Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

АЗЕРБАЙДЖАНСКИЕ БЕЖЕНЦЫ МЕЧТАЮТ ВЕРНУТЬСЯ ДОМОЙ

С болью и ностальгией вспоминают беженцы из Шуши о своей родине.
By
Месяц тому назад в поселке Раманы, что расположен примерно в 20 километрах от столицы Азербайджана Баку, состоялось открытие нового жилого массива для беженцев.

Вокруг аккуратных белых зданий не растет ни единого дерева. Солнце стоит высоко, исчезли даже тени домов. Но, несмотря на жару, во дворе играют в футбол дети. Их так много, что можно подумать: взрослые здесь не живут. Меж тем женщины суетятся по хозяйству внутри зданий.

400 из 450 семей, размещенных в новом поселке, приехали из Шуши – города в Нагорном Карабахе. Изгнанные из своих домов армянами в 1992 году, они поначалу жили в здании санатория в поселке Загульба, недалеко от Баку.

На ступеньках дома №96 – собственными названиями поселок пока не обзавелся – сидит, задумавшись, женщина средних лет. Разбросанные во дворе вещи указывают на то, что хозяева пока не успели как следует обжиться в новом доме.

Дома в новом поселке состоят из одной, двух или трех комнат. Каждая семья имеет свой земельный участок. В поселке проведены вода, газ и электричество, уже построены здания, где разместятся средняя и музыкальная школы, амбулатория, почтамт и местная администрация.

Глава проживающей в доме №96 семьи Нияз Мамедов вышел поприветствовать нас и, узнав, что мы журналисты, охотно с нами разговорился. Выходец из села Малыбейли, расположенного недалеко от города Шуша (армянское название звучит как Шуши), Мамедов говорит, что не считает это новое жилье своим домом.

Внимание корреспондентов IWPR привлек стоявший в углу комнаты старинный сундук. По словам хозяйки дома Гаранфил Мамедовой, которая все время беседы держала на руках свою маленькую внучку, этот сундук единственное, что они смогли взять с собой из дома в Малыбейли.

«Нам не нужно постоянное жилье в Баку, – сказал Мамедов. – Как только наши земли освободятся, мы оставим эти дома и вернемся в родную Шушу. И с собой ничего не возьмем. Как ушли из Шуши, не взяв с собой даже соломинки, так и вернемся. Лишь бы еще раз ступить ногой на ту землю».

Мамедов и его семья покинули Малыбейли в феврале 1992 года. В тот период население этого азербайджанского села составляло около 4500 человек. Они бежали через леса, спасаясь от огня атаковавших село армянских военных сил.

«Люди долго ходили голодными по лесным дорогам. Ели только снег. Кого убили пули, а кого – голод и холод. А мертвых пришлось оставить там же».

Большинство этих беженцев (их еще называют внутренне перемещенными лицами) безработные. Некоторые занимаются торговлей, а Нияз Мамедов зарабатывает на жизнь плотничеством. От государства они ежемесячно получают 9 манатов (около 10,5 долларов США) – «на хлеб».

Мамедов не верит, что Шушу можно будет вернуть мирным путем. Он сомневается в том, что армяне так легко уступят этот красивейший город и его плодородные земли. Но он уверяет, что готов жить в Шуше по соседству с армянами – совсем как в прежние времена.

«Думаю, что когда мы вернемся туда, безопасность населения будет обеспечена», – сказал он.

Рима Мурсалова, директор Малыбейлинской средней школы, которая теперь находится в этом поселке, также помнит, какими добрыми были их отношения с армянами до войны.

«Мы доверяли им как близким соседям, – сказала она. – С балкона нашего дома Ханкенди [армяне называют этот город – столицу Нагорного Карабаха – Степанакертом] был виден как на ладони».

Мурсалова считает, что тех отношений не вернуть, но увидеть еще одну войну, новое кровопролитие, она не хочет.

«У нас есть такая поговорка, что кровь кровью не смоешь. Но забыть все, что было, тоже очень трудно, – сказала она. – Армяне уничтожили несколько семей из нашей деревни, от взрослых до детей. Целые семьи, понимаете? Как можно это забыть?»

