых домах и используют деньги, полученные от властей, на их ремонт. Другие же уезжают, но возвращаются весной или летом. Наконец, часто освободившиеся дома занимают другие люди.

«Людям выделяют участки для строительства новых домов, однако как только они переезжают на новое место, их дома из-за высокого уровня бедности сразу же занимают их родственники», - говорит Исабек Торгоев.

Судя по всему, погибшие во время оползня или потерявшие свое имущество во время прошлых селей не были в числе тех, кого предупреждали.

Аким района, в котором расположено село Райкомол, Талант Орозов сказал, что дома, разрушенные оползнем, не были в числе строений, расположенных в зоне риска. Исследования проводились повсеместно, и людей переселили в более безопасные места.

«Никто не думал, что именно здесь сойдет оползень», - сказал он.

Азимбек Бекназаров, известный политический деятель и председатель Революционного движения Кыргызстана, задается вопросом, почему дома погибших людей не оказались в зоне повышенного риска.

Бекназаров, выходец из Аксыйского района, где расположено село Райкомол, прибыл в село 17 апреля, на следующий день после оползня.

По его словам, в документах, датированных 1998 годом, говорится, что та часть села, где жили погибшие, была предназначена для очистки из-за большого риска.

В то время, вспоминает он, «самый высокий процент жалоб и требований из моего района, когда я был депутатом, касался этого вопроса. Людям давали бумаги, предписывающие им переезжать, но потребовалось много лет на то, чтобы выдать им кредиты [на переселение], и в это время люди были вынуждены жить в опасных зонах».

«Наше правительство всегда опаздывает. Если бы оно, предвидя это заранее, приняло меры, трагедии бы не произошло», - добавляет он.

В то же время Бекназаров отметил, что многие жители на юге Кыргызстана отказываются покидать зоны повышенного риска даже после получения предупреждения.

«Таких много и в моем родном селе, - сказал он. - МЧС должно следить за этим и заставлять их переселиться в более безопасные места. Множество семей, взяв деньги, истратили их на другие нужды. Сейчас они живут в зонах повышенного риска, надеясь на Божье “спасение и сохранение”».

Последняя волна оползней произошла на юге Кыргызстана в 2003 и 2004 годах. Тогда было зарегистрировано около 400 случаев. По словам экспертов, большое количество осадков зимой и весной может спровоцировать новую волну оползней.

Многие из них вспоминают 2003 год, когда в селе Согот Ошской области погибли 38 человек.

По словам Таджыбая Зулумова, жителя соседнего села Актерек, «тогда каждая семья в селе потеряла своих близких. Кто по четыре-пять, а кто-то по шесть человек».

Зулумов вспоминает, что семьям, чьи дома и другая собственность были разрушены, государство выделило земельные участки и деньги на строительство новых домов в Узгене, районном центре. Однако многие просто вернулись обратно, подлатали дома и продолжают в них жить.

«Они переехали в новые места не навсегда, - говорит он. – Живут они там только зимой. Один из членов семьи остается в прежних домах, потому что их доля земли осталась в селе. А на новом месте невозможно держать скот. Людям, привыкшим к сельской местности, здесь [в районном центре] трудновато».

Типичный пример – Сады Кенжебаев, потерявший во время трагедии 2003 года всю семью. Несмотря на то, что ему бесплатно был выделен дом недалеко от Узгена, он проводит весну и лето в Соготе, выращивая картофель и скот.

«Беда, случившаяся однажды, не повторится вновь. Боже сохрани. А в городе жить трудно, я не привык к этому», - говорит он.

Азиза Абдирасулова, глава неправительственной правозащитной организации «Кылым Шамы», говорит, что правительство должно упростить процесс переселения.

«Иногда выдача ссуд затягивается на несколько лет, - говорит она. – МЧС, которое ответственно за решение таких проблем, должно эффективнее работать».

Торгоев особенно подчеркнул необходимость принятия превентивных мер до того, как произойдет трагедия.

«В случае с оползнями, так же как и с другими природными катаклизмами, лучше их предупреждать, чем устранять последствия, - говорит он. – Для государства экономически выгоднее изучать оползневые участки и прогнозировать риски схода оползней, нежели тратить деньги на восстановление разрушенных селений».

Чинара Каримова – псевдоним журналиста в Кыргызстане. ru 34016 Две недели после, как казалось, окончательного объединения оппозиции и ее обещания не выдвигать нескольких кандидатов на предстоящих президентских выборах одна из партий, входящих в состав Объединенного народного движения, заявила о выдвижении своего собственного лидера.

Эксперты полагают, что данная тактика привела к расколу в стане оппозиции, которая прежде намеревалась выступить единым фронтом, и может губительно сказаться на шансах оппозиции сместить с поста нынешнего президента Курманбека Бакиева на выборах 23 июля.

В прошлом месяце Объединенное народное движение (ОНД) – группа основных оппозиционных партий – выдвинуло в качестве своего основного кандидата лидера Социал-демократической партии и бывшего премьер-министра Алмазбека Атамбаева. Также в качестве резервного кандидата от оппозиции был определен Исмаил Исаков (Более подробно об этом можно прочесть в статье Единый кандидат как ширма оппозиции, RCA, № 574, 24 апреля 2009 года).

Хотя, по мнению некоторых аналитиков, на момент начала предвыборной гонки Атамбаев может быть заменен другой, более весомой политической фигурой, все же суть действий оппозиции стала ясной – все партии решили уладить имеющиеся между ними разногласия и выдвинуть одного основного кандидата и его «дублера».

Именно поэтому выдвижение 4 мая на съезде партии «Ак Шумкар» Темира Сариева в качестве кандидата на президентских выборах вызвало замешательство в рядах оппозиции.

«Съезд партии решил, что кандидатом от партии пойду я, и я подчиняюсь этому решению. Мы не выходим из ОНД. Наша партия оппозиционная, и мы считаем себя оппонентами действующей власти», - сказал IWPR Темир Сариев после выдвижения.

Через три дня ОНД исключило Сариева за то, что он пошел против договоренности, достигнутой между участниками движения.

Через день руководство ОНД распространило заявление, объясняющее причину исключения Сариева: «Среди членов ОНД есть немало личностей с выдающимися лидерскими качествами, но мы решили, что благо нашей страны должно быть неизмеримо выше личных амбиций».

Сариев выразил разочарование по поводу своего исключения, но, тем не менее, остался непреклонен в своем решении.

«Я считал, что, выдвинув одного кандидата, мы [ОНД] сильно рискуем. В любой момент этого человека могут снять с предвыборной гонки, и тогда нельзя будет исправить ничего», - заметил Сариев.

Слухи о недовольстве Сариевым по поводу того, что ОНД выдвинуло Атамбаева в качестве своего кандидата, существовали и ранее. Отсутствие Сариева на третьем курултае (сходе) оппозиции 25 апреля, на котором официально было объявлено о едином кандидате, косвенно подтвердило эти предположения.

Сариев, который когда-то, так же как и Атамбаев, был членом Социал-демократической партии, сильно возражал, когда тот в марте 2007 года принял предложение Бакиева поработать в его команде премьер-министром. Авторитет президента Бакиева был на тот момент подорван в результате ряда антиправительственных митингов, вследствие которых главе государства пришлось пойти на уступки и предложить своим оппонентам несколько министерских портфелей.

Хотя, по утверждению Атамбаева, он принял предложение президента с целью налаживания диалога во времена усиливающихся в Кыргызстане разногласий, некоторые из его коллег, как, например, Сариев, рассматривали данное решение как предательство всего того, за что боролась оппозиция.

На недавнем съезде партии «Ак Шумкар» Сариев вспомнил о своем разочаровании, заявив: «Мы, оппозиция, не давали мандата Атамбаеву, чтобы он становился премьер-министром от нашего имени. Я ушел из партии социал-демократов после того, как Атамбаев стал премьер-министром».

Некоторые политологи полагают, что решение Сариева участвовать в президентской гонке положило конец единству, которого добилось ОНД с момента своего образования в декабре прошлого года после ряда попыток создать прочную коалицию оппозиционных сил.

«Фактически ОНД перестало существовать, - заявил в своем интервью Бишкекскому пресс-клубу политолог Нур Омаров. - Эта структура рассыпалась. Из-за того, что вместо одного обещанного кандидата сегодня оппозиция представила сразу трех, следует ожидать растаскивания голосов».

По мнению Омарова, «в этой связи все более укрепляются предположения насчет того, что в этой гонке победу одержит действующий президент. Его окружение действует более эффективно, нежели оппозиция».

С уходом Сариева ОНД понесло значительные потери.

