Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

УЗБЕКИСТАН НЕ СТАЛ ВТОРЫМ ДОМОМ ДЛЯ АФГАНСКИХ БЕЖЕНЦЕВ

Узбекские власти не жалуют афганских беженцев, которые проживают на территории Узбекистана уже более десяти лет, но и не дают им спокойно покинуть страну.
By IWPR staff
. 18-летняя афганская девушка Хаммаса Кохистани, родившаяся в Узбекистане в семье беженцев, стала первой мусульманкой, завоевавшей титул «Мисс Англия».



Хаммаса с семьей переехала из Ташкента в Англию в 1997 г., и многие представители афганской диаспоры, насчитывающей в Узбекистане примерно 2,5 тыс. человек, тоже желают уехать, но не на родину, а в третьи страны. Хотя между Афганистаном и Узбекистаном много общего, узбекское правительство делает интеграцию афганцев в общество практически невозможной.



Кровавая гражданская война, начавшаяся после падения в 1992 году просоветского правительства Наджибуллы, и зверства режима Талибан, к концу 1990-х годов контролировавшего почти 90% страны, вынудили несколько миллионов афганцев покинуть родину.



По данным ООН, к 2000 году около двух миллионов человек бежали в Пакистан, полтора миллиона - в Иран, и лишь небольшая часть беженцев устремилась в северном направлении - в Узбекистан и другие республики Центральной Азии.



«Многие приезжали легально - по визам. Ехали через Пакистан, летели самолетом из [северного афганского города] Мазар-и-Шарифа в Термез, пока этот рейс не отменили. Кто-то прибыл как студент на учебу, кто-то - по работе», - рассказывает один из беженцев.



Некоторые переходили границу нелегально. «Вы думаете, так трудно было перейти границу десять лет назад?» - усмехается другой беженец.



По данным ООН, к концу 1990-х на узбекской земле находилось около десяти тысяч

афганцев. Они представляли почти все этнические группы Афганистана - пуштунов, таджиков, узбеков, хазарейцев и белуджей.



Афганцы быстро осваивались на новом месте - многие из них учились в СССР, а остальным помогли смекалка и отчаяние. Магазинчики и оптовые склады афганских торговцев осваивали продажу текстиля, бижутерии и продуктов; подрастающие дети учили русский и узбекский, но их родители обосновываться в Узбекистане не собирались.



Причина проста. Власти Узбекистана делали все, чтобы не дать мигрантам из Афганистана почувствовать себя «как дома». Стоящие в руля власти в Узбекистане бывшие коммунисты унаследовали страх и недоверие к южному соседу - Афганистану, где советские войска в течение целого десятилетия вели бесславную, бесполезную войну. По идее, афганским беженцам в Узбекистане должны были обеспечиваться все права, полагающиеся беженцам по статусу во всем мире, но дело в том, что Узбекистан не подписал соответствующего международного соглашения.



«Узбекистан - единственная страна бывшего СССР, не подписавшая конвенцию ООН о правах беженцев, - говорит Абдул Карим Гуль - глава миссии Верховного комиссариата ООН по делам беженцев. - Здесь нет ни органа, занимающегося делами беженцев, ни процедуры определения их статуса».



Узбекские власти создали для беженцев «юридический вакуум», практически полностью исключив возможность интеграции афганцев в узбекское общество и сделав их мишенью для произвола милиции и чиновников.



Беженцы живут в Узбекистане без паспортов, с удостоверением беженца, с которым едва возможно передвигаться по стране и нельзя выезжать за ее пределы.



Возможность учиться в начальной и средней школе появилась у детей беженцев только благодаря ходатайству ООН к Министерству образования. ООН призвала Узбекистан соблюдать условия подписанной им Конвенции о правах ребенка.



Но беженцы все равно не могут ассимилироваться в узбекском обществе.



«Я не слышал ни об одном случае, когда афганский беженец принимал узбекское гражданство, или рожденный в семье беженцев ребенок становился гражданином Узбекистана», - говорит Абдул Карим Гуль.



Им отказано в праве на работу - за исключением очень немногих, имеющих вид на жительство. Многие из афганских беженцев имеют высшее образование и опыт работы по специальности, однако вынуждены выполнять черную работу – носить тяжести на рынках и т.п.



«Здесь очень тяжело, но дома было еще хуже», - говорит 41-летняя Хадиджа, до 1993 года жившая в северном афганском городе Мазар-и-Шариф. Ее брата - бывшего инженера и члена афганской коммунистической партии - зверски убили, и Хадиджа с мужем и четырьмя детьми оказалась в Ташкенте.



Теперь ее муж - бывший учитель - торгует тканями на одном из оптовых рынков Ташкента. Семья мечтает о переезде в Канаду, где уже живут родственники мужа Хадиджи.



Со времени падения режима Талибан число афганских беженцев в Узбекистане сократилось с десяти до двух с половиной тысяч, однако возвращению на родину они предпочитают отъезд в третьи страны.



Большинство беженцев стремятся на благополучный Запад - в Канаду, США, Скандинавию и Австралию. Гораздо меньше желающих вернуться домой. Согласно статистике ООН, в 2004 году из Узбекистана репатриировалось 70 беженцев, тогда как 157 человек переехало в третьи страны.



Для переезда на Запад необходимо пройти своеобразный отбор. Страна, изъявившая желание принять у себя беженцев, присылает комиссию, которая при отборе потенциальных переселенцев руководствуется такими критериями, как риск для жизни при возвращении на родину, а также медицинские показания, отсутствие в семье мужчины-кормильца, и т.п.



Те, кому не удается выехать на Запад, перебираются в Россию и Казахстан, и лишь очень немногие возвращаются домой. К примеру, в России, по данным МИД РФ, на сегодняшний день находятся до 50 тысяч афганских беженцев.



ВКБ ООН с 2002 года осуществляет программу добровольной репатриации афганских беженцев. На начало 2005 г. из Узбекистана было возвращено на родину 285 человек.



В ближайшие недели ООН планирует репатриировать еще три десятка беженцев из Казахстана и Узбекистана, но узбекские чиновники в этом не проявляют расторопности. Не жалуя афганцев в своей стране, они даже не дают им спокойно уехать - отъезд задерживается из-за проволочек узбекского МИДа с выездными визами.