Некоторые из тех, кто бежал из Шуши в 1992 году, до сих пор не оправились от пережитого.

64-летняя Весиля Салимова живет вместе с сыном и его семьей в одной комнате общежития бакинской Нефтяной академии. Ее муж умер три года назад.

Она не может вспоминать без слез тот день, когда ей пришлось покинуть Шушу. «Знаю, что снова жить с армянами в соседстве будет нелегко. Но если нам вернут наши земли, я готова смириться с этим».

Вопросы, связанные с этим городом и примыкающим к нему Шушинским районом, где в советское время преобладающую часть населения составляли азербайджанцы, составят одну из наиболее спорных тем, которые должны будут обсудить президенты Ильхам Алиев и Роберт Кочарян на их предстоящих в Санкт-Петербурге переговорах по Нагорному Карабаху.

Фактически решенным делом считается, что при любом мирном соглашении почти все азербайджанские территории вокруг Нагорного Карабаха, ныне находящиеся под контролем армянской стороны, будут возвращены Азербайджану. Однако решать судьбу города Шуша, расположенного в самом сердце Карабаха, будет гораздо сложней.

Как сообщает Эльхан Алекперов, являющийся заместителем главы администрации города Шуша в изгнании, число вынужденных переселенцев из Шушинского района составляет 27,200 человек. Это на 3000 человек больше, чем до начала в 1992 году конфликта.

По словам Алекперова, никто из них не живет в палаточных или финских городках. Основная их часть, говорит он, размещена в общежитиях, санаториях и пансионатах.

Алекперов признает, что большой проблемой является обеспечение переселенцев из Шуши работой, однако, уверяет он, его администрация делает для этого все возможное.

Он считает, что любое окончательное соглашение должно предусматривать присвоение Нагорному Карабаху статуса автономии исключительно в составе единого Азербайджана.

«Нам лишь бы вернуться на свои земли, после можно жить и в соседстве с армянами. Если они подчинятся законам, конституции Азербайджана, почему нам не жить с ними в мире», – сказал Алекперов. – А если они не согласны на это, то им придется оставить Карабах. Мы не собираемся уступать земли наших отцов и дедов армянам».

Уроженец Шуши, политолог Табиб Гусейнов говорит, что общества сторон в конфликте не информированы о деталях переговорного процесса.

Он критически относится к рассматриваемому на переговорах предложению провести через пять-десять лет референдум по определению статуса Нагорного Карабаха. По его мнению, это может стать механизмом, при помощи которого армяне, которые составляют большинство населения Карабаха, будут диктовать свои условия пребывающим в меньшинстве азербайджанцам.

«В таких условиях азербайджанцы не захотят вернуться в Карабах. Это также может стать бомбой замедленного действия в отношении мирного процесса. Потому что, в период до референдума обе стороны начнут борьбу за изменение демографического положения в свою пользу. Эта ситуация не принесет ничего хорошего для мирного урегулирования проблемы», – сказал Гусейнов.

По его словам, вопрос о статусе Нагорного Карабаха должен быть решен сторона путем консенсуса. Не будет консенсуса, говорит он, не будет и длительного мира.

Все это заставляет думать, что вынужденным переселенцам, бежавшим из Шуши 15 лет назад, предстоит еще долгое ожидание.

«Утром, когда просыпаюсь, чувствую запах Малыбейли, – сказала Рима Мурсалова. – Это очень странное чувство. Как бы нас не поддерживали, образовавшаяся внутри душевная пустота ничем не наполняется».

«Мы молим господа продлить нашу жизнь, чтобы успеть еще раз увидеть Шушу».

Джошгун Эльдароглы, корреспондент газеты «Азадлыг». Айнур Хагвердиева работает на газету «Меркез», Баку. Оба являются участниками проекта IWPR «Общекавказская журналистская сеть». Редактор просит обратить внимание на то, что терминология, используемая в этом материале для описания конфликта вокруг Нагорного Карабаха, принадлежит IWPR, а не авторам.