Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Неизбывные травмы воевавших в Карабахе

Многие ветераны не имеют доступа к необходимому им лечению, - говорят психологи.
By Seymur Kazimov

Ветераны войны за Нагорный Карабах, закончившейся поражением Азербайджана, пользуются уважением у себя на родине, однако, по сей день не оправившиеся от нанесенных тем конфликтом травм, они, как говорят активисты, нуждаются в психологической помощи.

Разногласия между армянами и азербайджанцами по поводу будущего Нагорного Карабаха начались еще до того, как распался Советский Союз. Армяне требовали отсоединения региона от Азербайджана. Разразилась полномасштабная война, конец которой положило подписание в 1994 году соглашения о прекращении огня. Карабах и прилегающие к нему районы остались под контролем армянской стороны.

Сотни тысяч азербайджанцев бежали тогда из Карабаха, тысячи молодых мужчин получили увечья – душевные и физические.

«В первый раз меня ранили в правую ногу. После лечения я вернулся на фронт. Но до сих пор эта нога ноет. Когда холодно или занимаюсь физической работой, нога покрывается синяками, начинаются длительные сильные боли», - сказал Вагиф Аббасов, который был студентом, когда началась война. Бросив учебу, он отправился воевать. Сегодня ему 35 лет, но выглядит он на все пятьдесят.

«Я также был ранен в голову. Вылечился и опять вернулся на фронт. Из-за этого ранения у меня нервы не в порядке. По самому незначительному поводу впадаю в истерику. Из-за меня моя семья живет как будто в заключении. Каждую ночь мне снятся кошмары. Вижу, что попал в окружение и никак не могу выбраться. Просыпаюсь в холодном поту».

Такие сны, как говорят психологи, беспокоят многих ветеранов, хотя после войны прошло больше пятнадцати лет.

«Интересно, что во время войны воинам снятся совершенно другие сны, - сказал главный психолог Регионального центра психологии Даянат Рзаев. - В это время самозащита организма бывает сильной. Им обычно снятся сны, в которых они побеждают врага. А после их возвращения с войны происходит обратное».

По словам Рзаева, многие из тех, кто побывал на войне, страдают разными фобиями.

«Одни из-за постоянно снящихся им кошмаров боятся спать, другие боятся открытых помещений, третьи - закрытых. Были у меня и пациенты, которые боялись бриться», - сказал он.

Но, добавил он, уровень лечения таких расстройств в Азербайджане невысок, к тому же многие ветераны просто не могут позволить себе обратиться за помощью к психологу. Недоступным для них остается и лечение физических травм. Так, у Вагифа Аббасова до сих пор под левым глазом остается осколок, но у него нет денег на операцию.

Проправительственные СМИ регулярно сообщают об очередном построенном специально для ветеранов карабахской войны многоквартирном доме. В торжественных церемониях открытия этих зданий неизменно участвует сам президент Ильхам Алиев.

Так, в феврале нынешнего года информагентство «АзерТадж» освещало открытие нового жилого дома в поселке Лёкбатан. Сообщалось, что жильцам дома – инвалидам войны – также выданы машины. На торжестве министр труда и социальной защиты населения Физули Алекберов проинформировал президента Алиева о том, что дом насчитывает 81 квартиру и оборудован с учетом особых потребностей инвалидов.

Сами ветераны говорят, что квартиры – это хорошо, но главной проблемы они не решают. По словам председателя Общественного объединения военных журналистов, полковника-лейтенанта в запасе Узеира Джафарова, бывшие воины нуждаются в том, чтобы им помогали приспособиться к мирной жизни.

«Правда, им выдают квартиры, машины, социальные пособия, но все это не дает должного эффекта», - сказал он.

«Эти люди очень чувствительны, ранимы. Поэтому необходимо безотлагательно рассматривать их жалобы. К сожалению, этому мешают бюрократические препоны, чинимые некоторыми чиновниками».

50-летний Алияр Мусаев – тоже ветеран карабахской войны, участник боев в горах Муровдага. Он работает, чтобы содержать свою семью, но привыкание к мирной жизни дается ему нелегко, память постоянно возвращает его к событиям войны, заставляя его переживать их снова и снова.

«Как будто фильм крутят у меня перед глазами. Много трупов, танки давят их гусеницами, много крови. Как будто все это происходит наяву», - сказал Мусаев.

«25 дней мы оставались в окружении на вершине горы. Семье даже сообщили о моей смерти. В то время я отморозил себе ноги. До сих пор не чувствую тепла. Мы пережили ад. А сегодня я – рабочий-сдельщик. Есть работа - есть деньги, нет работы – нет ничего».

Психолог Даянат Рзаев считает, что первое средство улучшить психическое состояние бывших воинов - обеспечить их работой.

«Надо организовать для них курсы, обеспечить профессией тех, кто ее не имеет. Все это нужно для того, чтобы эти люди, которые потеряли свое здоровье, защищая родину, не чувствовали себя ненужными, отделенными от общества», - сказал он.

Сеймур Кязимов, независимый журналист.