Помимо того, что Сариев является не только опытным и уважаемым политиком, он также обладает большим состоянием, которое заработал в девяностые годы, будучи успешным бизнесменом. А для большинства политических партий Кыргызстана финансовые ресурсы всегда имели большое значение.

Омурбек Текебаев, возглавляющий самую многочисленную оппозиционную партию «Ата Мекен», полагает, что уход Сариева сильно ослабит позиции ОНД.

Однако он все же выразил свое уважение относительно решения Сариева баллотироваться в одиночку, сказав: «Это его [Сариева] право».

«Партия “Ак Шумкар” - молодая партия, и, наверно, ее членам хочется самостоятельно принять участие в мероприятии [в выборах]», - добавляет Текебаев.

Сам Сариев отмечает, что его партия готова «сотрудничать со всеми прогрессивными силами, в том числе ОНД, где наши цели будут совпадать».

«Оппозиция - это широкое поле, никто не имеет права кого-то принимать или исключать», - говорит Сариев.

Между тем, ничего удивительного не было в том, что 1 мая на своем съезде партия «Ак Жол» выдвинула единственного кандидата – действующего президента Бакиева, который еще в феврале этого года четко дал понять, что планирует баллотироваться на второй срок.

Таким образом, не считая Сариева, ЦИК Кыргызстана уже утвердил восемь кандидатов. Помимо Бакиева, Атамбаева и Исакова, сюда входят лидер крестьянско-фермерской партии Куттубек Асылбеков, лидер патриотического движения «Жоомарт» Нурлан Мотуев, врач-нарколог Женишбек Назаралиев, предприниматель Акбаралы Айтикеев и учитель русского языка Муратбек Боромбаев.

Анара Юсупова – псевдоним журналиста из г. Бишкека. ru 34025 Оппозиционные партии Таджикистана говорят, что сталкиваются со сложностями во время подготовки к парламентским выборам, намеченным на начало следующего года.

Их представители утверждают, что существующее избирательное законодательство ограничивает свободу действия партий, и что избирательный залог, которые обязаны выплачивать кандидаты, слишком высокий и может отпугнуть желающих выставить свою кандидатуру. Что касается самих выборов 2010 года, оппозиция опасается, что процесс подсчета голосов не будет прозрачным, а голосование вряд ли будет свободным и честным.

Перед выборами Коммунистическая партия Таджикистана разработала законопроект по выборам, в котором предлагается отменить избирательный залог, в два раза – до одного часа – увеличить количество свободного эфирного времени, предоставляемого партиям, а также включить в состав местных избирательных комиссий представителей партий для обеспечения прозрачности при подсчете голосов.

Избирательный залог, который не возвращается в случае поражения, на сегодняшний день составляет 7 тысяч сомони (около 1700 долларов). Это значительная для страны сумма, принимая во внимание тот факт, что Таджикистан является самой бедной из пяти центрально-азиатских стран.

«Каким образом партия может заплатить залог, когда большинство ее членов не в состоянии заплатить членские взносы? - говорит лидер Коммунистической партии Шоди Шабдолов. – Если будет отменен этот искусственный барьер, каждая партия сможет выдвигать согласно нормам до 22 кандидатов».

Председатель Социал-демократической партии Рахматилло Зойиров намерен подать иск в конституционный суд Таджикистана с требованием об отмене избирательного залога.

По его мнению, этот залог является непреодолимым препятствием для многих людей, особенно учитывая экономический спад, который переживает страна.

Когда в 2004 году залог был введен впервые, его размер составлял 400 долларов - четверть от нынешней суммы.

Руководитель аппарата Центризбиркома Мухибулло Дададжанов говорит, что эта мера была принята в соответствии с рекомендациями Венецианской комиссии, являющейся консультативным органом Совета Европы.

Несмотря на то, что Дададжанов по-прежнему считает залог полезным механизмом, он готов к реформам. «Я думаю, он должен быть сокращен, но не отменен совсем», - сказал он.

Он сказал, что в прошлом для введения залога были определенные предпосылки, например, выбраковка полевых командиров времен гражданской войны 1992-97 годов, пытавшихся пробиться в политику.

Сторонники отмены залога говорят, что на самом деле потенциальные кандидаты, которых отпугнет его величина, скорее всего, окажутся образованными людьми с низкими зарплатами работников государственного сектора.

Как сказал в интервью IWPR Рахматилло Зойиров, «те, кто сегодня имеют интеллект, не имеют денег».

Заместитель Зойирова Шокирджон Хакимов сказал, что в стране, где образованные профессионалы могут рассчитывать лишь на зарплату в 150 долларов в месяц, «представьте, как долго им нужно работать, чтобы воспользоваться своим гражданским правом быть… в парламенте».

По словам Шабдолова, ему понятны аргументы о недопущении полевых командиров в парламент, но, говорит он, те времена давно прошли.

Сейчас политическим партиям разрешено отправлять наблюдателей на подсчет голосов, однако законопроект коммунистов предполагает включение их в состав местных избирательных комиссий, работающих в день голосования.

По словам Шабдолова, во время последних парламентских выборов в 2005 году были допущены грубые нарушения – приписка имен в список избирателей, составление протоколов без участия представителей политических партий.

«Мы не должны допустить повторения данных ошибок, и на предстоящих выборах должно быть законно обеспечено равноправное участие всех политических партий», - считает он.

Партия исламского возрождения Таджикистана – единственная исламская партия во всем регионе, представленная в парламенте своей страны. Ее председатель Мухиддин Кабири согласен с тем, что существуют два основных вопроса – избирательный залог и допуск членов партий к избирательным процедурам.

На данный момент, говорит он, «при желании любой местный чиновник или любой член комиссии может фальсифицировать или изменить результаты выборов. Ни у наблюдателей, ни у кандидатов нет ни малейшей возможности поправить ситуацию или не допустить нарушения закона».

Критики существующей системы проведения выборов в Таджикистане говорят, что одна из проблем в том, что местные избирательные органы состоят из учителей, которые, будучи работниками государственного сектора, легко поддаются нажиму и закрывают глаза на нарушения.

Дададжонов признал, что были жалобы на местные отделения его комиссии, однако, по его словам, были предприняты определенные шаги для того, чтобы отделения стали независимыми. Для двух последних голосований, сказал он, они предоставляли свои помещения, вместо того, чтобы пользоваться местными офисами мэров.

Что касается привлечения учителей к работе избирательных комиссий, Дададжонов сказал: «Учителя не состоят ни в каких партиях, и работают на добровольной основе… Больше никто не согласился бы это делать».

Абдугани Мамадазимов, глава Ассоциации политологов Таджикистана, сказал, что остается еще серьезный вопрос прозрачности избирательного процесса на уровне народных масс.

«Местные исполнительные органы власти вмешиваются во время выборов, особенно в подсчете голосов, - говорит он. – Это негативно влияет на прозрачность и открытость выборов в наш парламент».

На выборах в феврале будущего года восемь политических партий Таджикистана будут бороться за 22 из 63 мест в нижней палате парламента на основе системы пропорционального представительства. Оставшиеся места (41 место) будут напрямую избираться на конституционной основе, в результате чего партии получат шанс выиграть больше мест.

Народно-демократическая партия Таджикистана (НДПТ), которую поддерживает президент страны Эмомали Рахмон, в данный момент обладает абсолютным большинством с 52 местами. Коммунисты Шабдолова занимают второе место с четырьмя местами. Исламская партия возрождения имела два места в парламенте до прошлого месяца, когда Мухаммадшариф Химматзода отказался от депутатского мандата.

Другие партии - Демократическая партия, социалисты и социал-демократы Зойирова - не смогли преодолеть 5-процентный порог, установленный для выборов 2005 года.

У НДПТ есть явное преимущество перед остальными партиями благодаря своей близости к власти и ресурсам, количеству членов свыше 100 тысяч человек по всей стране, а также уверенности в том, что чиновники национального и местного уровней к ним присоединятся.

Коммунистическая и Исламская партии, количество членов в которых составляет 50 и 30 тысяч человек соответственно, отражают интересы своих избирателей в определенных округах, тогда как остальные партии имеют лишь несколько тысяч последователей в столице Душанбе и других городах страны.

По мнению Мамадазимова, понимание того, что исход выборов уже предрешен, - что подтверждается исследованиями западных наблюдателей, - сделало электорат Таджикистана апатичным.

«Поэтому мы не можем ожидать, что наши граждане будут принимать активное участие в выборах [2010 года]», - заключил он.

Дададжонов высказался в защиту Центральной избирательной комиссии, отметив серьезный прогресс, включающий в себя введение прозрачных урн для голосования и специальных избирательных бюллетеней, которые должны предотвратить фальсификацию, а также прекращение практики, когда окончательный подсчет голосов утверждался правительственной печатью на документах.

