Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

В ПОИСКАХ ПОТЕРЯННОГО РАЯ

Адыгов, возвращающихся на землю своих предков, ожидает холодный прием.
By Natalia Nagoeva

Хаджи-Мурат был воспитан на сказках его родной Адыгеи.


Все его детство бабушка и дедушка рассказывали ностальгические истории о своей жизни у подножия Эльбруса. Они с гордостью описывали героические деяния северокавказских племен, решившихся противостоять Российской империи и героев, которые погибали со словами: "Продай свою жизнь, чтобы купить честь".


Сейчас, спустя более века после того, как его прадед бежал в Турцию от преследования русских, Хаджи-Мурат вернулся домой.


"Приехав в Кабардино-Балкарию и оставшись здесь жить, я выполняю предсмертное желание моего отца, деда и прадеда", - говорит он, - "я знаю, что души моих предков радуются, и мой отец, который так и не смог вернуться на родную землю, гордится мной".


Хаджи-Мурат - один из тысяч этнических адыгов, пытающихся найти на Северном Кавказе потерянный рай. Некоторые из них надеются наладить свою жизнь на земле предков, другие приезжают из любопытства и чувства ностальгии.


Но местные власти не встречают новых экспатриантов с распростертыми объятиями, а российские газеты пестрят статьями о "массовом возвращении жителей Северного Кавказа с целью создать Великое Черкесское Государство".


Поэтому большинство тех, кто отважился вернуться, через несколько месяцев уже спешат обратно в эмиграцию.


История адыгских народов - черкесов, абазин, кабардинцев - трагична. Не выдержав жестокого противостояния захватнической российской армии, во второй половине 19 века тысячи кавказцев бежали на юг - в Турцию, Сирию и Иордан.


Второй массовый исход произошел уже в советскую эпоху, когда в 1944 году по приказу Сталина целые народы были депортированы в Среднюю Азию.


Большинство историков сходятся на том, что количество адыгов, проживающих в Адыгее, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкессии, составляет всего несколько сотен тысяч, тогда как за границей живет как минимум три миллиона представителей этой национальности.


Первые эмигранты вернулись на Северный Кавказ в начале девяностых годов, и с тех пор их поток не иссякает. В 1998 году российские власти дали добро на репатриацию 100 этнических адыгов из опаленного войной Косово.


В целом, местные иммиграционные законы не делают исключений для выходцев из бывших субъектов Российской Федерации. Адыги, желающие вернуться в Кабардино-Балкарию, должны ждать получения гражданства до 8-ми лет. Только в Адыгее власти сделали хоть какую-то попытку ускорить процесс.


Иммигранты, не поладившие с системой, немедленно депортируются. Хаджи Байрам, адыг, родившийся в Иордане, пришел в отделение милиции Нальчика заявить о краже документов. Ему тут же было предписано покинуть республику в 24 часа.


Только после того, как Байрам обратился лично к президенту Валерию Кокову и оспорил решение милиции в местном суде, ему разрешили остаться.


Адыгейские национальные ассоциации, такие как Адыгэ Хасэ, сформировали специальные комиссии, которые занимаются делами по репатриации. Эти шаги придали вопросу политическую значимость, но мало помогли самим репатриантам.


Основная масса населения подозрительно относится к вновь прибывшим. Люди волнуются за свои рабочие места, ведь уровень безработицы достиг рекордной отметки.


Многие адыги приезжают учиться, надеясь найти друзей среди представителей своего народа. Однако большинство из них живет в общежитиях вместе с другими иммигрантами, и они оказываются отвергнутыми студенческим сообществом.


Иммигранты часто становятся жертвами воров и организованных преступных группировок, которые видят в них богатых иностранцев.


Один тридцатилетний адыг, приехавший в Нальчик из Турции, семь лет копил деньги, чтобы купить небольшой домик и машину. Однажды ночью банда грабителей ворвалась в его дом, все имущество бандиты погрузили в его машину и уехали. Но владелец не упал духом - через несколько месяцев к нему из Анкары переехала вся семья.


Это упрямство разделяют многие иммигранты. Самое главное для них - право называться адыгами и говорить на родном языке. Это право было отнято у их отцов и дедов, всю жизнь проживших в изгнании.


Наталия Нагоева - независимый журналист из Нальчика, Кабардино-Балкария.