Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ЖЕНЩИНАМ НЕБЕЗОПАСНО ПРЕТЕНДОВАТЬ НА МЕСТО В ПАРЛАМЕНТЕ АФГАНИСТАНА

На выборах женщинам предоставляется шанс борьбы за свои права, но выдвижение кандидатур чревато опасностями.
By Abdul Baseer

По телефону звучит угроза: «Вы выдвинули свою кандидатуру на выборах. Ваша жизнь в опасности и, на этот раз, она в наших руках», ­ проговорил мужской голос.


Сорайя Парлика, однако, осталась невозмутимой. Она, ведущий борец за права женщин, возглавляет Союз женщин Афганистана. «Такое со мной постоянно случается», ­ говорит Сорайя.


Парлика сейчас одна из более 500 женщин, баллотирующихся в парламент Афганистана. Назначенные на 18 сентября выборы обещают более острую, чем обычно, борьбу, а для женщин она будет еще и опаснее, чем обычно.


Избирательный закон Афганистана облегчает путь женщин в парламент. Для них гарантированы по два места из 34 провинций страны.


Однако, в борьбе между законом и традицией, скорее побеждает последняя. Самые консервативные элементы общества считают, что бороться за власть не женское дело, противоречащее исламским традициям.


Доктор Шир Али Зарифи из Академии наук Афганистана утверждает, что нет никаких религиозных преград для участия женщин в парламентских выборах. «Женщины могут принимать участие в голосовании и выдвигать свои кандидатуры под защитой Ислама», ­ говорит он.


Однако, есть сообщения о множестве угроз в адрес женщин и случаях насилия над ними. Был даже случай, когда дом одной претендентки был сожжен.


Представитель Миссии ООН в Афганистане Султан Ахмад Бахин, оказывающий правительству помощь в процессе выборов, заявил, что его организация не получала сообщений об угрозах в адрес женщин-кандидатов.


Однако, по данным Объединенного органа по управлению выборами, 50 женщин уже добровольно отказались баллотироваться из соображений безопасности.


Несмотря на трудности, все еще остается много женщин, готовых бороться в неравных условиях.


Сафиа Седики, живущая в Кабуле, выставила свою кандидатуру в провинции Нангархар, расположенной в горном регионе на границе с Пакистаном, где у нее большая поддержка. У Сафии нет никаких иллюзий по поводу трудностей, ожидающих ее в Нангархаре. Население там, в основном, сельское.


«У кандидатов-женщин в Нангархаре проблемы с безопасностью, а также экономические трудности. Им не позволено проводить встречи и появляться в определенных местах. Некоторым женщинам будет очень трудно проводить предвыборную кампанию», ­ говорит она. «Многие из них проводят кампанию в бурках».


В местностях, где население твердо придерживается традиций, женщины не могут покидать дома без разрешения мужей. Поэтому Седики говорит, что в попытках установить контакты с избирателями, ее кампания может превратиться в длинную череду изнурительных хождений по домам.


Несмотря на это, она полна решимости бороться за место в парламенте, где она намерена отстаивать права женщин и служить своей стране.


Еще один политик-женщина, Малалай Шинвари, которая живет в Нангархаре, наоборот, баллотируется в Кабуле. Она считает, что сильная приверженность населения родной провинции к традициям помешала бы ей в предвыборной борьбе.


«Если бы я выставила свою кандидатуру в родном Нангархаре, традиции бы создали мне проблемы», ­ говорит она.


Салеха Олкар, баллотирующаяся в северной провинции Мазаре-Шариф, говорит, что мужчины не дают женщинам волю, что большинство людей уверены в неспособности женщин достичь чего-либо.


«Я выставила свою кандидатуру, чтобы показать людям, что женщины способны защитить свои права и служить обществу», ­ сказала она.


Политолог Хабибулла Рафи говорит, что у женщин есть право быть членами парламента. Он приводит примеры участия женщин в выборных органах в прошлом, например, в Больших собраниях (Лойя Джирга) созывавшихся царем-реформатором Аминуллой в 1928 году. Во время же долгого правления царя Мухаммеда Захир Шаха, с 1933 по 1973 год, женщины баллотировались как в парламент, так и в местные органы.


Однако, Рафи выступает против методов контроля над избирательным процессом, осуществляемого иностранцами. Его особенно раздражают американцы.


«В Соединенных Штатах демократия развивается уже 200 лет, но за это время ни одна женщина не выдвигала свою кандидатуру на президентский пост. Большого числа женщин нет и в кабинете министров. Почему же они навязывают другим то, чего у самих нет, или чего они сами не хотят?», ­ вопрошает Рафи.


Мнения мужчин-избирателей о женщинах-кандидатах, по-видимому, разделены.


«В прошлом люди уже испытали на себе, на что мужчины способны», ­ говорит житель Кабула Абдул Насир. «Ничего кроме разрушений и грабежей. Я буду голосовать за женщин, так как они во всем этом не участвовали».


Еще один мужчина, Рахимулла, категорически против того, чтобы отдать свой голос женщине. «Я не хочу голосовать за женщин. Всем моим друзьям и родственникам буду советовать голосовать за мужчин. Они делают то, что говорят», ­ сказал он.


Жителю Кабула Фазилю Хади не нравятся политики, независимо от их пола. «Те, кто имеет претензию представлять народ, обманщики, не важно, женщины они или мужчины. Они выдвигают свои кандидатуры только для того, чтобы делать деньги. Больше их ничего не волнует», ­ сказал он.


Абдул Басир Саид, штатный корреспондент IWPR, Кабул.