Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

РАССТРЕЛЯННЫЙ АНДИЖАН: РЕКВИЕМА НЕ БУДЕТ

Очевидцы рассказывают, как солдаты правительственных войск добивали раненых и прятали тела.
By Galima Bukharbaeva

Как стало известно, после расстрела демонстрации в Андижане солдаты правительственных войск в массовом порядке добивали раненых и прятали тела убитых, особенно – женщин и детей.


Президент Узбекистана Ислам Каримов объявил об успешном завершении операции по подавлению группы «опасных исламских экстремистов», в ходе которой, по словам президента, погибли всего девять человек.


На утро 14 мая уцелевшие горожане и журналисты воочию увидели масштабы трагедии.


Центр Андижана и особенно площадь национального героя Бобура были залиты кровью жителей города – мужчин, стариков, женщин и детей, впервые за многие годы диктатуры вышедших на площадь, чтобы выразить свое несогласие с политикой режима.


Кровь, мозги, внутренние органы, фрагменты тел, обрывки вещей, детские туфли были разбросаны в радиусе 2-3 километров от площади, где начался расстрел митинговавших андижанцев.


У самой площади лежали примерно 30 тел. У памятника Бобуру находились еще 10 тел, которые собрали и принесли сюда горожане.


«Мы - просто грязь для правительства. Они нас не считают за людей», - плакали женщины. На окровавленной площади стояли люди с глазами, полными слез.


Очевидцы утверждают, что от пуль правительственных войск погибло не менее полутора тысяч человек. Местный врач лично видела около пятисот тел.


Без предупреждения колонны БТРов, одна за другой проезжая мимо площади на большой скорости, не целясь, палили в огромную толпу людей. В это время на площади находилось от 10-ти до 15-ти тысяч человек. По некоторым данным, после массового расстрела демонстрации солдаты приступили к выборочным казням.


Люди врассыпную убегали от БТРов, но шкальный огонь настигал их. Те же, кто не погиб на месте, а был ранен, все равно не избежали смерти.


По словам 45-летней женщины по имени Мукаддас, она лично видела, как поздно вечером – где-то около 9 часов, т.е. через три с половиной часа после начала расстрела - у кинотеатра «Чолпон» военные добивали раненых.


«Я сама видела, как перед расстрелом военным привезли целую машину водки. Они напились и в таком состоянии стреляли, а затем добивали раненых. На моих глазах расстреляли женщину с двумя маленькими детьми», - рассказала Мукаддас.


По словам очевидцев, утром 14 мая большую часть тел вывезли на 3-х грузовиках и одном автобусе.


Школа, техникум и городские парки превратились во временные морги или братские кладбища. Сотни андижанцев со слезами на глазах искали своих пропавших родных на площади, а потом в местах, куда свозили трупы.


По данным патологоанатома из Андижана, в ночь на 15 мая она лично видела в школе номер 15 в районе «Старого города» более 500 трупов, и это были только тела погибших мужчин. Школа охраняется вооруженными солдатами, но людям, потерявшим родных, позволяется входить внутрь для опознания.


По свидетельству очевидцев, тела женщин и детей спрятали в районе строительного техникума, и, в отличие от погибших мужчин, эти тела не выдаются родственникам.


Выступая 14 мая на пресс-конференции в Ташкенте, президент Каримов заявил: «Мы не стреляем в женщин и детей».


Но все андижанцы, бывшие на месте расправы, знают, что это - ложь. Стреляли во всех без разбора.


По словам андижанца по имени Садирахун, женские и детские тела вывезли на грузовиках утром 14 мая, и, возможно, уже похоронили в общей могиле.


«Я чувствовал сильный трупный запах, запах крови. Так не хоронят даже собак», - говорит Садирахун.


Но это - не единственная ложь, прозвучавшая из уст президента.


Он заявил, что до 18.00 «не было сделано ни одного выстрела». Но корреспонденты могут засвидетельствовать, что БТРы открыли стрельбу в 17.20.


По версии Каримова, лишь в 19.30 над зданием обладминистрации начали кружить вертолеты, и после того, как захватившие здание мятежники, разделившись на три группы, попытались уйти, началось преследование.


На самом деле, к 19.30 на площади практически не осталось ни души, кроме убитых и раненых.


Согласно официальным данным, озвученным президентом, в Андижане погибли 9 человек и 34 получили ранения.