Коммунисты представили свой проект закона в феврале, что, по словам Дададжонова, означает, что сейчас он уже должен находиться на рассмотрении парламента в соответствии с трехмесячным сроком для таких законопроектов.

Хакимов, однако, указывает на то, что даже если этот законопроект пройдет успешно, все будет зависеть от того, насколько вовремя это произойдет.

«Чем позднее будет принят закон и пересмотрено законодательство, тем лучше для правящей партии [НДПТ], потому что в таком случае у других политических групп останется слишком мало времени для маневра», - сказал он.

Аслибегим Манзаршоева, контрибьютор, прошедший тренинги IWPR в Таджикистане ru 34026 Члены оппозиции и правозащитники в Кыргызстане предупреждают, что президентские выборы, назначенные на июль этого года, могут омрачиться нарушениями. По их мнению, недавно принятые изменения лишь ухудшили ситуацию.

Власти отказались от использования несмываемых чернил, которые применялись для предотвращения повторного голосования, а также запретили неправительственным организациям проводить мониторинг предстоящих выборов.

Кроме этого, для допуска к голосованию гражданам будет достаточно предъявить водительские права, а не паспорт. Критики считают, что такое снижение требований может привести к увеличению числа нарушений.

Президентские выборы, назначенные на 23 июля, выпадают на четверг, в отличие от сложившейся практики проведения выборов только по выходным дням.

В данном случае существует риск низкой явки и подвоза избирателей. Власти возражают на это, что во время прошлых выборов, проводимых в выходные дни, граждане часто говорили, что слишком заняты или что не могут оставить детей и пойти проголосовать.

Процессуальные новшества являются частью измененного избирательного законодательства, принятого в конце декабря, а ограничения на проведение мониторинга выборов неправительственными организациями содержатся в законопроекте, который готовится предстать перед парламентом.

Новый закон запретит как НПО из Кыргызстана, так и местным миссиям международных организаций проводить мониторинг выборов, хотя эта деятельность является частью их полномочий. (Больше об этом читайте по ссылке Кыргызские НПО опасаются ужесточения закона о некоммерческих организациях, RCA № 569, 10 марта 2009 года.)

«Мы предлагаем, чтобы НПО не участвовали в вопросах [проведения] выборов, в том числе не выдвигали кандидатов от своей организации и не были наблюдателями», - сказал лидер фракции коммунистов Исхак Масалиев, один из парламентариев-инициаторов законопроекта.

«Я прошу быть аккуратнее, не нужно сталкивать меня с международными институтами, которые развивают демократические преобразования. Пусть они это делают, я говорю о другом», - добавил он.

Масалиев отметил, что законопроект позволяет сделать исключения для таких организаций, как Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), которая направляет наблюдателей, когда страна-член организации проводит выборы.

Он высказал предположение, что настоящим объектом применения этого закона являются такие радикальные исламский организации, как Хизб ут-Тахрир.

«Мы видим, как из дома в дом ходят агитаторы, они, наверное, кем-то финансируются. Я говорю об этой угрозе», - сказал Масалиев.

Однако критики подобных мер говорят, что благодаря введению этого закона станет возможным больший спектр нарушений без внешней проверки правильности результатов голосования.

«Это будет проблема в целом для Кыргызстана, - говорит Азиза Абдирасулова, руководитель Общественного фонда “Кылым Шамы”. – Если гражданское общество не будет иметь возможности мониторить выборы, это бросит тень на выборы».

Ирина Карамушкина, депутат парламента от оппозиционной фракции Социал-демократической партии Кыргызстана (СДПК), говорит, что на данный момент НПО играют важную роль, «мешая власти проводить ряд продуманных махинаций».

Офис ОБСЕ в Бишкеке был в большой степени озабочен принятием этого закона. Глава центра посол Эндрю Тесорьер в середине апреля сделал заявление, в котором в общих чертах обрисовал риски от принятия этого закона в его нынешней форме.

В то время как существующее законодательство Кыргызстана «во многих отношениях» соответствует международным стандартам, сказал Тесорьер, поправки станут «откатом назад по сравнению с существующей редакцией закона».

Он прокомментировал экспертное мнение Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ), в котором в рекомендательной форме говорилось, что в окончательной версии закона не могут быть сохранены такие положения, как «запрет на те виды деятельности, которые подпадают под определение “политической” или связанной с выборами».

Рассмотрение проекта закона о некоммерческих организациях, который также требует большей прозрачности об источниках финансирования, временно приостановлено по причине активного протеста со стороны НПО. По словам Масалиева, сейчас документ должен пройти обсуждение с НПО, после чего в июне он будет представлен на рассмотрение парламента.

Практика маркировки пальцев избирателей несмываемыми чернилами была впервые применена на президентских выборах 2005 года, прошедших после народных волнений, в результате которых тогдашний президент Аскар Акаев был вынужден покинуть страну. На выборах победил Курманбек Бакиев, которые теперь идет на второй срок.

Масалиев, поддержавший декабрьский законопроект, говорит, что есть много простых способов стереть «перманентные» чернила.

«Из-за того, что появилась возможность избегать маркировки, она уже перестала играть такую большую роль, - сказал он IWPR. – Я был изначально против маркировки – это несколько унизительная для человека процедура».

Другой член парламента, выступающий против маркировки, Динара Молдошева из правящей партии «Ак Жол», согласна с тем, что времена для такого способа уже прошли. По ее словам, существуют более сложные методы обеспечения справедливых выборов, включающие в себя прозрачные урны для голосования и большее количество наблюдателей. Первоочередная задача сейчас, по ее словам, - это более основательное обучение сотрудников избирательных комиссий.

Однако существует мнение, что отмена этого способа увеличит риск повторного голосования одним и тем же человеком.

«Система маркировки была введена не случайно», - сказала Динара Ошурахунова, лидер коалиции «За демократию и гражданское общество». Она поясняет, что когда избирательная система страны далека от совершенства, маркировка пальцев избирателей позволяет предотвратить вероятность многократного голосования.

Гульжамал Султаналиева из Коммунистической партии не согласна с мнением лидера коммунистов Масалиева. Она говорит, что во время последних выборов было много жалоб на такие нарушения, как «карусель», когда люди переходят от одного участка для голосования к другому, голосуя снова и снова.

«Все грязные технологии, которые были до маркировки, я думаю, теперь имеют место – “карусель”, подвоз избирателей», - говорит она.

Политолог Марс Сариев отмечает, что государственные избирательные власти упомянули отсутствие средств в качестве причины для отмены маркировки, стоимость которой составила более 90 тысяч долларов (около 4 миллионов сомов) за обе последние выборные кампании - в законодательное собрание и местные советы. Однако, по его мнению, эти деньги стоит потратить, если это повысит уровень доверия избирателей.

«Когда у оппозиции и определенной части населения есть сомнения, что на выборах будет применяться административный ресурс, можно было бы раскошелиться на четыре миллиона сомов», - сказал он.

Ослабление правил в виде разрешения избирателям голосовать по водительским правам вместо паспорта вызвало опасения, что в таком случае будет не сложно обмануть систему.

«Это один из элементов к массовой фальсификации», - говорит Омурбек Текебаев, лидер оппозиционной партии «Ата Мекен».

Азиза Абдирасулова считает, что, как и в случае с чернилами, это позволит властям перевозить группы лояльных избирателей от одного участка для голосования к другому.

Молдошева считает, что такое невозможно, и говорит, что водительские права будут считаться действительным идентификационным документом только в том случае, если этот конкретный человек есть в списке избирателей определенного участка для голосования.

Бывший член Центральной избирательной комиссии Болот Малабаев говорит, что лучшим решением станет назначение административной ответственности за многократное голосование.

Однако пока нет признаков того, что это может произойти до июльских выборов; кроме того, неясно, насколько это осуществимо и эффективно.

Недавние и предлагаемые изменения в правила добавляют критикам администрации Бакиева уверенности в том, что все это – тщательно спланированный проект для обеспечения президенту победы на выборах.

«Это – заранее запланированные действия, - утверждает Абдирасулова. – Выборы не пройдут честно потому, что есть все предпосылки для этого».

Тимур Токтоналиев, репортер новостного сайта Kloop.kg. ru 34033 Несмотря на согласованные попытки оппозиционных партий Казахстана объединить свои силы, аналитики сомневаются, что партии достигнут завершающего шага – полного слияния, что позволит им бросить вызов правлению президента страны Нурсултана Назарбаева.

На состоявшемся 11 апреля в Алматы Форуме демократических сил четыре наиболее сильные оппозиционные партии – демократическая партия «Азат», Общенациональная социал-демократическая партия, Коммунистическая партия Казахстана и народная партия «Алга» - приняли решение о создании единого блока.

