Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ОСЕТИЯ: 'МАНДАРИНОВАЯ' АКЦИЯ ПРОТЕСТА ЗАКОНЧИЛАСЬ

Власти разогнали политически неудобную для них акцию протеста на границе.
By Alan Tskhurbayev
Движение на единственной дороге, соединяющей Россию с Южной Осетией, возобновлено – пикетчики, перекрывшие ее на этой неделе гружеными мандаринами машинами, сняли блокаду, уступив давлению со стороны властей Северной Осетии.

Этот инцидент, фоном для которого стала интенсивная публичная риторика Москвы в поддержку принимаемых непризнанной республикой мер к отделению от Грузии, доставил немало хлопот российским и осетинским властям. Более 60 грузовых машин, заполненных мандаринами, блокировали трассу в районе таможенного терминала «Нижний Зарамаг» после того, как российские пограничники отказались впустить их на территорию России, заявив, что перевозка через границу грузинской продукции является незаконной.

Запрет на ввоз любой сельскохозяйственной продукции из Грузии был введен российским правительством год назад, однако коммерсанты – в массе своей жители Южной и Северной Осетии – говорят, что беспрепятственно возили здесь зелень и мандарины до 19 декабря прошлого года, когда им вдруг перекрыли дорогу. Проведя две недели в кабинах своих машин, они сначала попытались прорваться силой, но это им не удалось, и 5 января они перекрыли дорогу, поставили поперек нее свои грузовики.

«Я здесь уже третий раз езжу, до сих пор нас пропускали здесь нормально», – сказала IWPR владелица груза Римма Ворокова. Жительница Кабардино-Балкарии, в этот раз она везла 30 тонн мандарин стоимостью 700 тысяч рублей (27 тысяч долларов).

«Нам говорят, что это контрабанда из Грузии, но мы купили это в Южной Осетии, и как могла контрабанда доехать до российской таможни? Все, что у нас было, в этих машинах. Мы занимали деньги, закладывали свои дома, и будем стоять здесь до тех пор, пока нас не пустят».

В самом начале конфликта на таможне владельцы груза обратились за помощью к председателю общественной организации «Гражданская инициатива» Олегу Тезиеву, который в прошлом являлся командующим вооруженными силами Южной Осетии.

«Я их спросил, понимают ли они, что они преступники? Да, сказали они, но не мы одни. Я позвонил в приемную [лидера Северной Осетии] Таймураза Мамсурова и сказал, что надо предпринимать какие-то шаги. Нельзя доводить этих людей до крайних мер», – сказал он.

«Перекрытие жизненно важной для Осетии дороги – это очень серьезно. По моему мнению, их надо было пропускать, штрафовать или, может, изымать продукт. Мне жалко любой впустую потраченный человеческий труд – теперь эти мандарины пропадут».

КПП «Нижний Зарамаг» в последнее время является единственной действующей сухопутной переправой между Россией и Грузией. Для граждан последней, однако, этот пограничный пункт, ведущий в Южную Осетию, остается закрытым. КПП «Верхний Ларс», который ведет напрямую из России в Грузию, перестал функционировать еще в августе прошлого года – российская сторона закрыла его, объяснив свое решение необходимостью проведения там ремонтных работ, однако грузинские власти назвали эти действия политически мотивированными. После того, как осенью прошлого года Россия наложила запрет на всякие транспортные связи с Грузией, «Верхний Ларс» так и не возобновил работу.

Во время продолжавшейся пятидневной блокады пересечь «Нижний Зарамаг» можно было лишь пешком. Корреспондент IWPR наблюдал, как российские пограничники помогли нескольким женщинам перенести через границу тяжелые сумки. Температура воздуха не поднималась выше нуля градусов. Грузовики пикетчиков стояли лоб в лоб с бронетранспортерами российских вооруженных сил.