Объясняя произошедшее в Андижане, Каримов утверждал, что мятеж был организован членами одного из течений организации «Хизб-ут-Тахрир», именуемого «Акромия». Целью мятежников якобы было установление исламского государства, и они рассчитывали в этом на поддержку населения Андижана.


«Они хотели повторить в Узбекистане кыргызский вариант. Их действия направлялись с территории Кыргызстана и Афганистана», - заявил глава государства.


Очевидцы и участники оспаривают такую версию событий.


«Этот мятеж не имел никакого отношения к религии. Я не слышал ни одного возгласа «Аллах акбар»; ни один из мятежников, находившихся в здании областной администрации, ничего не говорил об исламском государстве», - свидетельствует работавший там в эти дни западный журналист.


Лидер мятежников Кабулжон Парпиев еще до начала расстрела говорил в интервью журналистам, что вышедшие на митинг не выдвигают политических требований.


«Мы хотим лишь свободы, справедливости, соблюдения прав человека. И требуем освободить Акрома Юлдашева», - говорил Парпиев.


Акром Юлдашев отбывает длительный срок тюремного заключения по обвинению в создании некоей экстремистской исламской организации под названием «Акромия». По словам участников событий, эта организация существует лишь в воспаленном воображении чиновников.


Все события, произошедшие в Андижане в ночь на 13 мая, связаны с судебным процессом над 23-мя обвиняемыми в членстве в организации «Акромия». На скамье подсудимых оказались 23 преуспевающих андижанских бизнесмена, которых арестовали летом прошлого года. Ни один не признал себя виновным.


Как же случилось, что мирная демонстрация у здания суда во время слушаний по делу


23-х подсудимых 10 и 11 мая переросла в кровавую драму со штурмом здания изолятора, в результате которого подсудимые были освобождены, и с последовавшей за этим бойней? Возможно, объяснение может дать письмо, найденное журналистами в луже крови в здании областной администрации.


Судя по всему, письмо было написано одним из освобожденных из следственного изолятора подсудимых. Он пишет о нестерпимом социально-экономическом положении граждан страны.


«Мы не могли больше терпеть, - пишет автор. - Нас несправедливо обвинили в членстве в «Акромии» и мучили почти год. Но на суде не смогли доказать нашу вину. Потом начали преследовать и наших родных. Но если мы сами не защитим свои права, никто за нас этого не сделает».


«Проблемы, которые вас волнуют, волнуют и нас. Если работаешь на государственной должности, зарплаты не хватает на жизнь. Если сам зарабатываешь, начинают завидовать и мешать. Если говоришь о своей боли, никто не слушает. Если требуешь соблюдения своих прав, делают из тебя преступника».


«Горожане, дорогие андижанцы! Давайте защищать наши права. Пусть к нам выйдет глава области. Пусть приедут представители президента и выслушают нас. Ведь, когда мы требуем, власть должна слышать нас. Если мы будем вместе, нам не сделают ничего плохого», - так заканчивается письмо.


Андижанцы поддержали этот призыв. В тот день на площадь пришли тысячи горожан, все они говорили о своей боли, о безработице, нищете, произволе властей.


Чтобы масштабы расправы над андижанцами и их слезы не увидел мир, власти Узбекистана жестко блокировали работу журналистов.


У корреспондента AFP конфисковали фотоаппарат, у IWPR - фотопленку, из фотоаппарата корреспондента AP вытащили и конфисковали блок памяти. В какой-то момент журналисты обнаружили, что их мобильные телефоны заблокированы. Журналисты российского канала НТВ в прямом эфире говорили о том, что у них отобрали документы и везут из Андижана в соседний город Наманган.


15 мая задержали и выдворили из городка Тешиктош у границы с Кыргызстаном журналиста и фотографа АP.


Корреспондент 1-го канала «Интер» из Украины Руслан Ярмолюк перед вылетом в Киев рассказал, что 15 мая на пороге гостиницы в Андижане к ним подошли военные с автоматами и попросили снова пройти в номер.


«Нас там раздели, разули, и затем конфисковали все видеокассеты. Я был во многих горячих точках, но никогда у меня не отнимали кассеты», - говорит он.


Многие в Узбекистане хотят, чтобы по погибшим хотя бы объявили траур. Но, поскольку по официальной версии массового расстрела не было, то, стало быть, и оплакивать некого.


Галима Бухарбаева – директор проекта IWPR по Узбекистану


Матлюба Азаматова – корреспондент IWPR в Ферганской долине.