Лидеры этих четырех партий подписали резолюцию, однако в ней не было намерения создать коалицию; было заявлено о создании комитета, задачей которого станет «определение совместной позиции по стратегии переустройства Казахстана в политической и социально-экономической сферах».

«Мы должны объединить наши силы и ресурсы и оставить старые обиды и амбиции для того, чтобы выполнить планы по экономическому восстановлению», - заявил Жармахан Туякбай, лидер Общенациональной социал-демократической партии.

Туякбай считает, что партии должны вместе работать над тем, как справляться с последствиями международного финансового кризиса в Казахстане. Обвинив власти в том, что они заняли «страусиную» позицию в отношении признания масштаба проблем, он заявил, что семь из десяти компаний в Казахстане находятся на грани краха.

Туякбай высказал идею о создании единой оппозиционной партии, которая была бы в состоянии бросить вызов президентской партии «Нур Отан», имеющей многочисленный состав и являющейся единственной партией, получившей места в нижней палате парламента по результатам выборов 2007 года. «Мы должны действовать сообща, чтобы не пропасть по одному, - сказал он. – Именно поэтому мы создаем объединенный комитет для учреждения единой демократической партии, и мы с радостью воспримем присоединение других партий».

Булат Абишев, заместитель председателя Общенациональной социал-демократической партии (ОСДП), сказал, что слияние является единственным шансом для оппозиции принять участие в будущих выборах.

«Мы объединяемся, потому что знаем, с кем имеем дело, - пояснил он. – Крупная пропрезидентская партия аккумулировала все ресурсы, и ни одна из четырех партий не сможет противостоять ей в одиночку».

Однако четыре партии по-разному оценивают свою готовность к объединению.

Петр Своик из партии «Азат» указывает, что создание блоков запрещено законодательством Казахстана, поэтому единственным выходом остается полное слияние.

«Основная цель объединения – это участие в выборах под руководством одной партии с единым партийным списком, - сказал он. – Политические блоки запрещены, а выборы на носу – нам нужно иметь сильный список кандидатов. Поэтому единая оппозиционная партия может быть единственной формой объединения».

Абишев указал, что ОСДП не планировала исчезнуть, сказав, что «не важно, какую форму примет объединенная политическая организация, наша партия хочет сохранить свою индивидуальность».

Лидер партии «Алга» Владимир Козлов пошел еще дальше, сказав IWPR, что «решение объединиться в одну партию не только губительно, но и опасно».

«Даже одна партия может быть раздираема внутренними противоречиями. И если они усложняются внешними разногласиями, когда другие партии объединяются в одну, в первую очередь все они исчезнут, а затем исчезнет и единая партия. Поэтому такой подход будет полностью бесполезным», - сказал Козлов.

В отличие от трех других партий-членов оппозиционной коалиции, партия «Алга», выросшая из главной оппозиционной партии «Демократический выбор Казахстана» в конце 90-х, не была зарегистрирована как политическая партия.

Столь различные интерпретации того, что может означать объединение, позволяют понять, почему некоторые аналитики говорят, что объединение не сработает, в какой бы форме оно ни произошло.

Политолог Досым Сатпаев говорит, что объединение для партий имеет смысл, принимая во внимание то, что у них по отдельности не хватает средств, хотя и есть потенциал для установления связи с народом в период его растущего недовольства экономическим спадом в стране.

Кроме того, сказал он, существует большая вероятность того, что власти проведут досрочные парламентские выборы.

Как IWPR сообщал в феврале, существуют признаки, что власти могут пойти на проведение досрочных выборов отчасти для того, чтобы завершить их раньше, чем и без того сложная экономическая ситуация ухудшится еще больше, а также, чтобы предотвратить проведение протестов, организованных оппозицией. (Читайте в > В Казахстане возможны досрочные выборы, RCA № 567, 24 февраля 2009 года.)

«Существующая сложная социально-экономическая ситуация представляет для оппозиции хорошую возможность, - сказал Сатпаев. – Прошлое объединение партий в партию “Нур Отан” превратило ее в сильный пропрезидентский “кулак”, которому противостояли отдельные “пальцы” оппозиции. Естественно, отдельные пальцы не могут бороться против кулака, и именно поэтому они хотят объединиться. Вопрос в том, насколько жизнеспособным будет их проект».

В то же время Сатпаев отметил, что у этих четырех партий разные идеологические взгляды, что осложнит выработку прочной, согласованной программы. Проблема, сказал он, заключается в том, насколько они готовы сразиться с администрацией Назарбаева.

«Пока одни партии отказываются от любых форм диалога с существующей властью, другие партии более уступчивы», - сказал он.

Другой политолог - Наиля Мусина - разделяет скептическое мнение Сатпаева и говорит, что четыре партии «различаются по своим идеологическим принципам, методам работы и практикой отношений с властями».

«Оппозиционные партии уже имеют опыт объединения, но союзы эти долго не существовали, - сказала она. – В случае создания единой партии возникает вопрос о лидере, место которого друг другу никто не захочет уступать».

В 2007 году ОСДП и «Нагыз Ак Жол» сформировали блок для борьбы на парламентских выборах. Однако законодательство, принятое лишь за несколько месяцев до голосования, запретило формирование таких блоков, и у двух партий не было иного выхода, кроме как объединиться. Новая партия не смогла преодолеть 7-процентный порог, необходимый для получения мест в палате, и впоследствии обе партии пошли каждая своим путем.

Позднее «Нагыз Ак Жол» трансформировалась в нынешнюю партию «Азат».

Тремя годами ранее Коммунистическая партия Казахстана, из которой после внутреннего раскола образовалась Народная коммунистическая партия, выступила на выборах блоком с движением «Демократический выбор Казахстана», но они так же не прошли в парламент.

Мусина считает, что блок под названием «Народовластие», образованный в марте нынешнего года партией «Алга» и Коммунистической партией Казахстана, более жизнеспособен.

«Даже будучи незарегистрированной, “Алга” ведет активную работу в регионах, у них есть серьезные ресурсы и проекты, - сказала она. – Я бы скорее сделала ставку на блок “Народовластие”, потому что, если бы “Азат” и ОСДП объединились, у них были бы серьезные проблемы с выбором лидера».

Эльмира Габидуллина, контрибьютор IWPR в Алматы. ru 34038 Правительство Таджикистана, наконец, объявило, как оно планирует противостоять последствиям мирового кризиса, однако аналитики сомневаются в реалистичности анализа проблемы и предлагаемого решения.

15 апреля в своем послании парламенту президент страны Эмомали Рахмон раскрыл детали «антикризисного» плана действий, сказав, что план уже некоторое время находится в действии.

Основной подход к решению проблемы – поощрение местных производителей посредством снижения процентных ставок и привлечения инвестиций. Президент также описал, как правительственный бюджет будет удерживаться на плаву за счет снижения второстепенных расходов и финансирования большей части первостепенных расходов за счет кредитов от международных кредиторов.

Хотя бюджет пересматривается по нисходящей линии в свете результатов первого квартала года, Рахмон дал обещание, что затраты на зарплаты и пособия общественного сектора, больницы, школы и прочие заведения такого рода урезаться не будут.

Таджикский лидер нарисовал мрачную картину выполнения государственного плана за первые четыре месяца текущего года. За период с января по март произошел экономический рост на 3,5%, сказал он, что позволяет предположить, что общий рост в этом году будет медленнее, чем ожидается.

Согласно последнему прогнозу Международного валютного фонда, опубликованному 30 апреля, экономика Таджикистана вырастет в этом году на 2%, что выглядит неутешительно по сравнению с почти 8%, которых удалось достичь в 2007 и 2008 годах.

Президент отметил, что денежные поступления в иностранной валюте от ключевых экспортируемых страной товаров – алюминия и хлопка – оказались под ударом в первую очередь, так как мировые цены на них упали на 30-50 процентов.

Результатом этого уже стала потеря доходов центральным правительством. Средства от экспорта алюминия и хлопка составляют большую часть поступлений в бюджет страны – прошлогодний бюджет, например, планировался из расчета, что 17% совокупного дохода составит доход от экспорта алюминия, и 10% - доход от экспорта хлопка.

Хотя эти воздействия стали ощущаться лишь в конце прошлого года, Рахмон отметил, что общий доход страны попал под удар уже в первой четверти 2009 года, когда страна получила на 14% меньше денег, чем рассчитывала.

Министерство финансов урезало свою первоначальную программу расходов, на которую было отведено 1,7 миллиарда долларов, на 130 миллионов долларов.

