Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ТУРКМЕНБАШИ СНЕС ЦЕЛУЮ ДЕРЕВНЮ

По указу туркменского президента строители сровняли с землей целую деревню, а жителей выставили на улицу.
By IWPR staff

Чтобы улучшить вид с автодороги на "образцово-показательную" мечеть, на окраине Ашгабата пошла под снос целая деревня, а ее жители не получили практически никакой компенсации от государства.


В соответствии с политикой туркменского государства храмы призваны стать основным символом туркменской духовности и самосознания, но на практике строительство мечетей нередко оборачивается бедой для простых туркменистанцев.


Тем временем национальная программа широкомасштабного сооружения мечетей, похоже, подходит к концу. 29 марта на заседании правительства "Отец туркменского народа" Сапармурат Ниязов-Туркменбаши объявил о прекращении дальнейшего строительства мечетей.


"Даю вам еще три мечети, и больше строить не будем. Хватит", - заявил он собравшимся членам Госсовета по делам религии.


Но последствия того, что уже построено, все еще приходится расхлебывать местному населению. В декабре 2003 г. более 500 жителей селения Ялка получили официальные уведомления о выселении, если можно назвать уведомлением клочок бумаги с неразборчивыми каракулями. Им дали 24 часа, чтобы освободить свои дома, которые вскоре были безжалостно снесены.


Уведомления поступили за подписью местного сельского кооператива. Когда недоуменные сельчане обратились к властям за разъяснениями, им заявили, что их дома были построены незаконно, а посему подлежат сносу.


58-летний житель Ялки Меред-ага сказал IWPR: "26 декабря мне принесли эту бумажку. Уже целый месяц ходили слухи, что деревня должна пойти под снос, но как-то не верилось, что моя семья может вот так - в одночасье - лишиться крова над головой. На постройку этого дома у меня ушло четыре года. Здесь живет вся моя семья - 8 человек, включая внуков. Купить новое жилье мы не в состоянии".


"В местной администрации нам заявили, что деревня не "вписывается в архитектурный ансамбль" новой мечети, которую строят в Кипчаке. Говорят, что деревня закрывает вид на мечеть с основной автодороги, идущей из Ашгабата".


Туркменбаши распорядился построить новую мечеть в своем родном селе Кипчак на окраине столицы в августе 2001 г.


Строительство началось 6 октября того же года - в день поминовения жертв ашгабатского землетрясения 1948 г., унесшего жизни матери и двоих братьев президента. Это - самая большая мечеть в области, способная принять до 20 тысяч прихожан одновременно. Открытие ее назначено на ту же дату в 2004 г. Строительство обошлось примерно в 100 млн. долларов.


Как-то раз, проезжая по главной автомагистрали, ведущей из столицы, Туркменбаши обратил внимание на то, что вид на мечеть с шоссе заслоняют дома селения Ялка, и распорядился его снести. Теперь на месте села будет разбит парк, названный в честь матери президента Курбан-Солтан Эдже.


Другой бывший житель села - Аннамурад - возмущен, что власти дали так мало времени на выезд. "Нас в семье шестеро, и все мы вынуждены были срочно переехать к моим родителям. Жаловаться я даже не пытался - бесполезно. Тут замешано родное село президента, поэтому ничего не поделаешь. Но хоть бы они дали нам нормально собраться и разобрать дома на стройматериалы".


Один из чиновников местной администрации, попросивший сохранить его имя в тайне, сказал IWPR: "Мы понимаем всю абсурдность положения, и мне искренне жаль этих людей, которых внезапно лишили крыши над головой, но нам приходится выполнять указы сверху. Мы даже не могли дать людям времени разобрать свои дома, в Ашгабате и так на нас орут, что слишком долго идет расчистка территории, и угрожают всех уволить".


Дурсун Дайзе и ее детям государство предоставило жилплощадь, мало пригодную для проживания. "Мой муж умер несколько лет назад; оставил дом в Ялке, где я и жила с нашими четырьмя детьми, - рассказывает она. - Когда село снесли, государство выделило нам комнату в здании бывшей тюрьмы в селе Бизмейна. Это в 15 минутах от Ялки. Как мы там будем жить, я себе не представляю".


Более пожилые жители села безропотно приняли удар судьбы. "Мы - туркмены - тихий, безропотный народ. Поплакали и пошли. Вот если бы в Ялке жили чеченцы, они бы наверняка стали сражаться за свои права, и, возможно, заставили бы власти передумать".


Другой местный чиновник, просивший себя не называть, тоже сочувствует сельчанам. "Это чудовищно - вот так вот просто вышвырнуть две с половиной тысячи людей на улицу без какого-либо объяснения. Все это понимают. И все понимают, что действия нашего правительства, которому я служу, ведут к озлоблению населения и сеют ростки экстремизма. Если бы наш народ не был таким долготерпеливым, всему этому пришел бы уже конец".