Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЖУРНАЛИСТОВ ЗАРУБЕЖНЫХ СМИ В УЗБЕКИСТАНЕ ПРОСЯТ НЕ ЗАДАВАТЬ ВОПРОСОВ

Государственные чиновники все неохотнее общаются с зарубежной прессой.
By Galima Bukharbaeva

Журналистам, работающим на зарубежные СМИ в Узбекистане, все труднее получить доступ к президенту Исламу Каримову, а государственные чиновники все чаще уклоняются от ответов на «трудные» вопросы, или просто отказываются общаться с представителями иностранной прессы.


Так, корреспонденты информационных агентств AP (Ассошиэйтед Пресс), UPI (Юнайтед Пресс Интернэшэнэл), Агентства Франс Пресс, газеты «Либерасьон» и радио «Свобода» не были допущены на интервью с Исламом Каримовым во время работы последней сессии парламента Узбекистана в конце апреля.


По сложившейся традиции во время перерыва Ислам Каримов встречается в холле парламента со всеми журналистами, приглашенными на сессию, и каждый из них имеет возможность задать главе государства интересующий его вопрос. Сопровождающие президента лица всегда оберегали его от вопросов критического свойства, но в последнее время делают это особенно ретиво.


По словам многих журналистов, не раз принимавших участие в подобных блиц-интервью, это - нелегкое испытание для пресс-службы президента, представители которой внимательно следят буквально за каждым движением и словом журналистов, и подают сигналы за спиной президента, если звучит вопрос, который его раздражает или ставит в затруднительное положение.


Если журналисту удается нарушить планы пресс-службы и задать президенту неожиданный вопрос, после такой «выходки» он получает отповедь от пресс-секретаря Рустама Джумаева. Однажды Джумаев накинулся на корреспондента таджикской службы радио «Свобода» Мирасрора Ахророва за то, что тот посмел задать президенту вопрос после того, как Джумаев подал ему знак молчать.


«Так вы меня не слушаетесь, вы поступаете, как вам хочется, теперь вы у меня посмотрите!», - кричал пресс-секретарь.


Сам Каримов вряд ли в курсе действий своей пресс-службы, так как Джумаев пытается руководить журналистами из-за его спины. Многие вопросы Каримов встречает с интересом, а порой откровенно признается, что не знает ответа на тот или иной вопрос. Это подтверждает предположение некоторых экспертов о том, что окружение президента утаивает от него информацию о происходящем в стране.


С большим удивлением воспринял Каримов вопрос одного из журналистов, заданный на сессии парламента в августе 2002 года, о том, что правоохранительные органы разгоняют мирные пикеты, а две правозащитницы были насильно положены в психиатрическую больницу. «Впервые об этом слышу. А чего они хотели?», - удивился президент.


Пресс-служба сделала соответствующие выводы из этой ситуации, и на следующей сессии парламента в декабре прошлого года впервые заранее был составлен список «благонадежных» журналистов, допущенных на интервью с президентом.


Во время последней сессии парламента в апреле 2003 этот «полезный опыт» был вновь использован. «Мы включаем в список только представителей международных информационных агентств», - сказал Шерзод Кудратходжаев - сотрудник пресс-службы аппарата президента корреспондентам AP, UPI, AFP и др.


Несколькими минутами позже причина отказа журналистам в допуске была подкорректирована: «У нас на всех не хватит стульев и места - в нашем распоряжении лишь небольшая комната», - объяснил Кудратходжаев.


«Уже больше года мы не можем задать Каримову ни одного вопроса - ни на заседаниях парламента, ни на пресс-конференциях. Пресс-служба устроила нам настоящую блокаду», - сказал один из журналистов в беседе с IWPR.


По оценке одного из корреспондентов зарубежных СМИ, принципом отбора журналистов на интервью с Каримовым является их лояльность режиму и нежелание задавать смелые, критические вопросы. Журналисты государственного телевидения и радио Узбекистана, разумеется, в списке.


Президентская пресс-служба часто сама составляет списки вопросов, которые можно или необходимо задать президенту. Когда в Ташкент приезжают иностранные делегации, сопровождающих их журналистов охотно приглашают для беседы с Каримовым. Как правило, они слабо владеют ситуацией в стране и не задают «опасных» вопросов.


В результате в прессе не сообщается ничего мало-мальски интересного или неожиданного. «Читаю отчет о последней сессии и вдруг понимаю, что не прозвучало ни одного интересного вопроса. Соответственно, не было и интересных ответов», - сказал в беседе с IWPR представитель одной международной организации, пожелавший сохранить анонимность.


Бывший журналист, а ныне - юрист «Интерньюс-Узбекистан» Карим Бахриев считает, что подобная политика власти является контрпродуктивной. «Крупные политики не должны бояться острых, незапланированных вопросов. Они должны быть готовы к любому вопросу и находить выход из любых ситуаций, не роняя своего достоинства, а такое поведение не делает чести пресс-службе президента», - сказал он.


Аналогичная ситуация складывается и в регионах. Там правила общения с иностранными журналистами устанавливают главы местных администраций.


Сегодня в Самаркандской области вряд ли кто из преподавательского состава школ и ВУЗов решится побеседовать с иностранным журналистом после случая с завучем самаркандской школы номер 68 Муродом Мадиевым, который в конце прошлого года дал интервью российской телекомпании RenТV.


В интервью Мадиев рассказал, как власти заставляют школьников Самарканда два месяца в году собирать хлопок, отрывая от учебного процесса. Чтобы придать законность эксплуатации детского труда, учеников заставили написать заявления, что они едут на хлопок по личной инициативе из патриотических чувств.


После выхода в эфир этого сюжета Мадиева вызвали сначала к главе района Рахиме Хакимовой, где допрашивали и запугивали в течении двух часов. Затем его допрашивал капитан милиции, и требовал написать объяснительную на имя главы области. Спустя неделю глава района устроила повторный 4-х часовой допрос, обвинив Мадиева в том, что он организовал репортаж по собственной инициативе.


Травля кончилась тем, что учитель попал в больницу с сердечным приступом. Недавно, пытаясь восстановить свои права, Мадиев вынужден был обратиться с открытым письмом к президентам Узбекистана, США и Германии.


«Почему чиновники боятся правды и честных журналистов? Если люди будут много знать, то будут отстаивать свои законные права. Но главная причина в том, что большие чиновники боятся потерять свои должности после критических статей, потому и преследуют свободомыслящих людей», - сказала преподаватель и правозащитник Назира Дониева.


За последние годы в Узбекистане возросло число профессиональных журналистов, сотрудничающих с зарубежными СМИ. Раньше власти не препятствовали их деятельности, так как не хотели портить отношения с их зарубежными работодателями. Кроме того, эти СМИ не имели большой аудитории в Узбекистане.


В последнее время ситуация изменилась. Интернет сделал информацию доступной для многих людей в Узбекистане, и в первую очередь - для политической элиты. Теперь последствия нежелательной утечки информации могут быть гораздо более катастрофичными для чиновников.


Галима Бухарбаева – директор IWPR по Узбекистану


Артур Самари – независимый журналист из Самарканда