Это будет достигаться за счет снижения затрат и количества несущественных деловых поездок в государственном секторе, а также за счет временной отмены проведения ремонтных работ, новых покупок и набора кадров.

Экономия была бы более жесткой, если бы не 70 миллионов долларов финансовой помощи, которую правительству удалось получить от международных кредиторов. Рахмон заявил, что и дальше для поддержки бюджета будут изыскиваться кредиты.

СНИЖЕНИЕ НАЛОГОВ КАК ПОМОЩЬ БИЗНЕСУ

Основная правительственная стратегия, похоже, заключается в стимулировании производства товаров внутри страны, хотя аналитики задаются вопросом, насколько это реально.

Центральный банк получил распоряжение о сокращении процента с предоставляемых кредитов, а предпринимательская деятельность так же получит помощь в виде снижения налогов на прибыль и добавленную стоимость. Власти также улучшают условия ускоренной налоговой системы для некоторых видов предпринимательства, и продлевают запрет на проведение налоговых проверок для малого бизнеса.

Наконец, парламент получил распоряжение уменьшить бюрократические проволочки, мешающие началу какой-либо новой предпринимательской деятельности, и создать многоцелевой отдел, который работал бы со всеми сопутствующими вопросами в одном месте.

Рустам Джабборов, заместитель главы налогового комитета, сказал IWPR, что был предпринят ряд мер по упрощению условий работы для малого бизнеса, потому что в Таджикистане, в отличие от таких стран, как Россия и Казахстан, мало крупных компаний.

«Наш источник [доходов] в большой мере основан на малом и среднем бизнесе», - сказал он.

Начальник управления социальных проблем и рынка труда Центра стратегических исследований Фируз Саидов считает ввод налоговых льгот и другие меры хорошим знаком, так как это означает, что будет создаваться больше предприятий малого бизнеса, что принесет правительству больше средств.

«Если система будет работать, бюджет не понесет убытки; он может даже выиграть, если больше людей будут платить налоги», - сказал он.

Однако другие экономисты считают, что все не так просто, потому что большинство компаний, работающих в Таджикистане, не производят товары, а лишь торгуют ими.

Рустам Джабборов из налогового ведомства признал, что такова реальность, сказав: «Восемьдесят процентов наших предпринимателей – не производители, а продавцы. Они покупают здесь и продают там. Это не плохо, но это не много [налогов] приносит стране».

Бахор Камаров, специалист по исследованиям проблем предпринимательства, сказал IWPR, что в силу преобладания розничной торговли невозможно стимулировать производство, лишь сократив налоги.

В этой связи Камаров предупреждает, что решение правительства о сокращении налога с прибыли с 25 до 15 процентов приведет лишь к снижению общего дохода.

«Если смотреть раздельно, эта сумма так же не большая, но если в целом по республике анализировать, то это очень большие потери для бюджета с одной стороны», - сказал он.

Эти меры будут иметь смысл, только если сэкономленные суммы от прибыли будут предпринимателями направляться на инвестирование и приобретение нового оборудования, считает он.

МЕНЬШЕ СРЕДСТВ ДЛЯ ТРАТ

Экономические эксперты предупреждают, что налоги от розничной торговли в этом году упадут, потому что потребительские расходы в Таджикистане в основном осуществляются не за счет дохода, полученного внутри страны, а за счет тех денег, которые посылают домой около миллиона таджиков, работающих за границей.

Согласно данным Всемирного Банка, эти денежные поступления составляют около 40% ВВП Таджикистана и дают возможность не только поддерживать домашнее хозяйство, но и делать покупки у местных производителей.

С прошлого года строительная индустрия России и Казахстана, где была задействована большая часть трудовых мигрантов из Таджикистана, переживает значительный спад.

Данные Центробанка показывают, что трудовые мигранты в период с января по сентябрь прошлого года выслали домой денег на сумму более двух миллиардов долларов. Однако с тех пор размеры транзакций начали сокращаться. Приведенные данные не включают деньги, привезенные мигрантами домой, наличными.

Саидов отметил, что Рахмон в своей речи не указал, что «мы получали до 2,5 миллиарда долларов в год от них [рабочих мигрантов] – значительное вложение в народные средства к существованию».

«Опасно, если президент будет продолжать надеяться на трудовую миграцию, потому что мир меняется… Это вопрос экономической и политической безопасности нашей страны», - добавил он.

Саидов прогнозирует, что настоящая степень снижения объемов денежных переводов будет очевидна лишь в конце июня, когда появятся полугодовые итоги.

Причиной этого, сказал он, является то, что «люди до сих пор отправляют деньги, заработанные в 2008 году».

«Если объем денежных переводов упадет на 50%, ВВП страны сократится на 25%», - добавил он.

Международный валютный фонд прогнозирует падение денежных переводов на 30% к концу 2009 года.

ПЕРЕХОД ОТ ПЛАНОВ ПО РЕШЕНИЮ ЗАДАЧ К ИХ ВЫПОЛНЕНИЮ

Помимо надежд на то, что снижение налогов приведет к росту производства, аналитики, опрошенные IWPR, сказали, что правительственная антикризисная программа в основном разумна.

Однако до сих пор имеются вопросы относительно того, насколько быстро и эффективно можно привести этот план в действие.

По мнению Саидова, многое зависит от того, насколько быстро предложение о снижении налогов пройдет через парламент.

«Если до июня-июля по посланию президента, особенно в налогообложении не будут приняты соответствующие законодательные нормативные акты, то уже к осени-зиме в Таджикистане будут очень большие проблемы в развитии экономики», - предупреждает он.

Депутат таджикского парламента Юсуф Ахмедов отметил, что речь Рахмона в основном касалась экономических проблем и создания рабочих мест.

«…Но за счет каких средств?» - задается вопросом депутат.

Рахматулло Валиев, заместитель председателя оппозиционной Демократической партии, сказал, что прозрачность станет главным вопросом при выполнении антикризисной программы правительства.

«Надо говорить еще о том, …насколько эффективно сегодня расходуются средства, направленные на выход из кризиса, - сказал он. – Если учесть существующие порядки в среде чиновников, то лишь малая часть средств, направляемых на выход из кризиса, достанется простому народу».

Фарзона Абдулкайсова, журналист в Душанбе, прошедший тренинги IWPR. ru 34042 Вспышка этнического насилия в селе на севере Кыргызстана, вышедшая из-под контроля, получила развитие, выходящее за местный уровень, с взаимными обвинениями правительства и оппозиции.

Около 200 человек приняли участие в беспорядках 26 апреля, когда представители русской и кыргызской национальностей выступили против курдов, проживавших в том же селе Петровке. Первые требовали, чтобы им выдали подозреваемого в изнасиловании 4-летней девочки мужчину, курда по национальности.

В результате погромов несколько человек получили ножевые ранения, а еще двое – огнестрельные. В 15 домах были побиты стекла; также пострадало несколько автомобилей.

Более девяноста сельчан, подозреваемых в участии в беспорядках, были задержаны правоохранительными органами.

Беспорядки приняли этническую окраску, когда русские и кыргызы потребовали, чтобы все представители курдской национальности покинули село в течение 24 часов.

Курды приехали в село Петровку, что в 50 километрах от столицы страны Бишкека, несколько лет назад. Они являются частью народности, разбросанной по всей Центральной Азии с тех пор, как они были вывезены с южного Кавказа по приказу Сталина в 1944 году. Их численность в Кыргызстане составляет 11 тысяч человек.

Этот случай по нескольким моментам схож с беспорядками в Казахстане, произошедшими в 2007 году, когда всех курдов обвинили в преступлении, совершенном одним человеком. (Читайте Казахстан: столкновение на этнической почве – тревожный знак
, RCA № 517, 23 ноября 2007 года.)

Жители Петровки считают, что местные правоохранительные органы косвенно виноваты в возникновении этого конфликта, поскольку не отнеслись с должной серьезностью к первоначальному заявлению об изнасиловании.

Когда жители села впервые услышали новость о надругательстве над ребенком, они провели митинг, чтобы во всеуслышание заявить о своем беспокойстве, в частности, тем, что милиция фактически игнорирует это дело. Некоторые жители сказали IWPR, что слышали о том, что милиции заплатили за то, чтобы она замяла дело.

«Это и возмутило людей. Получается, никто не может защитить наши права?» - говорит местный житель Жапар.

Руководитель пресс-службы Министерства внутренних дел Бакыт Сейитов подтвердил IWPR, что беспорядки были спровоцированы фактом предполагаемого изнасилования 7 апреля, в котором обвинили 25-летнего мужчину.