На четвертый день акции протеста североосетинские власти решили очистить дорогу силой, но владельцы мандаринов стали ложиться под колеса своих машин, и бронетранспортеры отступили.

Блокада была снята после того, как правоохранительные органы Северной Осетии задержали трех женщин – владельцев груза, которых посчитали зачинщиками пикета. Корреспондент IWPR видел, как женщин провели от их грузовиков вглубь таможни – как было сказано, «для переговоров». Женщины стали кричать, однако встретивший их заместитель министра внутренних дел Северной Осетии Сослан Сикоев распорядился посадить их в машины и везти «в прокуратуру».

Позднее стало известно, что женщин отпустили после допроса.

После этого дорога была открыта, но о том, что стало с грузовиками, существует противоречивая информация. Некоторые СМИ сообщили, что все грузовики развернулись и уехали в сторону Южной Осетии. Однако по утверждению сотрудников дорожной милиции Северной Осетии, большинство машин с мандаринами продолжают стоять у российской таможни.

Многие простые осетины остались недовольны жесткими мерами, предпринятыми властями в отношении перевозчиков мандаринов.

«Машины с зеленью и яблоками здесь пропускают, потому что это бизнес кого-то из высшего руководства, а нас, простых людей, с мандаринами не пускают», – жаловалась жительница Владикавказа Зарема Джиоева.

«Я уверен, что им пообещали свободный проезд, а потом специально закрыли дорогу, – сказал очевидец событий на таможне житель Южной Осетии Инал. – Кому-то выгодно столкновение внутри осетинского народа. Это произошло не просто так».

«В сложившейся ситуации налицо множество пострадавших, начиная с владельцев мандаринов, заканчивая таможенными чинами, которые вопреки политическому курсу России, за деньги пропускали грузовики. В выигрыше только одна сторона – политическое руководство Грузии и его марионеточное альтернативное правительство Южной Осетии», – сказал глава клуба «Гражданское общество – Южная Осетия» Алан Парастаев.

Парастаев имеет ввиду альтернативного прогрузинского лидера Южной Осетии, бывшего министра обороны республики Дмитрия Санакоева, который устроил свою штаб-квартиру в грузинском селе Курта.

Министр информации альтернативного правительства Владимир Санакоев сообщил: «Мы уже оформили 100 тонн мандаринов... Еще два владельца грузовых машин по 80 тонн только что выразили готовность сдать нам свой товар. Не принимаем мы только порченый товар, потому что первые ряды мандаринов в грузовиках все-таки померзли. Главное, что это не торговая операция, а просто возможность поддержать людей, которым Россия отказала в возможности ввезти свой товар».

Комитет печати и информации правительства Южной Осетии заявил, что конфликт на таможне был организован грузинскими спецслужбами.

Старший научный сотрудник отдела этнополитических отношений Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований Маргарита Кулова винит в сложившейся ситуации российскую таможенную политику. «Российская таможенная политика на нынешнем этапе является первым из основных факторов, препятствующих всестороннему развитию экономических связей, в том числе и с Грузией», – сказала она.

«Запрет на ввоз сельскохозяйственной продукции, введенный Россией, носит преимущественно политический характер, поскольку подобные жесткие решения в связи с наличием в продуктах питания вредных для человека веществ могут быть объективно приняты в отношении многих продовольственных товаров, ввозимых в Россию из различных стран мира. Чрезмерное введение административных барьеров на границе наносит экономический урон не только государству в целом, но и населению отдельного региона (Осетии)».

Практически единственным простым человеком, которому мандариновый кризис оказался на руку, является пожилая женщина по имени Зарета, которая живет в ближайшем к таможне селе Нижний Зарамаг. Во время трехнедельного простоя грузовиков на российской таможне Зарета носила туда в термосах кофе и чай. По ее словам, она «не давала людям мерзнуть и смогла хорошо заработать».

Алан Цхурбаев, корреспондент Gazeta.ru в Северной Осетии.