Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Правительство Таджикистана устраняет критикующих

Давление на оппонентов продолжается.
By Lola Olimova
  • Umarali Quvvvatov (right) with his lawyer Nikolai NIkolaev in Dubai. (Photo courtesy of N. Nikolaev)
    Umarali Quvvvatov (right) with his lawyer Nikolai NIkolaev in Dubai. (Photo courtesy of N. Nikolaev)

Со стороны, кампания, направленная против критиков властей Таджикистана, может рассматриваться, как попытка устранить любое препятствие, способное помешать нынешнему президенту, быть переизбранным на предстоящих президентских выборах в ноябре. Но, по словам некоторых аналитиков – это беспокойство за свое долгосрочное выживание более связано со страхом, что внешние игроки, такие, например, как Россия, разочарованы лидером страны и хотели ли бы видеть ему замену.

Бывший министр промышленности Зайд Саидов был арестован 19 мая, спустя месяц после объявления о создании партии «Новый Таджикистан». (Больше подробностей по этому делу см. В Таджикистане арестован руководитель новой политической силы).

Через шесть дней оппозиционные политики, правозащитники и медиа-активисты создали группу «Коалиция за демократию и гражданское общество», которая, в свою очередь, создала комитет в поддержку Саидова. И участникам группы сразу же стали угрожать.

Журналист Мавджуда Сохибназарова, член-учредитель «Нового Таджикистана» и участница «Коалиции за демократию и гражданское общество», заявила в интервью СМИ, что ей и ее семье угрожали физической расправой через Facebook и по телефону. В сообщениях ей было приказано покинуть партию и прекратить поддерживать Саидова. 28 мая ее допросили сотрудники ГКНБ по поводу ее членства в партии. Во время этой встречи, говорит она, сотрудники также пообещали расследовать угрозы в ее адрес.

Другой член коалиции журналист Рамзия Мирзобекова, работающая в ведущей газете «Азия Плюс», была вызвана повесткой в ГКНБ на следующий день. В интервью СМИ и в сети Facebook она рассказала, что ей задавали вопросы насчет Саидова и причинах, по которым она вступила в коалицию. Ее предупреждали о том, что определенные «внешние и внутренние силы» могут использовать ее ради собственных интересов.

Все это подтолкнуло еще одного члена коалиции, лидера Социал-демократической партии Рахматилло Зоирова к публикации открытого письма с осуждением давления, оказываемого на его коллег по коалиции.

Арест Саидова последовал за официальными мерами против Умарали Кувватова, который был вынужден уехать в Россию после того, как его бизнес был приобретен - а по его словам, захвачен - влиятельными представителями элиты. В прошлом году Кувватов создал «Группу 24», которая публично заявляла о коррупции в правительстве.

В декабре по требованию таджикских властей его задержали в г. Дубай по обвинению в противозаконном бизнесе. В апреле суд г. Дубай одобрил запрос об экстрадиции.

В начале года международная организация «Amnesty International» выразила беспокойство по поводу того, что если Кувватова насильно вернут в Таджикистан, он может подвергнуться риску пыток или других форм жестокого обращения.

Его адвокат Николай Николаев рассказал IWPR, что Кувватова задерживают до рассмотрения апелляции, назначенной на август.

В отличие от Саидова, Кувватов говорил о своей заинтересованности в участии в президентских выборах в этом году. Его поддержала группа оппонентов правительства за рубежом, и он искал поддержку среди многих таджикских избирателей, работающих в России.

Кувватов неоднократно заявлял, что работал с людьми, близкими к окружению президента, и угрожал опубликовать компрометирующую информацию.

Интерес к Саидову и Кувватову заключается в том, что они представляют молодое поколение политиков, которые могут оживить оппозицию.

Судебный процесс против Кувватова лишает его всех шансов на выборы, ведь согласно законодательству страны, в выборах президента не имеют права участвовать лица, признанные судом недееспособными или лишенные свободы по приговору суда. А контроль нынешнего президента над властью более-менее гарантирует его собственное переизбрание.

Правительство также пыталось добиться экстрадиции некогда влиятельного Абдумалика Абдуллоджанова, который в 1992-93 годах был премьер-министром. В этом случае, попытка провалилась, поскольку Украина, куда он прибыл из США, решила отпустить его.

По словам аналитиков, власти боялись не того, что Абдуллоджанов вернется в Таджикистан и будет участвовать в президентских выборах, а того, что он может оказать поддержку такому кандидату, как Кувватов. И самое главное, они боятся, что внешние силы, а именно Москва, ищут кандидата на замену Рахмону после двух десятилетий его правления.

«Ни тот, ни другой [Абдуллоджанов или Кувватов] сегодня сами по себе не являются крупными политическим лидерами и не располагают серьезной поддержкой внутри страны, - говорит политолог Парвиз Муллоджанов в интервью IWPR. – В то же время, существует мнение, которое возможно, разделяется и таджикским властями, что за спиной этих оппозиционеров стоят гораздо более серьезные значительные внешние игроки, располагающие как финансовыми, так и организационными возможностями, рычагами давления».

Муллоджанов говорит, что это усилило впечатление того, что таджикские оппозиционные группы в изгнании спонсируются иностранными правительствами, недовольными нынешними властями. «Здесь, возможно, и кроется объяснение стремлению таджикских властей по своевременной нейтрализации данной угрозы», - добавил он.

Ведущий эксперт по Центральной Азии в России Аркадий Дубнов отмечает, что нервозность таджикского правительства по отношению к «иностранному вмешательству» отражает события, происходящие в самой России.

«В Таджикистане власти не изобретают велосипед, они действуют подобно Кремлю, согласно логике любого авторитарного режима: оппозиция ему невозможна без иностранной поддержки, которую, конечно же, оказывают недруги [режима], - говорит он. - Забавно, что для Кремля это США, а для Рахмона - Кремль или близкие к нему российские структуры».

«Навальный учился в Штатах, у него остались связи там. Саидов, будучи министром, наработал связи в России. По логике «осажденной крепости», это означает, что за Навальным стоят американцы, а за Саидовым русские? Согласитесь, маловато для убеждения грамотного электората … », - сказал он.

Таджикистан зависит от России, как от союзника, в вопросах безопасности и экономики. Кроме того, там работает большая армия таджикских трудовых мигрантов, денежные переводы которых составляют большую часть бюджета страны.

В течение долгих лет Москва поддерживала Рахмона, но, по словам аналитиков, сейчас она все больше недовольна рядом его решений, как, например, задержкой ратификации соглашения по продлению присутствия российской военной базы и нежеланием Душанбе противостоять реэкспорту нефтепродуктов, которые россияне намерены поставлять по субсидированным ценам.

Лола Олимова – редактор IWPR в Таджикистане.