Министр внутренних дел Молдомуса Конгантиев утверждает, что милиция отреагировала на жалобу. Новостное агентство 24.kg процитировало его заявление о том, что его люди установили личность подозреваемого и объявили его в розыск, не обнаружив его у него дома.

29 апреля, выступая на заседании парламента, заместитель Конгантиева Талантбек Исаев сообщил, что подозреваемого задержали местные жители и передали его в руки милиции.

Исаев также отметил, что о предполагаемом преступлении сообщили лишь через 10 дней после его совершения.

Сейчас конфликт принял более серьезные масштабы, нежели обвинение одного человека в преступлении. Теперь местные жители обвиняют правоохранительные органы в чрезмерном применении силы для подавления беспорядков, и демонстрируют антикурдские настроения.

«Моя жена вышла на улицу, услышав шум, чтобы посмотреть, что происходит, - говорит житель села Акжол. – И в этот момент милиция с дубинками и щитами забрали ее. Я теперь не знаю, к кому обращаться. Если пойду в милицию, боюсь, что и меня заберут».

На следующий день после беспорядков несколько сотен жителей Петровки перекрыли главную автодорогу Кыргызстана, соединяющую Бишкек с городом Ошом, расположенным на юге страны. Они требовали освобождения задержанных родственников, наказания подозреваемого и расследования смерти бабушки 4-летней пострадавшей.

Как сообщается, женщина повесилась после того, как ее сообщение об изнасиловании не принесло никаких результатов.

Некоторые из требований были выполнены 30 апреля, когда Генеральная прокуратура страны сообщила о начале расследования по факту смерти бабушки девочки и о возбуждении отдельного уголовного дела в отношении должностных лиц ОВД Московского района за совершение преступлений, включающих подлог при рассмотрении заявления об изнасиловании.

Курды, живущие в селе, опасаются, что станут жертвами враждебности.

Ибрахим Надиров, руководитель Ассоциации курдов Кыргызстана, рассказал, что 29 апреля в другом селе нападению подверглась семья курдов, в доме которой побили окна.

«Жители Петровки говорят, что курдов нужно выгнать из села, - сказал он по сообщению новостного агентства 24.kg. – Но куда нам идти? Одна семья пыталась переехать в Сокулукский район, но местные жители на сходе запретили им появляться, пообещав разгромить дома всех курдов».

Тем временем политики национального уровня спорят о том, кто и что сделал для разрешения – или разжигания – этого локального конфликта.

Центральное правительство обвинило местных чиновников, в результате чего со своих постов были уволены аким Московского района, руководитель районной милиции и прокурор района.

Президент Кыргызстана Курманбек Бакиев во время встречи с генеральным прокурором и министром внутренних дел сказал: «Тут вина не на возмущенных людях, которым власть отказала в установлении справедливости. Вина – на бездушных чиновниках, которые проигнорировали, попытались замять происшедшее».

Раиса Сидоренко, депутат от партии власти «Ак Жол», согласна с точкой зрения президента и говорит, что если бы местная администрация, милиция и прокуратура действовали по закону и вовремя приняли адекватные меры, «погромов в Петровке не было бы».

Теперь в последствия трагедии вовлечена и оппозиция.

Лидер партии «Зеленых» Эркин Булекбаев на следующий день после беспорядков приехал в Петровку, где был задержан вместе с другим оппозиционным активистом Сапаром Аргынбаевым и двумя местными жителями. Булекбаев и Аргынбаев были задержаны по обвинению в организации беспорядков, и получили по два месяца лишения свободы. Двое других задержанных, предположительно являющихся членами оппозиционной партии «Ата - Мекен», были отпущены.

Министр внутренних дел Конгантиев вызвал волнение оппозиции, заявив, что оппозиция причастна к этим событиям, и обвинив ее членов в подстрекательстве к вспышке этнического насилия.

«У следствия есть неопровержимые доказательства, что массовые беспорядки были спровоцированы намеренно, - сказал министр. – На видеопленке запечатлено, как один мужчина призывал жителей населенного пункта дать курдам 24 часа на то, чтобы собрать свои чемоданы и покинуть страну. Выйдя в центр собравшихся, он звал людей громить дома курдов. Очевидно, что такие призывы в толпе людей, и без того эмоционально настроенных, повлекли за собой погромы».

Заявления министра превратили историю о местных беспорядках в результате бездействия правоохранительных органов в полномасштабную политическую битву на национальном уровне всего за три месяца до проведения президентских выборов в стране.

Главный оппозиционный блок - Объединенное народное движение (ОНД) - сразу же заявил, что подает на Конгантиева в суд за клевету.

В том же заявлении ОНД приводит контраргументы, что волнения были вызваны тем, что милиция пыталась «скрыть страшное преступление», а также тем, что местные государственные чиновники проявили преступное бездействие в решении чаяний и нужд граждан.

Бакыт Бешимов, лидер социал-демократической фракции в парламенте, считает, что в произошедшем есть вина центрального правительства.

«Основными виновниками выставлены органы местной власти. Но в условиях, когда государственная власть отдалена от реальных проблем народа и не стремится отвечать на каждодневные вопросы граждан, таких “петровок” в Кыргызстане может быть много», - сказал он.

Для расследования произошедшего в Петровке были созданы три комиссии: одна партией «Ак Жол», другая – общественным комитетом из представителей Московского района, и третья – омбудсменом Кыргызстана.

Анара Юсупова, Айдай Токонова и Бексултан Садыркулов – псевдонимы журналистов в Кыргызстане. ru 34052 Через год после принятия спорного закона о СМИ парламент Кыргызстана внес в него поправки, но так и не изменив пункта, вызвавшего наибольшее недовольство критиков.

Поправки, принятые 21 апреля, оставили в силе два наиболее спорных момента, согласно которым каждая телерадиорганизация должна вести не менее 50% программ и передач от общего объема времени и вещания на кыргызском языке, а также производить, а не приобретать, 50% собственной продукции.

Частные теле- и радиокомпании говорят, что эти пункты закона представляют угрозу их существованию, так как у них недостаточно ресурсов для того, чтобы производить больше, чем они производят сейчас.

Через день после принятия поправок более 30 медиаорганизаций направили письмо в адрес президента страны Курманбека Бакиева с просьбой наложить вето на статью 8 закона, в которой и содержатся эти условия.

Обновленный закон вызвал те же самые споры, что и год назад, когда он был впервые принят. (Читайте Кыргызстан: законопроект о СМИ сводит к нулю все предыдущие реформы, RCA № 544, 2 мая 2008 года.)

Тогда критики законопроекта утверждали, что закон противоречит другому законодательству и Конституции Кыргызстана, и с большой долей вероятности будет способствовать ухудшению ситуации со свободой слова в стране.

Несмотря на эти возражения, президент Бакиев подписал закон в июне прошлого года с оговоркой, что в него могут быть внесены поправки после появления комментариев и рекомендаций, а также создал рабочую группу для наблюдения за этим процессом.

«Этот закон был “сырым”, у медиакомпаний сразу же возникло множество вопросов, в частности по языковому лимиту, распределению частот, перерегистрации СМИ», - вспоминает Бермет Усенова, директор Института медиапредставителя в Кыргызстане.

Усенова отметила, что рабочая группа, включающая в свой состав представителей СМИ, парламента и правительства, в период с декабря по апрель занималась поиском компромиссных решений по наиболее спорным пунктам закона.

По словам Романа Миловацкого, директора ассоциации радио и телевидения Кыргызстана, почти 80 процентов предложений и поправок к закону, которые внесли представители СМИ, депутаты приняли.

«Мы выработали правила работы лицензирующих органов, распределения свободных теле- и радиочастот, - сказал он IWPR. - С внедрением данных поправок количество ТВ-каналов и радиостанций могло увеличиться вдвое».

Однако одну из рекомендаций власти оставили без внимания. Рабочая группа пришла к соглашению с парламентом, что телерадиокомпании будут переходить на 50-процентное вещание поэтапно в течение трех лет, поэтому первоначальные требования будут изменены с 50 на 20 процентов от общего объема вещания.

Однако когда парламентский комитет по принятию поправок выставил этот вопрос на голосование, последнего пункта там не было.

«То, что парламентарии оставили в силе восьмой пункт, сводит на нет все остальные поправки. В таких условиях сомнительно, что выстоят действующие телерадиокомпании, не говоря о новых. В настоящее время региональные радиостанции не выпускают даже местные региональные новости, поскольку у них очень ограниченный бюджет. Они вынуждены выпускать не ежедневные, а еженедельные новости, таким образом, выпуск собственной продукции составляет не более 2%», - сказал Миловацкий.

Президент частной телерадиокомпании «Пирамида» Тилекан Асанова подтвердила, что у ее компании нет ресурсов для производства большего объема материала на кыргызском языке, как того требует закон.

