Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Таджикистану пора положить конец смертной казни

Правительство должно заменить мораторий полной отменой, считают ведущие юристы.
By Zarina Ergasheva

Юрист из Министерства внутренних дел говорит, что через пять лет после введения моратория на смертную казнь пришло время полностью ее отменить.

В интервью для IWPR Карим Солиев, заместитель начальника Академии МВД Республики Таджикистан, сказал, что этот шаг приведет национальное законодательство Таджикистана в соответствие с нормами действующего международного права.

Таджикистан ввел мораторий на смертную казнь в 2004 году, и с тех пор случаев смертной казни в стране не было. Однако смертная казнь остается в своде законов, что делает Таджикистан единственным центрально-азиатским государством, в котором смертная казнь применяется и в общеуголовных случаях, а не только в исключительных обстоятельствах, например, в отношении преступлений во время войны.

IWPR попросил Солиева объяснить, почему он считает, что пришло время полной отмены смертной казни.

Карим Солиев: Всегда были и есть сторонники и противники смертной казни. Таджикистан не исключение. Важным шагом для нашей страны является то, что в Послании Президента Республики Таджикистан [Эмомали Рахмона] парламенту страны в апреле 2004 года было объявлено о моратории на исполнение смертной казни. Как отметил тогда глава государства, «право на жизнь является исконной ценностью и никто не должен лишать кого-либо этого права».

Следует признать, что проблема смертной казни и подход к ней в нашей республике… постепенно меняется, и, следует заметить, в позитивную сторону. Свидетельством тому является государственная политика республики в области как ограничения круга составов преступлений, предусматривающих применение смертной казни на первых порах, так и последующее полное приостановление назначения и исполнения данного вида наказания.

Однозначно, что смертная казнь в недалеком будущем не должна иметь место в цивилизованном обществе, тем более, когда Таджикистан объявил себя частью мирового сообщества, что предполагает уважение и соблюдение его принципов.

Следующим шагом политического руководства страны и законодателя должна была стать отмена этой исключительной меры наказания, так, как это сделали многие страны мира, в том числе и страны-участники СНГ.

IWPR: Готово ли общество в Таджикистане к принятию идеи отмены смертной казни?

Солиев: Общественное мнение обычно с трудом воспринимает идеи об исключении смертной казни из числа уголовных наказаний. По-видимому, представление людей о необходимости суровых мер борьбы с преступностью обусловлено жестокими и суровыми условиями нелегкой человеческой истории [гражданская война 1992-97 годов]. Поэтому население часто требует, чтобы преступники были казнены.

Я считаю, что необходимо провести социологический опрос и узнать мнение общества. Думаю, не стоит проводить референдум, так как это не даст положительного результата в решении данного вопроса. Заранее уже могу сказать, что большинство населения выступит за сохранение смертной казни в Таджикистане. Если учитывать мнение большинства, то ни одна страна не смогла бы отменить смертную казнь на своей территории.

Думаю, власти должны проявить политическую смелость и решить этот вопрос в императивной форме, то есть в одностороннем порядке. Согласно отчету правозащитной организации «Международная амнистия», уже свыше ста стран мира отказались от смертной казни, однако еще несколько десятков стран сохраняют и практикуют этот вид наказания.

В 2002 году в Страсбурге под эгидой Совета Европы прошел первый Всемирный конгресс против смертной казни, участники которого обратились ко всем странам мира с призывом отменить смертную казнь. На этом конгрессе была оглашена страшная статистика, свидетельствующая о том, что примерно 7 из каждых 100 выносимых смертных приговоров - ошибочные или не справедливые.

IWPR: Сегодня в качестве высшей меры наказания в Таджикистане применяют пожизненное заключение. Власти говорят о том, что у нас в стране нет мест для содержания пожизненно заключенных. Может, стоит сначала решить данный вопрос?

Солиев: Такие учреждения необходимо строить, об этом не стоит забывать. Но мы не можем ждать строительства новых зданий для содержания пожизненно заключенных и тем самым не выполнять свои международные обязательства в гуманитарном плане.

IWPR: Таджикскому правительству ещё предстоит большая работа не только с населением, но и с законодательной базой республики. Что нужно сделать в отношении последнего?

Солиев: Одной из целей проводимой в настоящее время Таджикистаном реформы законодательной системы является приведение национального законодательства в соответствие с нормами действующего международного права. На этом пути Второй Факультативный Протокол к Международному Пакту о гражданских и политических правах, направленный на отмену смертной казни, который был принят 15 декабря 1989 года, имеет немаловажное значение. Но наша страна еще не ратифицировала этот документ.

Во-вторых, нам необходимо преодолеть якобы существующую конституционную проблему, состоящую в том, что статья 18 Конституции Республики Таджикистан допускает применение смертной казни за совершение особо тяжких преступлений. А, как известно, такие преступления могут совершаться и в невоенное время, и могут не иметь военного характера. Конституция допускает лишение жизни, но никак не обязывает; Конституция всего лишь видит в этом [в смертной казни] возможную вероятность, а не императивность такого подхода. Это приводит нас к выводу, что данное конституционное положение является факультативным, а не основным.

В конституционном документе следует дать разъяснение о том, что провозглашение прав и свобод гражданина и человека и его интересов высшей ценностью предполагает отмену смертной казни в стране в мирное время, тем самым уточнив, что сказанное не исключает применения смертной казни в военное время, но после признания вины в совершении наиболее тяжких преступлений военного характера.

Думается, что тем самым мы обеспечили бы полное соответствие национального законодательства Второму Факультативному Протоколу.

Зарина Эргашева, репортер в Таджикистане, прошедшая тренинги IWPR.

Данная статья была подготовлена в рамках двух проектов IWPR: «Защита прав человека и правозащитное образование посредством СМИ в Центральной Азии», финансируемого Европейской Комиссией, и «Информационная программа по освещению правозащитных вопросов, конфликтов и укреплению доверия», финансируемой Министерством иностранных дел Норвегии.


IWPR несет полную ответственность за содержание данной статьи, которое никоим образом не отражает взгляды стран Европейского Союза или Министерства иностранных дел Норвегии.