Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

АМНИСТИЯ В ДАГЕСТАНЕ ФИКЦИЯ?

Вооруженное противостояние между милицией и боевиками продолжается и после амнистии.
By Diana Alieva
Спустя три месяца после того, как истек срок амнистии для участников действующих на территории Северного Кавказа незаконных вооруженных формирований, эксперты задаются вопросом о том, принесла ли эта мера какие-нибудь результаты в Дагестане – в самой большой республике региона, где столкновения между местными силовиками и подпольными группировками продолжаются по сей день.

Сообщения, связанные с экстремистами – неизменная часть ежедневных сводок дагестанских новостей. К примеру, за последний месяц были ликвидированы три лидера террористов, которые, согласно новостным сообщениям, планировали проведение диверсионно-террористических актов на Северном Кавказе.

В то время как в соседней Чечне политическое насилие в последнее время пошло на спад, в Дагестане в этом плане не наблюдается никаких значительных подвижек.

По словам источника в республиканском МВД, самым неспокойным является Хасавюртовский район, расположенный на границе Дагестана с Чечней. «Мы там часто находим схроны и базы боевиков», – сказал он IWPR.

Другой источник рассказал: «Установлено, что террористическая группа "Шариат", в которой состоял известный в Дагестане боевик Махач Расулов, хорошо финансировалась из-за рубежа. Наверное, не на благотворительные цели. Меня поражает, что отдельные граждане выступают в их защиту и высказывают предположения, что они пострадали из-за своих религиозных убеждений».

21 сентября прошлого года российская Госдума объявила на Северном Кавказе амнистию, которая касалась как участников незаконных вооруженных формирований, так и федеральных военнослужащих. Лица, причастные к серьезным преступлениям, таким как, например, терроризм, бандитизм, убийство, от уголовной ответственности не освобождались.

«Практически она применяется к категории лиц, не совершивших особо тяжких преступлений, с целью возвратить их к мирной жизни. Однако надо отметить, что не все это понимают, и некоторые воспринимают амнистию как проявление всепрощенчества и слабости государства и возвращаются к преступной деятельности», – сказал как-то на пресс-конференции министр внутренних дел Дагестана Адильгерей Магомедтагиров.

По официальным данным, за время действия амнистии – с сентября прошлого года до января нынешнего – на всей территории Северного Кавказа правоохранительным органам добровольно сдались 546 человек, в том числе 470 в Чечне, и только 41 человек – в Дагестане. Более половины из них сдались в Хасавюртовском районе.

"В основном, эти люди были из окружения боевиков, подыскивали им явочные квартиры, занимались перевозкой, – сообщила начальник пресс-службы дагестанского министерства внутренних дел Анжела Мартиросова. – Возраст сдавшихся колеблется в пределах от 20 до 45 лет».

В отличие от Чечни, в Дагестане считают, что амнистия себя не оправдала. Местные аналитики по-разному объясняют причины, по которым большая часть боевиков так и не сложила оружия.

«Эта амнистия является мероприятием, разработанным исключительно в интересах [президента Чечни] Рамзана Кадырова, – говорит правозащитник Гейдар Джемаль. – Очевидно, что на Северном Кавказе она ничего не изменила. Что касается Дагестана, то противостояние между министерством внутренних дел и обществом только усилилось».

Причиной низкой эффективности амнистии заместитель главы администрации Хасавюрта Арсланали Муртазалиев называет отсутствие у людей доверия по отношению к правоохранительным органам.

«Никто не хочет давать конкретные гарантии тем, кто готов вернуться. А тому, что говорят некоторые руководители правоохранительных органов, люди просто не верят», – сказал он.

Свою точку зрения предложил житель Махачкалы Магомед Ахмадов. «Видимо, не до всех боевиков дошла информация об амнистии, – сказал он. – Ведь боевики по улицам не ходят и газет не читают».

"Объявляемые властями амнистии неспособны вернуть к мирной жизни реально воюющих боевиков, – считает адвокат Карим Ахмеднабиев. – Я думаю, что сдались властям лишь те, кто уже и так отошел от боевой деятельности, легализовавшись в населенных пунктах».

Еще более категоричен в своем мнении другой эксперт, назвавший амнистию «фикцией». По словам редактора отдела журналистских расследований газеты "Новое дело" Ахмеднаби Ахмеднабиева, амнистия предназначена только для тех боевиков, чьи руки не испачканы в крови. «А для кого же она тогда? – спрашивает он. – Для пары десятков родственников боевиков, их жен или тех, кто выполнял в их рядах функции поваров, или возил их на явочные квартиры? Это они представляют для Дагестана реальную опасность?»

«Не так давно несколько представителей джаамата села Гимри обратились с просьбой к руководству республики о том, чтобы президент выступил гарантом непреследования в случае добровольной сдачи раскаявшихся боевиков из этого села. Президент отказал».

За последние два года имело место несколько случаев уголовного преследования по обвинению в участии в незаконных вооруженных формированиях и терроризме. Дагестанцы, проходившие по этим делам, заявляют, что стали жертвами сфальсифицированных правоохранительными органами обвинений.

В их числе правозащитник Осман Болиев и брат предполагаемого террориста Багауддина Магомедова Абас Кебедов.

Недавно Верховный суд России вынес оправдательный приговор Ханали Умаханову, который к тому времени уже провел несколько лет в тюрьме, необоснованно обвиненный в участии в проведении теракта в мае 2002 года в городе Каспийске.

Дагестанский президент Муху Алиев, пришедший к власти с программой реформ в прошлом году, дал такую оценку проблем, которые республике предстоит решить.

«Терроризм на Северном Кавказе останется еще долго, – заявил он. – В частности, потому, что в регионе высокий уровень безработицы. Амнистированные боевики пополняют ряды безработных, потому что, в отличие от Чечни, в Дагестане нет президентских полков и служб безопасности, рассчитанных на эту категорию населения».

Чиновники и эксперты представляют противоречивую информацию относительно числа действующих на территории республики боевиков. Разница в заявляемых ими цифрах велика – от 20-30 до 1000 человек.

Более точны данные о числе убитых и задержанных. Так, сообщается, что в прошлом году было убито 60 членов незаконных вооруженных формирований, и 145 – задержано. В течение первых трех месяцев текущего года убито 13, задержано 28 боевиков.

Это свидетельствует о том, что исламистское подполье Дагестана сохраняет определенную силу. Власти надеются, что амнистия – пусть она и не принесла желаемых результатов – чему-то их все-таки научила, и этот опыт поможет им в борьбе с террором.

Диана Алиева, корреспондент газеты “Свободная республика», Дагестан, участница осуществляемого IWPR проекта «Общекавказская журналистская сеть».