«Производство сюжета, репортажа требует больших затрат, - сказала она. – Учитывая ограниченный рекламный рынок, мы не можем позволить себе увеличить производство продукции до 50%».

Кадырбек Абдраев, ведущий специалист управления по информационной политике Министерства культуры и информации Кыргызстана, отметил, что помимо того, что телерадиостанциям не достает средств для производства собственных программ, в стране нет постановочных студий, которые производили бы авторские материалы для теле- и радиокомпаний.

Вопрос, касающийся выпуска 50% программ на кыргызском языке, очень волнующий, и те члены парламента, кто поддержал закон в его теперешнем виде, стремились добиться того, чтобы кыргызский язык начали использовать в среде, где большая часть производящихся программ выходит на русском.

Ибрагим Джунусов из правящей партии «Ак Жол», например, считает, что языковое равенство следует вводить быстрее.

«Мы живем в Кыргызстане, и просить снизить эту планку до 20 процентов просто унизительно, - заявил он в интервью Бишкекскому пресс-клубу. – Некоторые наши избиратели говорят, что нужно сделать еще больше и вещать на кыргызском в объеме 70-80 процентов от всего эфирного времени».

Следует напомнить, что основные протесты против введения 50% планки касаются отсутствия ресурсов, недостатка журналистов и дикторов с необходимым уровнем знания языка.

Как сказал Абдраев, члена парламента, настаивающие на выполнении этого пункта закона, похоже, забыли, какие финансовые расходы это повлечет.

По его словам, СМИ движутся в правильном направлении и им лишь нужно «дать время для плавного перехода на 50-процентный уровень».

Миловацкий согласен с этим мнением. «Если несколько лет назад из десяти газет семь выходили на русском языке, а три на кыргызском, то сейчас ситуация изменилась с точностью до наоборот», - добавил он.

Постепенный переход позволил бы этому процессу пройти плавно, сказал он, объяснив, что «владельцы будут идти навстречу потребителям и, возможно, 50-процентной планки мы достигнем не через 3 года, а гораздо раньше – через год или полтора. Но необходимо дать на это время, а не требовать мгновенного перехода».

Некоторые медиаобозреватели обеспокоены тем, что новые требования могут быть использованы для закрытия тех СМИ, которые неугодны правительству. Сейчас, сказала Асанова, «многие телерадиовещательные компании оказались вне правового поля».

Таким образом, основной критике подверглось не содержание закона, а время, данное на его исполнение. Аналитики согласны с тем, что сейчас частные телерадиокомпании недостаточно сильны для выполнения таких строгих требований, и принуждение их к быстрому переходу лишь снизит объемы производства.

«Люди предпочтут смотреть кабельное ТВ, чем низкокачественные программы отечественных телеканалов», - считает Миловацкий.

Асыл Осмоналиева, журналист в Бишкеке, прошедший тренинги IWPR. ru 34053 Ожидается, что основным вопросом официальной повестки дня саммита, на котором 28 апреля в Алматы соберутся президенты пяти центрально-азиатских государств, будет дальнейшая судьба высыхающего Аральского моря.

Однако, возможно большую часть времени главы государств потратят на обсуждение вопросов управления общими водными ресурсами и тесно связанного с ними вопроса энергетики.

Одним из ключевых вопросов, ответ на который может стать ясным во время саммита, является - сможет ли Узбекистан перетянуть на свою сторону казахские власти в попытке блокировать проекты по строительству ГЭС в Кыргызстане и Таджикистане.

Все пять президентов приехали на данное редкое мероприятие, которое официально организовано с целью обсуждения деятельности и организационных вопросов Международного Фонда спасения Арала - объединения, созданного лидерами центрально-азиатских стран в 1993 году.

Комментаторы отмечают возможное формирование блока государств, находящихся ниже по течению рек региона, - а именно богатых газом и нефтью Узбекистана, Казахстана и Туркменистана – против их двух меньших соседей - Таджикистана и Кыргызстана.

Таджикистан и Кыргызстан, на территории которых берут начало две самые крупные реки Центральной Азии, хотят решить свою проблему хронической нехватки энергии путем строительства новых гидроэлектростанций в дополнение к уже существующим. Данная стратегия беспокоит глав других трех государств, опасающихся, что строительство плотин на данных водных артериях лишит их страны воды, необходимой для орошения и других нужд.

Все пять лидеров периодически высказываются о необходимости выработки единой стратегии справедливого распределения водных ресурсов, а также предоставления соответствующей компенсации Таджикистану и Кыргызстану в форме поставок нефти, газа и угля. Однако данный вопрос окончательно так и не был решен с момента обретения данными государствами независимости в 1991 году.

Аналитики полагают, что разделение центрально-азиатских стран на два блока, где один блок будут представлять государства с водными ресурсами, а другой – три государства, имеющие энергетические месторождения, будет препятствовать достижению любой формы взаимовыгодных результатов, а также расширению политических отношений между пятью странами.

Кыргызстан планирует строительство двух ГЭС под названием Камбарата-1 и Камбарата-2 на реке Нарын, на которой уже имеется Токтогульская ГЭС. Нарын является главным притоком Сырдарьи, протекающей на территории Таджикистана и Узбекистана и далее в Казахстан, где она высыхает, не достигнув Аральского моря. Таджикистан хочет построить гигантскую плотину Рогун на притоке реки Амударьи, которая также протекает по узбекской территории и питает важный водный канал Туркменистана.

Как у Казахстана, так и у Туркменистана есть хорошие основания для беспокойства по поводу водных потоков двух вышеупомянутых рек. Большая часть территории Туркменистана покрыта пустыней, и поэтому вода имеет большое значение как для населения, так и хлопковой отрасли. В то же самое время южная часть Казахстана периодически страдает от дефицита воды, когда Кыргызстан заполняет свои водохранилища для того, чтобы производить электроэнергию в зимний период, а затем – от последующего затопления, когда Кыргызстан начинает спускать лишнюю воду.

Однако из данных трех странах больше всего недовольства по поводу строительства новых плотин на обеих реках высказывает именно Узбекистан. Эта страна имеет самое многочисленное население в регионе, а основной продукцией его коммерческого сельскохозяйственного производства является хлопок – прибыльный источник доходов от экспорта, но и одновременно культура, требующая большого количества воды. Многие аналитики обвиняют советские власти в бесконтрольном увеличении хлопкового производства, основанного на применении неэкономных методах орошения, что, по мнению экспертов, и привело к катастрофическому снижению уровня воды в Арале.

Согласно предложению Ташкента, к масштабным гидроэнергетическим проектам должны применяться более строгие технические требования, а их реализации должна предшествовать технико-экономическая экспертиза с привлечением международных специалистов.

Обычно Узбекистан самостоятельно продвигал свои интересы, используя в качестве рычагов давления природный газ, который он поставляет Таджикистану и Кыргызстану.

Однако за последние несколько месяцев Узбекистан ясно продемонстрировал намерение привлечь на свою сторону Туркменистан, а затем и Казахстан для противостояния реализации Рогунского и Камбаратинского проектов.

Во время своего визита в Ташкент в конце февраля президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухаммедов поддержал позицию Узбекистана в том, что реализация энергетических проектов на трансграничных реках не может начинаться без учета интересов всех государств, а также без изучения влияния таких проектов на экологическую обстановку в регионе.

Казахстан является единственным государством региона, которое пока еще официально не заявило о своих возражениях против строительства новых ГЭС на территории Кыргызстана и Таджикистана. Отношения между Казахстаном и Узбекистаном - самыми крупными странами региона - на протяжении нескольких лет оставались напряженными частично из-за взаимных подозрений в амбициях на роль лидера региона.

В то же время имеются определенные признаки того, что узбекский президент Ислам Каримов пытается заручиться поддержкой своего казахского коллеги Нурсултана Назарбаева в водном вопросе. 2 апреля оба президента провели телефонную беседу, в которой, согласно официальному сообщению, были затронуты вопросы водопользования и энергетики, а также другие сферы.

На следующий день премьер-министр Казахстана Карим Масимов прибыл с официальным визитом в Ташкент, где встретился с президентом Каримовым. Аналитики увидели в этом определенный знак того, что руководство обоих государств сверяет позиции перед Аральским саммитом. В официальном заявлении, распространенным после данной встречи, говорилось, что лидеры обеих стран планируют «выступить единым фронтом по водному вопросу».

Менее чем через две недели Министерство иностранных дел Узбекистана на своем сайте опубликовало пресс-релиз, в котором еще раз была озвучена официальная позиция узбекского правительства по поводу энергетических планов Кыргызстана и Таджикистана, которые, как говорится в пресс-релизе, «преследуя коммерческие интересы и достижение далеко идущих политических целей, не обращают должного внимания на их возможные последствия и полностью игнорируют озабоченность соседних стран».

