Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ГРУЗИЯ: ДО ВОЗВРАЩЕНИЯ В КОДОРИ ДАЛЕКО

Беженцам из гор Абхазии предстоит зима вдали от дома.
By Koba Liklikadze
Еще не покрыл снег горы Западной Грузии, а с Верхним Кодорским ущельем уже почти нет никакой связи. Тысячи грузин, бежавших из ущелья в августе, когда оно было захвачено российскими и абхазскими войсками, постепенно свыкаются с мыслью, что в ближайшем будущем вернуться домой им не удастся.

После того, как 12 августа, воспользовавшись кризисом вокруг Южной Осетии, абхазы вошли в этот регион, являвшийся единственной контролируемой из Тбилиси частью Абхазии, которую грузинские власти называли Верхней Абхазией, почти все его жители, теперь ставшие беженцами, нашли приют в низинных районах Западной Грузии. Единственным источником информации о ситуации в ущелье являются беженцы, которых российские и абхазские военные еще пускают туда, чтобы те могли забрать личные вещи.

Мевлуд Джачвлиани – один из тех жителей, которые последними покинули ущелье. Это случилось 11 августа, когда еще не началось наземное наступление на Кодори, но уже вовсю бомбились с воздуха располагавшиеся там здания грузинской полиции и прогрузинского «правительства Абхазии в изгнании».

«Нас бомбили только с воздуха, - сказал Джачвлиани. - Но эти атаки были ужасны. Налетали сразу десять самолетов. Мы сидели в машине, когда в 400 метрах от нас сбросили бомбу. Ударная волна была такой сильной, что мы едва не лопнули».

«Все [правительственные] коттеджи сгорели дотла. Пострадали и другие здания - в школе не осталось ни одного целого окна. Все было разрушено».

Регион совсем опустел: из 2500 человек, живших там до конфликта, теперь осталось человек тридцать – большей частью старики. Над руинами здания, в котором совсем недавно размещалось «правительство в изгнании», теперь развевается флаг Абхазии. Так описал IWPR ситуацию один не пожелавший назвать себя грузинский священник, который до сих пор находится в оккупированном ущелье.

По словам священника, во время бомбежек в ущелье никто не пострадал. «К счастью, - сказал он, - обошлось без жертв, и только несколько нежилых зданий получили повреждения. Но с 11 августа подразделения МВД и министерства самообороны начали эвакуацию населения, а на другой день и сами покинули его».

12 августа на трех вертолетах в Верхнюю Абхазию прибыл абхазский десант. Уже 15 августа из Зугдиди зашли русские. До этого абхазы и казаки ограбили народный банк и здание администрации. Они унесли большое количество боевых припасов и оружия, которое не успели уничтожить грузинские вооруженные подразделения».

Грузинские власти установили контроль над ущельем в июле 2006 года. До тех пор там верховодил лидер местного ополчения Эмзар Квициани. Ходили разговоры, что именно Квициани руководил абхазами и казаками, вошедшими в ущелье в августе. Однако эта информация не подтверждается. Глава про-грузинского правительства Абхазии Каха Акишбая сообщил, что теперь в роли главного в ущелье выступает некий Заза Гурчиани, известный как близкий союзник Квициани.

Абсолютно преобладающее большинство населения этого региона составляют сваны – представители одной из грузинских этнических подгрупп, имеющие свой собственный язык.

Августовские события в ущелье остаются предметом горячих споров. Главный вопрос, которым задается грузинская общественность, звучит так: почему подразделения министерств внутренних дел и обороны Грузии, общая численность которых составляла около 1600 человек, без боя оставили стратегически важное ущелье, при этом бросив там большие запасы оружия?

Официальные лица избегают комментировать случившееся. В интервью газете «Батумелеби» источник в грузинском министерстве обороны рассказал – на условиях анонимности – о действиях грузинских военных в последние моменты перед тем, как они покинули ущелье.

«Мы взяли с собой все, что смогли, кроме артиллерии, - сказал он. - То, что мы не смогли увезти с собой, мы уничтожили на месте – начиная с правительственных зданий и заканчивая порохом. Также мы оставили американские автоматы М-4. Самой последней вышла наша группа в составе 150 человек. Мы заминировали территорию, установили ловушки и только после этого покинули ущелье»

О том, что было найдено в покинутом грузинскими войсками ущелье, много говорит российская пресса. Публикуются фотографии с изображением груд «брошенного» оружия американского производства.

Грузинские эксперты называют эти сообщения преувеличенными. Так, полковник в отставке Гиорги Тавдгиридзе, ссылаясь на информацию из надежных источников, утверждает, что грузинским силам удалось вывезти из ущелья основную часть боевой техники. «Хотя, - добавляет он, - возможно, что какая-либо отдельная группа бросила оружие из страха или по какой-то другой причине».

Грузинское руководство требует, чтобы абхазские и российские силы ушли из ущелья, однако это, судя по всему, не входит в их планы на ближайшее будущее. 500 километров отделяют от Тбилиси этот регион, который, к тому же, не входит ни в одну из двух так называемых «буферных зон» (охватывающих территории вокруг Абхазии и Южной Осетии), откуда Россия обещала вывести свои войска до 10 октября.

В настоящий момент в центре внимания находится Ахалгорский район, где большинство населения составляют грузины. Москва продолжает держать там свои войска, утверждая, что этот район является частью Южной Осетии, а не Грузии, как это доказывает Тбилиси.

Не достигли стороны согласия и на состоявшихся 15 октября переговорах в Женеве – встреча российских и грузинских представителей закончилась, едва успев начаться.

Неясно и то, будет ли позволено наблюдателям Мониторинговой миссии Евросоюза войти в Кодорское ущелье, где до абхазского наступления наблюдение патрулирование осуществляли наблюдатели ООН. В ущелье ведут две дороги. Обе проходят через село Ажара и в настоящее время полностью контролируются абхазскими и российскими силами.

В селе Ажара у Дали Кванчиани было небольшое кафе. В следующем году она собиралась открыть ресторан, однако теперь вместе со своей семьей Дали вынужденно гостит у родственников в Цкалтубском районе (Западная Грузия) – уже во второй раз с 1993 года ей пришлось покинуть родной дом.

«В кафе осталось много продуктов и одежды, - сказала она. - Когда я вернулась из Зугдиди, чтобы забрать их, стоящие на посту в Хаиши русские очень легко меня пропустили. Просто попросили документы. А на обратном пути даже дали мне специальный пропуск с подписью русского полковника».

«Кафе я нашла ограбленным и уничтоженным. Что мне оставалось делать? Я взяла все, что можно было унести, и ушла. Это кафе было мне и домом и работой, а война в один день все это у меня отобрала».

И все же Дали не теряет оптимизма – она верит, что однажды она сможет вернуться домой, к своей работе. Но, говорит она, это точно не произойдет в ближайшие месяцы.

Еще в сентябре Высшая комиссия ООН по делам беженцев посоветовала беженцам подождать с возвращением в Кодори до весны. «Исходя из того, что перевалы в горах блокируются уже с ноября, было бы невозможно обеспечить [ущелье] достаточным запасом еды и дров до наступления зимы»,

С природой приходится считаться уже сейчас. Не далее, чем через месяц горы покроются снегом, и доступ в Верхнее Кодорское ущелье, уже сейчас ограниченный, окажется закрытым совсем.
The weather is already deciding the issue. In just a month's time, the snow will
cover the mountains, blocking whatever access the people of the Upper Kodori Gorge
have to their homes.

Коба Ликликадзе, корреспондент Радио Свобода, Тбилиси.