Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

УЗБЕКИСТАН РАЗМИНИРУЕТ ГРАНИЦУ С ТАДЖИКИСТАНОМ

Известие о решении Узбекистана разминировать участки границы с Таджикистаном воспринято в Душанбе с удивлением и недоверием.
By Shirin Azizmamadova

Известие о том, что узбекская сторона приступила к разминированию своей границы с Таджикистаном, стало для Душанбе полной неожиданностью. Очевидно, Узбекистан снимает мины так же, как в свое время их устанавливал, – в обстановке полного информационного вакуума.


О начале работ по разминированию границы сообщил 20 октября зам. главкома погранвойск Узбекистана Рашид Хабибов, выступая в Душанбе на Совете главнокомандующих пограничными войсками стран СНГ. По его словам, разминировано уже около 20% границы на территории Сурхандарьинской области. В Таджикистане об этом ничего не знали.


Узбекистан начал минировать границу с Таджикистаном еще в 1999 г., когда три года подряд на территорию Узбекистана совершали вылазки боевики так называемого Исламского движения Узбекистана (ИДУ). Боевики базировались в Афганистане, но использовали в качестве плацдарма для нападений труднодоступные горные районы Таджикистана.


Заминированная граница стала своего рода символом более чем прохладных отношений между Ташкентом и Душанбе. Узбекистан обвинял соседнее государство в попустительстве боевикам ИДУ, а таджикистанские пастухи и крестьяне постоянно подрывались на беспорядочно заложенных минах из-за отсутствия предупредительных знаков и пограничных столбов.


ИДУ не пережило своих соратников и покровителей – афганских талибов. Боевики ИДУ сражались с талибами бок о бок, недолго удерживая свой последний оплот в северном Афганистане – г. Кундуз, после были рассеяны и перестали представлять былую угрозу для Узбекистана.


Заявление Хабибова стало полной неожиданностью для его таджикских коллег.


«Таджикские пограничники не владеют информацией о начале разминирования таджикско-узбекской границы, и я тоже об этом ничего не слышал», - заявил журналистам председатель Комитета по охране госграницы Таджикистана (КОГГ) Сайдамир Зухуров.


О том, что на границе идут работы по обезвреживанию мин, не знали и в таджикском Минном центре. Директор центра Джонмахмад Раджабов в интервью журналистам сказал: «Если Узбекистан начал разминирование границы, то это можно приветствовать, однако пока к нам не поступало об этом никакой информации. Кроме того, важно знать, как проходит разминирование, отвечает ли оно международным гуманитарным нормам».


Ташкент и Душанбе уже несколько лет ведут переговоры о разминировании общей границы. В прошлом году Узбекистан, наконец, пообещал заняться разминированием границы в одностороннем порядке. Но, как отметил глава КОГГ, принято лишь «принципиальное» решение. «Окончательного решения по началу и срокам разминирования принято так и не было», - сказал он.


Кроме правительств двух стран, в переговорный процесс были вовлечены многие авторитетные международные организации - Еврокомиссия, Красный крест, ОБСЕ, ООН, но люди на границе продолжали гибнуть.


Всего с начала установления на таджикско-узбекской границе мин от взрывов пострадали 150 граждан Таджикистана, из них более 70 - со смертельным исходом. Аналогичная статистика с узбекской стороны отсутствует. О каких-либо компенсациях от узбекского правительства не может быть и речи.


Житель приграничного таджикского кишлака Лаккон Исфаринского района Согдийской области Хотамджон Юсупов стал первой жертвой мин в этом году. 39-летний мужчина собирал дрова на минном поле.


Кишлак Лаккон с его шеститысячным населением считался в советские годы зажиточным, а теперь для местных жителей сбор дров - единственный способ заработать на жизнь.


«Откуда нам знать, что там проходит граница? Мы выросли здесь и никогда не знали, где чья территория, - сокрушается брат погибшего Акрам. - Теперь пятеро детей брата остались сиротами. Но мины не остановят людей. Мои земляки будут заниматься тем же самым. Другого выхода у нас просто нет».


Таджикский кишлак Лаккон граничит с Узбекистаном и Кыргызстаном. Местные жители за годы независимости так и не привыкли к ограничению своей свободы передвижения. При советской власти границы в Средней Азии существовали только на бумаге, но опознавательных знаков на границе нет до сих пор. Таджикским властям ничего не известно о количестве заложенных узбекской стороной мин и местах их залегания.


Противопехотные мины незаметны из-за их размера и цвета. Они почти сливаются с землей. Контрибьютор IWPR побывала на таджикско-узбекской границе. Граница абсолютно прозрачна, нет никаких опознавательных и предупреждающих знаков. Спокойно пасется скот. Пограничников не видно.


На границу часто приводят школьников. Сотрудники Красного креста учат детей, как вести себя на заминированных территориях. Однако люди продолжают ходить в опасные районы.


«Мы были вынуждены брать у сельчан, начиная с десятилетнего возраста, расписки, что они осведомлены об опасности. Но больше ничего сделать мы не можем. Ходят и собирают там дрова для выпечки хлеба, камни для постройки жилищ. Их можно понять, им иначе не прожить», - говорит лидер местной общины Хошим Меликбоев.


О трагедиях, связанных с подрывом на минах, рассказывают жители приграничных таджикских селений, расположенных в Согдийской области. Десятки писем приходят на имя депутата парламента Юсуфджона Ахмедова.


Вот лишь некоторые из них. В мае 2001 года житель кишлака Рават Канибадамского района Согдийской области Бахром Умаров с супругой Савриниссо, собирая листья тутовника для подкормки шелкопряда, подорвались на мине и скончались от полученных ран.


Три года спустя при выпасе скота близ границы подорвался на мине и погиб племянник Умарова – 10-летний Рашид.


«Это - примеры лишь из небольшой части писем, поступивших ко мне от избирателей, - говорит депутат. - В каждом из них – боль и незаживающие душевные раны отцов и матерей, жен и детей».


«Авторы сообщают, что ни в одном из этих случаев никто из Узбекистана не только не оказал семьям погибших или пострадавших какую-либо помощь, но даже не вспомнил о них. Власть имущие соседней страны предпочли сделать вид, что ничего не ведают о взрывах ими же установленных мин», - говорит Ахмедов.


«Может быть, те погибшие или раненые граждане нашей страны и нарушили порядок перехода границы. Но ведь должны быть элементарные нормы: обозначение минных полей, установка предупредительных знаков, что в большинстве случаев на таджикско-узбекской границе отсутствует», - добавляет депутат.


Остается лишь надеяться, что на этот раз у узбекской стороны слова не разойдутся с делом, и мины действительно будут убраны. Между тем, по мнению политолога Шокирджона Хакимова, процесс согласования вопросов разминирования будет долгим и трудным.


«Нынешняя ситуация отражает наши реалии, - говорит политолог. - Мы не доверяем друг другу, и у правительств двух государств отсутствует политическая воля. Под различными предлогами идет намеренное затягивание решения проблемы. Результат – невинные жертвы. И сколько еще это будет продолжаться - неизвестно».


Ширин Азизмамадова - независимый журналист из Душанбе.