Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

МОСКВА ДЕМОНСТРИРУЕТ «РЕАЛПОЛИТИК» НА АФГАНСКОМ НАПРАВЛЕНИИ

Похоже, Москва пришла к выводу, что сотрудничать с талибами все-таки надо.
By IWPR

Взятие талибами Талукана, административного центра пограничной с Таджикистаном провинции Тахар на севере Афганистана, оказалось полной неожиданностью для России.


После поступления первых известий о том, что лидер Северного альянса Афганистана Ахмад Шах Масуд сдал Талукан силам движения «Талибан», российские военные выступили с опровержением этих сведений.


Не лучше обстояло дело и с информацией, полученной по дипломатическим каналам. Посол России в Таджикистане г-н Пешков не поверил в это сообщение, сославшись на разговор с Масудом, состоявшийся у него буквально двумя днями раньше, мол, ничего не предвещало такого неожиданного исхода…


Объяснить подобную неосведомленность Москвы можно несколькими факторами.


Первое: наступление талибов было столь мощным и хорошо подготовленным, что застало врасплох отряды самого Масуда, и он, будучи опытным полководцем, счел за благо отвести свои силы во избежание их полного уничтожения.


Точно так же он поступал и раньше, например, в сентябре 1996 года, когда заблаговременно вывел своих моджахедов из Кабула, понимая всю бессмысленность сопротивления наступавшим на афганскую столицу талибам.


То что, последнее наступление талибов на Талукан, действительно было неожиданным для Масуда, доказывает тот факт, что всего только за три дня до него он, реальный и единственный военный руководитель своих войск, позволил себе покинуть фронт в Тахаре и прибыть в Душанбе для встречи со спецпредставителем президента Туркменистана по афганскому урегулированию Борисом Шихмурадовым.


Второе: несмотря на существующее мнение об определенной координации действий Масуда с Москвой, не стоит преувеличивать этот фактор. Кроме того, что Масуд вполне самостоятельный «игрок», его, как стало известно из надежных источников, несколько «удивляет» невысокий уровень военной и политической поддержки со стороны России.


Масуд также, мягко говоря, не понимает логику действий руководства некоторых силовых структур России, которые пытаются навязать ему новый союз с одним из бывших руководителей афганского Севера, лидером афганских этнических узбеков, генералом Абдурашидом Дустумом.


В конце августа Дустума пригласили в Москву, где ему была обещана военно-техническая помощь в случае его вступления в военные действия против талибов. Некогда всесильный афганский военачальник был изгнан талибами из Афганистана два года назад, нашел пристанище сначала в Турции, а затем в Иране и растерял все свое влияние.


Дустум много враждовал с Масудом, затем заключал с ним союзы, и в конце концов, заслужил репутацию человека, готового предать любого союзника, чтобы вступить в новый альянс. Многолетняя история взаимоотношений Масуда и Дустума заставляет первого с явным подозрением относится к попыткам снова объединить «заклятых друзей».


Между прочим, по некоторым сведениям, в среде российских дипломатов, искушенных афганским опытом, были также далеки от восторга в связи с попытками «надувания» Дустума российскими же «силовиками». В российском МИДе дали понять, что решение о приглашении Дустума в Москву было принято без всякого согласования с дипломатами.


Официальная реакция Москвы на падение Талукана обнаружила разницу в позициях МИДа России и руководства министерства обороны. Если МИД назвал натупление талибов «циничным», особенно в связи с заверениями руководства «Талибан» в стремлении к мирному разрешению афганского конфликта, то заявление министра обороны России маршала Сергеева выглядело достаточно индифферентным: «Масуд сам разберется со своими проблемами и найдет возможность исправить положение в свою пользу».


В целом, отношение официальной Москвы к последним событиям в Афганистане выглядит весьма далеким от паники. Однако реакция некоторой части российской прессы выглядит принципиально иной. Характерен заголовок газеты «Известия» на первой полосе: «Талибы могут войти в каждый российский дом».


Статья призывает к оказанию, «пока не поздно», немедленной военной помощи северному альянсу так, чтобы упредить наступление выходящих к таджико-афганской границе талибов, вглубь Центральной Азии и дальше в Россию.


При этом мало кто вспоминает, что талибы вот уже 5 лет контролируют обширную афгано-туркменскую границу и 2 года – афгано-туркменскую. И ни в Ашхабаде, ни даже в Ташкенте ни разу не жаловались за это время на попытки «Талибан» нарушить каким-либо образом эти границы.


Очевидные исторические реалии показывают, что за 250 лет существования независимого афганского государства никогда еще населяющие его племена не стремились к внешней экспансии. Наоборот, известны лишь факты иностранной агрессии с целью покорить афганцев. Самые известные из них – войны Британской империи и Советского Союза…


Если говорить о политике России в афганском направлении, то в дополнение к весьма сомнительным попыткам «разыграть» фактор Дустума в последние недели появились и некоторые обнадеживающие свидетельства прагматизма Москвы. В первую очередь это относится к осуществлению первых прямых контактов с руководством движения «Талибан». Такие встречи в закрытом режиме были проведены 17 июля в Ашхабаде между министром иностранных дел кабульской администрации муллой Мутавакилем и «группой российских товарищей», в состав которой входил замдиректора 3-го азиатского Департамента МИД России Александр Марьясов и несколько высокопоставленных офицеров российских спецслужб.


Если вспомнить, что с такого рода конфиденциальных встреч с руководством таджикской оппозиции высокопоставленных российских дипломатов и разведчиков в середине 90-х годов начался процесс внутритаджикского примирения, то можно предположить, что и сейчас в Москве пришли к выводу: с талибами надо работать, поскольку они представляют реальную силу в Афганистане, с которой нельзя не считаться…


В ряду таких обнадеживающих свидетельств буквально в последние дни появилось и еще одно. В Москве без особенного паблисити побывал шеф пакистанской разведки генерал Махмуд, который встречался со директором ФСБ России Николаем Патрушевым и министром обороны Сергеевым.


На вопрос о задачах этой встречи, посол Пакистана в Москве г-н Муршед ответил, что речь шла, в первую очередь, о мирном урегулировании в Афганистане. Если учесть, что российский официоз постоянно упрекал Пакистан в поддержке талибов, то прямой контакт Москвы и Исламабада трудно переоценить.


Более того, результаты переговоров генерала Махмуда с руководством силовых структур России стало основанием для встречи в Нью-Йорке на «саммите тысячелетия» ООН президента России Владимира Путина и военного руководителя Пакистана генерала Первеза Мушаррафа.


Так что, спустя несколько месяцев после угроз Москвы нанести превентивные удары по базам чеченских боевиков, укрываемых талибами, ситуация существенно изменилась. Среди российского руководства, по-видимому, зреет осознание необходимости перейти от малопродуктивной тактики воинственной конфронтации с неудобными партнерами к трудному, но гораздо более перспективному диалогу с ними. Похоже, что Москва возвращается к «реалполитик» на афганском направлении.


Аркадий Дубнов, журналист газеты «Время МN», Москва