Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Политолог Марс Сариев о предстоящих президентских выборах в Кыргызстане

By Nurlan Abdaliev

 

 

 

    

 

 

 

 

    

 

Нурлан Абдалиев, IWPR: Многие аналитики говорят, что де-факто предвыборная гонка началась, ссылаясь на то, что лидеры партий начали PR-кампанию. Вы согласны с этим?

Марс Сариев: Я согласен, что гонка началась. PR-кампании уже идут и обозначились определенные фигуры. По их выступлениям можно понять, кто претендент.

Абдалиев: По вашему мнению, какие кандидаты, какие силы будут представлены в предстоящих выборах?

Сариев: Основные блоки сил – это южные и северные кланы. Это исторически так сложилось. Если говорить по персоналиям, то основными фигурантами будут однозначно Алмазбек Атамбаев, Омурбек Бабанов, Омурбек Текебаев, Адахан Мадумаров, Камчыбек Ташиев, Ахматбек Келдибеков, Равшан Жээнбеков. Возможны и другие кандидаты, например, Феликс Кулов, хотя я не уверен в этом.  

Абдалиев: Как вы думаете, юг Кыргызстана также выступит объединено и консолидировано, а северные силы будут раздроблены, как это было во время парламентских выборов? Или мы сможем наблюдать другую картину, среди южных сил будет еще и альтернативная партия, кроме «Ата-Журт»?

Сариев: Сейчас идет быстрое развитие наших политиков и меня особенно радует спикер парламента Ахматбек Келдибеков. Политики начинают выходить на общегосударственный уровень. Омурбек Бабанов, Равшан Жээнбеков – эта молодая «поросль» начинает выходить из «штанишек» регионализма и у них уже появилось общегосударственное видение. Этому способствовали июньские события 2010 года, когда создался некий образ внешней угрозы распада государства с появлением автономии. Это горький опыт, но он консолидировал элиту Кыргызстана. Так что даже при жесткой президентской гонке элита будет понимать, что топить друг друга по принципу «Умри ты сегодня, а я завтра» приведет к разрушению всего - государства, элиты.

Поэтому я думаю, что политическая борьба будет идти в неких рамках, которые не будут создавать угрозу для безопасности Кыргызстана. Все равно внутриэлитная коммуникация между южными и северными кланами существует на устойчивом уровне и состояась общекыргызская рефлексия.

Абдалиев: Спасибо. А если распределить силы по приверженности к Западу или России – что мы можем увидеть здесь?

Сариев: Так делить было бы ошибочно, так как, по моему мнению, все претенденты внимательно смотрят в сторону Москвы и основным вектором будет Кремль. Нужно учесть, что внешний фактор играет большую роль и решающей фигурой может стать фаворит Кремля. Пока политику России можно охарактеризовать следующим образом: Москва не кладет все яйца в одну корзину и более-менее равномерно присматривается ко всем фигурам. Но все таки встреча Владимира Путина с Алмазбеком Атамбаевым дает некие преференции действующему премьеру Кыргызстана и выделяет его. Хотя я уверен, что Россия работает и с другими претендентами.

Абдалиев: То есть, среди наших политиков вы не видите прозападных, все они пророссийские получаются?

Сариев: Есть легкий «крен» партии «Ата-Мекен» на запад. Примером может служить введенная парламентская система, автором которой был Омурбек Текебаев. Его партия, кстати, крепко завязана с социал-демократами Европы. В этом ракурсе можем сказать, что есть определенные западные ценности. Но было бы ошибочно считать, что наши политики идеологически инкорпорированы с такими понятиями как Запад или Кремль. Думаю, что они прагматики и в любой момент могут взять тот вектор, который им наиболее выгоден.

Абдалиев: Возвращаясь к тому, что PR-кампания уже началась, хочется вспомнить слова премьер-министра Алмазбека Атамбаева, когда он обозначил вступление Кыргызстана в Таможенный Союз как стратегическую государственную задачу. Как вы думаете, это больше политическая игра или все-таки твердое намерение правительства быть в составе Союза?

Сариев: Думаю, что Алмазбек Атамбаев не лукавит, тут нет никакого «двойного дна». Атамбаев жестко ориентирован на Россию. Он не против вступления в Таможенный Союз, хотя это очень сложный вопрос. Ведь есть очевидные большие минусы – резкий рост всего: начиная от продуктов питания, заканчивая автомобилями; будут закрыты границы с Китаем. Но в перспективе это выглядит иначе, ведь мир сейчас старается консолидироваться, чтобы противостоять внешним угрозам.

Я понимаю Россию, так как она хочет собрать в рамках союза минимум 50 млн человек, чтобы противостоять Западу. Я наблюдаю сейчас не очень хороший тренд, как поляризация. События в Северной Африке вызывают настороженность других полюсов силы, как Китай, Индия, Россия. Поэтому Россия проводит очень решительную политику по объединению стран постсоветского пространства, которые хотят вступить в Таможенный Союз. Эти действия начинают приобретать реальные очертания. Поэтому политика, которую виртуозно и мастерски проводил Аскар Акаев, более грубо Курманбек Бакиев, уже не сработает. Москве нужна ясность.

Абдалиев: То есть, Россия хочет знать, мы с ней или нет?

Сариев: Да, поэтому Атамбаев ведет четкую линию на сближение с Москвой и другие политики тоже осознают, что, к примеру, перекрытие потока горюче-смазочных материалов в Кыргызстан сразу поставит нас на колени. Кстати, это было одним из одних причин апрельской революции. Я уже не говорю о наших гастарбайтерах в России. Т.е. Россия проводит жесткую политику и уже нам не получится сидеть на двух стульях.

Абдалиев: Правильно ли я понимаю, что вне зависимости от того, кто станет Президентом Кыргызстана, вопрос Таможенного Союза будет учитываться, и вероятнее всего мы вступим в Союз?

Сариев: Да, скорее всего мы будем с Союзе. Вы же заметили, что в Шанхайскую Организацию Сотрудничества очень активно просятся крупные государства, как Пакистан, Индия, Иран и другие. Затишье после Второй мировой войны уже заканчивается и Россия собирает кулак единое экономическое, политическое и военное пространство.

Абдалиев: Спасибо. Как вы думаете, будут ли изменения формы правления? Еще будут вноситься изменения в Конституцию?

Сариев: Сложно судить. Если судить по уже начавшейся президентской гонке, то это уже о чем-то говорит. Казалось бы, что роль спикера парламента имеет больше полномочий, но несмотря на это большая часть политиков уже готовятся к выборам. Это свидетельствует о том, что возможно в у них подсознании лежит мысль, что парламент в такой форме еще рановат для Кыргызстана. Думаю, что есть такое скрытое понимание. Скорее всего, будет смешанная система. И если мы входим в Таможенный союз и мы сближаемся с нашими соседями, где авторитарные режимы будут влиять на курс, который возьмет Кыргызстан.