Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

КОНЕЦ ЭПОХИ В ТУРКМЕНИСТАНЕ

Чиновники собрались на экстренном заседании с целью решения проблем, которые могут возникнуть во время трудного переходного периода после смерти президента Сапармурата Ниязова.
By IWPR staff
Смерть Сапармурата Ниязова, который являлся первым и единственным президентом Туркменистана, привела к образованию вакуума в политической системе, которая почти полностью была выстроена вокруг его фигуры.

Так как практически ничего не известно о внутреннем функционировании администрации Ниязова – во многом из-за постоянных чисток и частой смены министров, - региональным аналитикам остается только гадать, кто может прийти к власти, и будет ли этот процесс мирным.

Ниязов любил, когда его называли Туркменбаши или Лидером всех туркмен, он был хорошо известен в мире из-за своих эксцентричных политических действий. Но для самой страны его режим был чем угодно, только не шуткой, объединяя в себе слабое экономическое управление, деспотичное вмешательство в систему здравоохранения и другие важные секторы, а также подавление реальной или мнимой оппозиции. Никчемные строительные проекты президента не имели никакого отношения к большинству граждан Туркменистана, которые не замечали практически ни единого признака «Золотого века», который, по словам Туркменбаши, он создал для них.

Присутствие президента ощущалось повсюду в стране: фабрики и города были названы в честь него, средства массовой информации превозносили его достоинства, а написанная им книга «Рухнама» являлась обязательной для прочтения всеми гражданами.

21 декабря по государственному телевидению было объявлено о смерти Ниязова от случившегося ночью сердечного приступа. В стране был объявлен общенациональный траур до 24 декабря - дня похорон, которые должны были пройти по мусульманскому обычаю.

Государственный Совет безопасности и кабинет министров собрались на экстренном совещании, чтобы обсудить детали похорон, а также способы урегулирования проблем предстоящего переходного периода.

В заявлении, сделанном по итогам этого совещания и опубликованном на правительственном веб-сайте, сообщалось о невосполнимой утрате человека, который правил страной 15 лет со дня независимости Туркменистана. В нем говорилось о «непоколебимой и бесконечной» любви народа к его лидеру и о том, что люди «навечно» готовы посвятить себя делу доведения его политики до конца.

Но были также и намеки на то, что переходный период может пройти не совсем гладко.

В официальном отчете этого совещания говорилось о том, что его целью являлось обсуждение «методов по сохранению социальной стабильности и обеспечению закона и порядка», его участники также призвали нацию проявить «гибкость, смелость и сплоченность» в это сложное время. Подобные заявления не были характерны для прежнего режима: когда президент был жив, он не допускал ни единого предположения о том, что народные волнения имеют хотя бы отдаленную степень вероятности.

По итогам совместного совещания вице-премьер-министр Гурбангулы Бердымухаммедов, который одновременно является министром здравоохранения, был назначен исполняющим обязанности президента.

Это решение было очень неожиданным, так как, согласно Конституции, эта должность должна автоматически перейти к спикеру Межлиса (парламента), которым на данный момент является Овезгельды Атаев.

Однако в официальном отчете совещания сказано, что кандидатура Атаева была исключена, так как Генеральная прокуратура возбудила против него уголовное дело. В отчете не говорилось о том, когда именно это дело было возбуждено.

Так как президент Ниязов одновременно являлся и премьер-министром, и главой Халк Маслахаты (созываемый национальный конгресс, который имеет больше законодательных полномочий, чем сам парламент), Бердымухаммедов был следующим кандидатом согласно существующей иерархии. По Конституции, он не может претендовать на пост президента. Выборы должны состояться в течение следующих двух месяцев.

Политолог из Казахстана Эдуард Полетаев сказал в интервью ИА NBCentralAsia, что самым удобным вариантом будет появление в существующем истеблишменте какого-то лидера или политической группы, способных взять ситуацию под контроль.

Однако частые смены министров по причине отставок и арестов, а также чрезмерное почтение, которое чиновники должны были демонстрировать по отношению к Ниязову, привели к тому, что не многие опытные чиновники хорошо известны общественности, и никто из них не может претендовать на то, чтобы быть его преемником.

Полетаев также предупредил, что ситуация может обернуться анархией - во многом из-за того, что созданная Ниязовым атмосфера страха и доносов привела к тому, что люди не доверяют друг другу. К тому же региональные и племенные группировки, которые Ниязов держал в ежовых рукавицах, теперь могут активизироваться, используя прошлых или настоящих политиков, чтобы представлять их интересы.

Эксперт по Туркменистану Марс Сариев полагает, что роль этих региональных элит еще более важна, принимая во внимание отсутствие других политических институтов.

Сариев считает, что вероятна конфронтация между ахальским кланом, к которому принадлежал Ниязов и в чьем регионе расположена столица Ашгабат, и лидерами марийского региона на юго-востоке страны, преимуществом которого являются находящиеся там прибыльные запасы газа.

Эксперт предполагает, что центробежные силы могут также вступить в игру в других регионах, в результате чего Туркменистан рискует разделиться на несколько частей.

Некоторые аналитики полагают, что в отсутствии сильного правительства или парламента решающую роль могут сыграть службы безопасности, сформировав некую временную администрацию, которая могла бы держать все под контролем, способствуя поиску компромисса между различными региональными элитами. Министерство обороны и Министерство внутренних дел в меньшей степени способны на это, чем Министерство национальной безопасности - влиятельная организация, которая занимается слежкой и преследованием точно так же, как и ее предшественник – советский КГБ.

Между тем, туркменская оппозиция, рассредоточенная по России и Европе, почувствовала, что, вероятно, пришел ее долгожданный час. Оппозиционные лидеры планируют даже скорое возвращение в Туркменистан. Наряду с обычными диссидентами в рядах оппозиции также находятся бывшие чиновники – например, живущий в Москве Авды Кулиев; они могли бы составить большую конкуренцию и стать полноценными соперниками, если бы им позволили вновь заняться политикой внутри страны.

Из всех стран, с интересом наблюдающих за происходящим в Туркменистане, Россия следит за развитием событий с особым вниманием. Российская корпорация Газпром покупает некоторую часть туркменского природного газа и предоставляет трубопроводную систему, позволяющую экспортировать его в другие страны, например, Украину.

На протяжении многих лет Москва разговаривала с Ниязовым, стоя на твердых позициях, а иногда даже холодно – имелись разногласия по поводу растущей политической изоляции Туркменистана, положения там этнического русского меньшинства, а споры о цене на газ не прекращались.

Со стороны России не последовало никаких горестных излияний по поводу кончины этого чиновника советской эпохи, который возглавил Туркменистан за семь лет до развала СССР.

В заявлении министра иностранных дел Сергея Лаврова говорилось о надежде Москвы на то, что передача власти в Туркменистане произойдет в рамках закона, а двусторонние отношения будут продолжены. «Мы надеемся, что новое руководство будет действовать в интересах сотрудничества с Россией и региона в целом», - сказал он.