Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

Возвращение детей таджикских боевиков ИГ

Прилагаются усилия по выявлению и репатриации десятков детей и молодых людей.
By IWPR

Оише было всего 14 лет, когда ее отец вывез всю семью из их дома в Таджикистане в Ирак и присоединился к Исламскому государству (ИГ).

Затем девочка-подросток вышла замуж за другого бойца ИГ.

После того, как город Мосул был повторно захвачен в прошлом году, власти Ирака нашли Оишу и двух её младших братьев и сестру. Судьба родителей и мужа Оиши неизвестна.

В апреле трёх сестёр Оиши вернули в Таджикистан, но беременная на том момент Оиша не могла лететь вместе с ними на самолёте. После родов в конце июня суд Багдада выдал разрешение Оише и ее ребенку покинуть Ирак и вернуться в Душанбе.

Тётя Оиши Гульбахор Асланова рассказала, что Оиша с ребенком обустраиваются в Таджикистане, государственные органы  оказывают им поддержку.

«Они живут в Душанбе со мной, состояние здоровье и поведение у них хорошее, как у всех. Все нужные документы детей готовы, и уже в сентябре планируем пойти в школу», - сказала Асламова.

Около десятка таджикских детей, чьи воевавшие на стороне ИГ родители были убиты или задержаны в Ираке и Сирии, были возвращены домой, но судьба многих других остается неясной.

По данным Министерства внутренних дел Таджикистана, боевики, направившиеся на Ближний Восток, увезли с собой около 400 женщин и детей.

Считается, что около 30 таджикских женщин находятся в тюрьмах Ирака. Некоторые из них были осуждены за вступление в брак с бойцами ИГ, в то время как другие все еще ожидают суда. Большинство из них – молодые женщины с детьми.

Клавдия Аззолини, глава Представительства Международного комитета Красного креста в Таджикистане (МККК), отметила, что главным препятствием на пути возвращения этих детей является установление их личности.

«Они [матери] боятся говорить свои настоящие имена», - пояснила она. «Мы стараемся найти их родственников, стараемся их разговорить. Дети также в большинстве случаев родились не в своей стране, а в других государствах, и либо не могут говорить на родном языке, либо говорят очень плохо. По их внешности нельзя определить их национальную принадлежность».

Поскольку Таджикистан не имеет дипломатических представительств ни в Ираке, ни в Сирии, процесс репатриации детей осуществляется посольством Таджикистана в Кувейте.

Уполномоченная по правам детей Раджабмох Хабибуллозода подтвердила, что иракские власти возбудили уголовные дела в отношении ряда задержанных жен таджикских боевиков ИГ.

Хабибуллозода уточнила, что иракское законодательство не препятствует возвращению таджикских детей на родину, но возвращение зависит от установления и подтверждения их гражданства.

«Однако это непростое дело, конечно, потребуется определенное время», - пояснила она. «Некоторые из детей, которые там находятся, родились уже там и, к сожалению, у них нет никаких документов, удостоверяющих их личность. Посольство Таджикистана в Кувейте проводит работу для установления личности детей, подготовки документов и возвращения их на Родину».

Аззолини сказала, что малолетних детей в иракских тюрьмах содержат вместе с матерями.

«Детям старше трех лет не разрешается находиться с матерью в тюрьме», - продолжила она. «Согласно законодательству Ирака, решение о вывозе детей в Таджикистан принимает суд … с согласия осужденной матери. Если ребенку больше трех лет и мать отказывается давать разрешение на его вывоз в Таджикистан, тогда компетентные органа Ирака отвозят ребенка в детские дома страны. Конечно, ведется поиск родных ребенка в Таджикистане, которых спрашивают о том, есть ли у них возможность принять его у себя. Если родные не найдены, ребенка сдают в приемные дома Таджикистана”, - заключила Аззолини.

Эксперты по правам детей подчеркивают важность работы с возвращающимися из мест военных конфликтов детьми, призванной помочь им реинтегрироваться и вести нормальную жизнь.

Таджикский психолог Махмудшох Кабиров отметил, что профессиональная помощь в таких случаях чрезвычайно важна.

«В противном случае детям будет трудно адаптироваться в обществе, и они либо будут страдать из-за травм, либо могут стать враждебными по отношению к таджикам», - сказал Кабиров

Хабибуллозода сказала, что ее ведомство навещает и поддерживает всех вернувшихся детей. Она признаёт, что они зачастую находятся в очень неблагоприятных условиях.

«Обязательно нужно обсуждать вопросы их прав и свобод и обеспечить им доступ ко всем правам, на которые имеют права другие дети», - сказала она.

Как заявила Хабибуллозода, большинство детей вернулись жить к членам своих семей.

«Сейчас они живут в спокойной обстановке.  Мы находимся в постоянном контакте с местными властями, где живут дети. Вместе с ними мы стараемся следить за тем, чтобы эти дети могли пользоваться всеми правами, которые должен иметь каждый ребенок в Таджикистане, ... они ещё маленькие и могут не понимать [последствий войны], но чтобы это не сказалось на их здоровье в будущем, мы нанимаем опытных психологов для работы с ними».

Работающий с вернувшимися в Таджикистан детьми психолог МККК Бхава Паудваль сказал, что тактичность и чуткость являются ключевыми факторами в его работе.

Он вспомнил случай с 11-летней девочкой Марьям, которая сказала ему, что ей не нравится, когда люди вокруг нее задают ей много вопросов.

«Только психологи компетентны допрашивать этих детей», - сказал Паудваль. «Им задают не очень приятные вопросы вроде «Что вы там видели?» или «Что там происходило?». Теперь мы должны поддерживать их, чтобы они были обычными детьми, и держать их подальше от всего, что может им навредить».