Согласно тому же пресс-релизу, позиция Узбекистана заключается в том, что «узбекская сторона считает, что любое масштабное строительство в бассейнах трансграничных рек требует обязательного согласования со всеми странами региона».

Как и следовало ожидать, кыргызский и таджикский лидеры враждебно отреагировали на данные заявления.

15 апреля президент Таджикистана Эмомали Рахмон, выступая с ежегодным посланием к парламенту страны, назвал «беспочвенными» утверждения, что данные ГЭС уменьшат объем воды и нанесут ущерб экологии региона. Через два дня президент Кыргызстана Курманбек Бакиев обвинил некие «другие страны» в том, что они пытаются «получить влияние на наши стратегические ресурсы».

Перед самой встречей в Алматы официальные власти Казахстана и Узбекистана не делали каких-либо заметных заявлений. Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Казахстана Ильяс Омаров предложил IWPR дождаться саммита, где и будут озвучены конкретные предложения сторон, в частности, казахстанской.

В Посольстве Узбекистана в Казахстане отказались комментировать ситуацию, сославшись на занятость специалистов, занимающихся водной проблемой.

Многие аналитики региона опасаются последствий раскола между государствами, контролирующими водные ресурсы, с одной стороны, и государствами, население которых зависит от регулярной подачи воды, с другой.

«Если Узбекистан и Казахстан объединятся в одну группу, а Кыргызстан и Таджикистан в другую, и разделятся на два лагеря, то это приведет к ухудшению переговоров между этими странами не только в водно-энергетическом вопросе, но и по другим региональным проблемам», - говорит узбекский политический аналитик Фарход Талибов.

Комрон Алиев, экономист из Узбекистана, согласен с этой точкой зрения и предостерегает, что «если [каждое государство] будет тянуть одеяло на себя, то водно-энергетический вопрос не разрешится на протяжении десятков лет».

Айдос Саримов, политолог из Казахстана, предупреждает о более широких последствиях в конечном счете, таких как «полное отсутствие атмосферы доверия и конструктивного диалога между лидерами стран региона».

Перемены произойдут только тогда, «когда к власти придут более рациональные политики, нацеленные не на плохую конкуренцию, а, наоборот, на кооперацию», - добавляет эксперт.

Однако в Кыргызстане и Таджикистане некоторые аналитики поддерживают позицию своих властей в том, что строительство плотин – это только внутреннее дело этих государств, а не чье-либо другое.

«Мы не должны согласовывать строительство Камбаратинских ГЭС и любого другого водохранилища в русле своих рек, - говорит Базарбай Мамбетов, эксперт по водно-энергетическим вопросам в Кыргызстане. - Только из уважения к соседям мы ставим их в известность о строительстве ГЭС».

Мамбетов полагает, что президент Каримов «неправильно проинформирован» о возможном влиянии плотин.
Эксперт также отметил неравное распределение источников энергии в регионе.

«Кыргызстан живет в природных условиях, где нет нефти, газа и угля. Тем не менее, для обеспечения своих внутренних нужд мы покупаем сырье у Узбекистана и Казахстана, - говорит Мамбетов. - Узбекистану и Казахстану надо признать, что у них нет водных ресурсов, они должны понять, что этими ресурсами обладают и имеют право распоряжаться Кыргызстан и Таджикистан».

Многие кыргызские политики и комментаторы считают несправедливым тот факт, что Узбекистан и Казахстан рассматривают воду как природный дар, а не товар, имеющий определенную стоимость в денежном выражении, как это, например, делается в случае с минеральными видами топлива. Их также раздражает, что Узбекистан может взимать с других стран практически мировые цены за газ, и жалуется, когда эти страны начинают запасать воду в своих водохранилищах для обеспечения себя электроэнергией в зимний период.

В советские годы таджикские и кыргызские ГЭС обслуживали единую экономическую систему и были спроектированы таким образом, чтобы питать всю центрально-азиатскую электрическую сеть, а также регулировать водные потоки для республик, расположенных ниже по течению рек. Взамен Таджикистан и Кыргызстан получали нефть, газ и уголь от других республик. Однако после 1991 года Казахстан и Узбекистан стали продавать свое топливо по рыночным ценам.

Мамбетов полагает, что Ташкент не хочет терять свою власть, которую он имеет, находясь в позиции поставщика природного газа для Кыргызстана.

«Узбекистан предполагает, что после завершения строительства этих ГЭС и введения в эксплуатацию ГЭС-1 Кыргызстан, скорее всего, не будет больше нуждаться в природном газе и угле, так как основное обеспечение жизнедеятельности будет осуществляться с помощью электричества», - говорит Мамбетов.

В отличие от предыдущего аналитика, Георгий Петров, эксперт Института по вопросам водопользования, гидроэнергетики и экологии Таджикистана, согласен с тем, что у Узбекистана и Казахстана могут быть серьезные опасения.

«Все очень просто», говорит Петров. «Узбекистан обеспокоен тем, что эксплуатация главный гидроэнергетических систем будет осуществляться таким образом, что нанесет ущерб странам, расположенным вниз по течению рек … . Одной из задач данного саммита является разработка таких управленческих мероприятий, которые не позволят этому произойти».

Комрон Алиев, экономист из Узбекистана, призывает Кыргызстан и Таджикистан учесть точку зрения других стран региона с перспективой привлечения их к строительству, восстановлению и эксплуатации будущих гидроэнергетических объектов, вместо того, чтобы получить в их лице враждебно настроенных аутсайдеров.

Имеются признаки даже того, что Узбекистан пытается наладить отношения с Таджикистаном путем восстановления поставок электричества, которые были прекращены в январе, а также участия в двусторонней встрече по экономическим вопросам, проходившей в Душанбе.

«Сейчас Ислам Каримов говорит, что он не выступает против строительства ГЭС, а даже готов участвовать в их строительстве», отмечает Петров. «Рахмон в своих речах также дал ясно понять, что мы [Таджикистан] никогда не оставим без воды страну, расположенную ниже по течению».

В своем интервью IWPR в прошлом месяце политический аналитик Рашидгани Абдулло высказал предположение о том, что президент Каримов демонстрирует новый прагматический подход. Принимая во внимание, что несколько ГЭС уже находятся на стадии завершения, отмечает аналитик, узбекская сторона, возможно, пришла к выводу, что политика «яростного противостояния … не принесла успеха».

Аналитики также утверждают, что успех любой сделки по водным вопросам будет зависеть от степени готовности руководства данных стран принять и уважать точку зрения своих соседей; от того, насколько они приемлют пересмотр текущих мер по управлению водными ресурсами; а также от их готовности соблюдать условия межгосударственных соглашений, а не просто подписывать их, как это зачастую происходило в прошлом.

Бывший министр сельского хозяйства Кыргызстана Джумакадыр Акенеев отмечает, что такие региональные объединения, как Содружество независимых государств и Шанхайская организация сотрудничества, могут только содействовать переговорам.

«Региональные организации ... не могут помочь в решении этого вопроса. Это проблема сугубо 5 центрально-азиатских стран», - говорит он.

Эколог из Таджикистана Алихон Латифи предостерегает, что Таджикистан и Кыргызстан, возможно, могут изменить свою позицию, если на этот же шаг пойдут Казахстан, Узбекистан и Туркменистан.

«Не может быть уступок в одностороннем порядке», - говорит эколог.

Как Латифи, так и Петров отмечают тот факт, что размежевание между государствами, имеющими водные ресурсы, и теми, кто их не имеет, слишком упрощенное понятие, так как все эти государства используют водные ресурсы для целей орошения, и подчас весьма расточительно.

По словам Петрова, «Казахстан последним получают воду из реки [Сырдарья], которая поступает из Кыргызстана. Однако, это происходит не из-за того, что Кыргызстан не предоставляет [достаточного количества] воды. Страдают все страны, но Казахстан страдает болье, чем остальные, так как Узбекистан забирает себе все, что только может, и Казахстану достается только то, что осталось».

Латифи добавляет: «В Таджикистане, Узбекистане и Казахстане до сих пор существует старая система полива, которая совершенно не соответствует реалиям сегодняшнего дня. Нам давным-давно надо переходить на водосберегающие технологии полива, и Таджикистану в том числе».

Галиаскар Утегулов – псевдоним независимого журналиста в Кыргызстане, Аслибегим Манзаршоева – контрибьютор IWPR в Таджикистане, и Аида Касымалиева – редактор IWPR по Кыргызстану и Казахстану.

ru